Понедельник, 21 августа 2017

Екатеринбург: +14°

$ 59,36 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017 € 69,72 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 302₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Понедельник, 21 августа 2017

Екатеринбург: +14°

$ 59,36 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017 € 69,72 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 302₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Понедельник, 21 августа 2017

Екатеринбург: +14°

$ 59,36 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017 € 69,72 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 21.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 302₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Smart manufacturing / Умное производство. Эксперты об индустрии 4.0

×
Интеллекции 21 июля в 17:41
В материале:

ИННОПРОМ-2017

ИННОПРОМ, главная промышленная выставка страны, прошёл в Екатеринбурге с 10 по 13 июля 2017 года. Его темой стало умное производство. Умному производству была посвящена и главная стратегическая сессия ИННОПРОМ, в которой приняли участие представители разных стран и отраслей промышленности:

  • Йосихару Инаба, председатель правления FANUC,
  • Мартин Лундстедт, президент Volvo Group,
  • Му Ган, президент Lifan Group,
  • Дэн Фрайссине, генеральный директор DP Technology,
  • Джо Гемма, президент Международной федерации робототехники (International Federation of Robotics, IFR).

Россию представлял Денис Мантуров, министр промышленности и торговли РФ. Модератором мероприятия был Антон Атрашкин, директор деловой программы ИННОПРОМ.

Стенограмма стратегической сессии

Антон Атрашкин, директор деловой программы ИННОПРОМ:

Для начала я хотел бы попросить каждого участника описать своими словами, что такое цифровое производство made in Japan, made in Sweden, made in China и made in USA.

Йосихару Инаба, председатель правления FANUC (Япония):

В Японии идёт диджитализация, и наша промышленность становится всё интеллектуальнее. Мы стремимся к максимально эффективному использованию роботов. Роботы приобретают интеллект, начинают думать самостоятельно.

В нашем министерстве экономики и промышленности активно используется термин collected industry — «связанные производства», «межзаводская кооперация». Думаю, что скоро мы увидим и это.

Мартин Лундстедт, президент Volvo Group (Швеция):

Группа компаний Volvo оценивается в 35 миллиардов долларов. В Швеции находится всего лишь 2% группы, а остальные 98% — за её пределами. Мы развиваем техническое сотрудничество с другими странами. Преимущества, которые даёт цифровизация производства, позволяют нам плодотворно сотрудничать со многими компаниями в разных странах. А новые подходы к логистике и развитию инфраструктуры позволяют нам оптимизироваться.

Я вижу несколько главных тенденций. Прежде всего, электромобильность. Далее — умная связь: уже несколько сотен тысяч единиц нашего передвижного парка соединены такой связью. Мы произвели автоматизацию карьерного самосвального оборудования в Швеции; посмотрим, к чему это приведёт.

Также для развития важно задействовать все заинтересованные стороны, в том числе органы власти тех стран, где вы работаете. В России Volvo Group сейчас тесно взаимодействует с Калужской областью и её губернатором.

Джо Гемма, президент Международной федерации робототехники (International Federation of Robotics, IFR):

Мир меняется. Современному клиенту нужно лучшее качество по более низкой цене, а каждый заказ — это заказ индивидуальный. В этой ситуации нам просто необходимо учиться работать с массивами больших данных.

Последние несколько лет робототехника переживает серьёзные изменения. Мы находимся на пороге новой эпохи трансформации. Новые технологии, в том числе беспроводные, позволяют нам добиться более высокого качества продукции и снизить затраты. Именно низкозатратные технологии привлекут венчурные инвестиции и инвестиции со стороны правительств. А это во многих случаях единственно возможный сценарий развития — как в США, так и во всём мире.

Му Ган, президент Lifan Group (Китай):

В Китае существует стратегия «Made in China 2025», которая среди прочего предполагает более широкое использование роботов и современного оборудования. Китай прикладывают много усилий, чтобы пройти этап промышленности 3.0 и перейти на стадию промышленности 4.0.

Некоторые эксперты предсказывают, что к 2025 году в Китае будет производиться порядка 50 миллионов автомобилей в год. Очевидно, что для этого Китаю необходимы все самые современные технологии. И они уже используются, что позволяет китайским брендам развиваться.

Перед Китаем стоит несколько вызовов, и первый из них — это защита окружающей среды. Лучшее решение этой проблемы — новые источники энергии. Уже вышли законодательные акты, по которым в Китае к 2025 году около 20%, то есть примерно 10 миллионов единиц автомобилей, будут работать на альтернативных источниках энергии. Далее этот процент будет только расти. В 2016 году в Китае было продано всего 500 тысяч автомобилей с альтернативными двигателями. Правительство Китая выделяет колоссальные субсидии для развития транспорта на альтернативном топливе. В прошлом году эти субсидии составили порядка 15 миллиардов долларов, что сильно помогло предпринимателям и компаниям вроде Lifan. В результате этих инициатив появились десятки новых компаний.

Среди автомобилей с альтернативными источниками энергии основную долю занимают электромобили. Если у водителя будет возможность заменить батарею за три минуты и получать доступ к электричеству в тёмное время суток, это сильно продвинет нас. А если мы будем заниматься батареями отдельно, это поможет нам снизить общую стоимость автомобиля и повысить безопасность используемых в электромобиле батарей.

В Китае появляется всё больше молодых покупателей, которые родились в 1990-е или в начале 2000-х годов. Им уже не нужен собственный автомобиль — им хотелось бы время от времени брать машину в аренду. А может быть, даже не время от времени, а каждый день. Сервис аренды автомобилей и вообще транспортных средств в Китае переживает настоящий бум. Некоторые эксперты предсказывают, что к 2020 году порядка 10% ВВП Китая придётся на эту часть экономики общего пользования, а к 2025 году эта цифра вырастет ещё больше.

У нас в Lifan есть бренд Panda — прекрасный пример использования таймшеринговой схемы. В сервисе Panda зарегистрировано около миллиона пользователей, и каждый день на одну машину приходится около восьми часов использования, а в выходные — 12 часов. У нас 7 тысяч таких таймшеринговых автомобилей, и спрос на них постоянно растёт. Уже скоро мы выйдем на самоокупаемость.

Правительство Китая придерживается верного курса. Но несмотря на цифровой бум Китай до сих пор находится в уязвимой позиции, поэтому нам нужно меняться, искать новые пути. Трансформация с помощью умных технологий — абсолютная необходимость для Китая. Чтобы двигаться быстрее, нам нужно бежать изо всех сил. Использование новых технологий в Китае получило широкое распространение. Мы в Lifan готовы к новому этапу революции, и мы готовы приложить все усилия для того, чтобы разработать лучшие в своём классе технологии.

Дэн Фрайссине, генеральный директор DP Technology (США):

Изменения в повседневной жизни могут показаться не драматическими. Но если отслеживать изменения не за дни и недели, а месяцы и годы, то мы увидим, что развиваемся по экспоненте. Изменения накапливаются.

Что можно сказать про умное производство? С американской точки зрения это очень просто: мы будем массово производить товары по индивидуальному заказу, то есть лично для каждого из вас. Это возможно.

Давайте вспомним историю. Сначала у нас были механические станки, потом электрические станки, потом появились датчики и сенсоры. Все эти устройства отличаются друг от друга, но у них общая суть, общая задача. Сейчас мы создаём цифровую фабрику — близнец реальной физической фабрики в цифровом мире. В ней всё в общем-то то же самое. Но в цифровой фабрике все производственные вопросы решают компьютеры — агенты искусственного интеллекта. А потом, когда вопросы решены — а это может быть сделано за минуты, даже за секунды, — информация передаётся на физическую фабрику, которая полностью автоматизирована. Таким образом, продукт может быть произведён без человеческого участия. И такие эксперименты уже проводятся.

Я думаю, что в будущем компании будут много инвестировать в программное обеспечение и не будут бояться изменений, потому что изменения станут важным фактором конкурентоспособности.

Денис Мантуров, министр промышленности и торговли РФ:

Надо отметить, какой вклад вносит цифровизация в каждую из экономик. К сожалению, Россия пока не может похвалиться высоким процентом дохода от цифровой экономики — у нас это порядка 2% от ВВП, в отличие от развитых стран, где эта цифра составляет 5-6%.

Невозможно развивать в стране цифровую экономику, не имея собственных компетенций и просто приобретая готовые продукты, потому что в определённый момент кто-то может просто всё выключить, и работа в одночасье остановится.

Чтобы иметь собственные компетенции, собственные разработки, нужно знать свои сильные стороны. Думаю, среди присутствующих нет человека, который не знает российскую компанию «Лаборатория Касперского». Она известна в мире как производитель защиты от вирусов для компьютеров и смартфонов. Мы же внедряем эту защиту на промышленном уровне — и понимаем, что без этого невозможно развивать цифровую экономику. Есть русская поговорка: «Мы долго запрягаемся, но быстро едем». Мы уже готовы, мы во всеоружии. И мы будем двигаться быстро, развивая собственные компетенции, интегрируясь в мировые цифровые процессы, но при этом обеспечивая собственную защиту. Причём идея защиты интересна не только потенциальным российским пользователям, но и нашим западным коллегам.

Антон Атрашкин:

Отец доктора Инабы был одним из пионеров промышленной робототехники. С тех пор промышленные роботы стали точнее, эффективнее, дешевле и безопаснее. Сегодня в мире внедрено 2,5 миллиона роботов, то есть на 10 тысяч рабочих приходится 78 роботов. Это не так уж много, особенно если вспомнить, что эта технология совсем не новая. Доктор Инаба, Джо, объясните, пожалуйста, почему так происходит.

Йосихару Инаба:

Долгое время считалось, что необходимо производить как можно больше роботов, и главной целью была производственная эффективность. Однако теперь, когда мы переходим на умное производство, наши цели меняются. Робот, обладая интеллектуальными возможностями, может предвидеть желания клиента. И именно это становится ключевой целью.

Что касается процентного соотношения роботов и людей: роботов становится всё больше. И это отчасти решает проблему того, что в мире стало рождаться меньше детей.

Мы уже три раза пережили промышленную революцию, и в результате люди не потеряли работу. Наш мир стал только богаче, а количество безработных осталось стабильным. Даже если роботы станут умнее нас, мы продолжим работать вместе с ними. Может быть, люди будут работать меньше. Но от этого мир станет только более сбалансированным и ментально более богатым.

Джо Гемма:

Вы совершенно правы: в среднем в мире на 10 тысяч работников приходится 70 роботов. Но в промышленно развитых странах, таких как Япония, США, Германия, цифры значительно выше: в Германии и Южной Корее это уже 500 роботов на 10 тысяч рабочих. Конечно, есть такие страны, как Индия, где роботов очень мало, но и там ситуация постепенно изменится.

Как сказал мой коллега Дэн, с помощью нового программного обеспечения меняются и способы использования роботов. Коллаборация робота и человека, которая активно развивается, приведёт и к увеличению числа роботов, и к повышению производительности. Человек и робот, работая вместе, становятся эффективнее.

Антон Атрашкин:

Дэн, рынок программного обеспечения состоит из сотен игроков по всему миру, но на нём нет своих Microsoft и Apple — крупных компаний, которые делят поляну. Ваша компания стремится создать единую платформу для металлорежущих станков по всему миру — такой Uber для станкостроения. Но нужна ли такая платформа? И на каком этапе вы находитесь?

Дэн Фрайссине:

Не то чтобы нам нужна такая платформа; это рано или поздно произойдёт само собой. Если вы зайдёте на сайт machinecloud.com, то найдёте провайдера данных для машиностроительной промышленности. Там есть любые данные по роботам и станкам.

Шесть-семь лет назад мы начали работу по созданию платформы. После её запуска, который состоялся в прошлом году, мы сделали её открытой для всех. Она работает, пользуйтесь. До этого компании тратили миллионы, миллиарды для работы над похожими проектами. Теперь же информация находится в свободном доступе, и это экономит множество ресурсов, как финансовых, так и временных. Работая вместе, мы продолжим развиваться экспоненциально, а если каждый будет сам по себе, то будем развиваться только линейно.

Антон Атрашкин:

На каждом ИННОПРОМ мы обсуждаем тему «роботы и люди-работники». Индустрия 4.0 — это максимальная автоматизация производства и минимальный упор на человеческий фактор. Представители сектора робототехники убеждают нас, что появление роботов не угрожает человеку на производстве; напротив, появляются новые профессии. Я слушаю их, но не всегда им верю.

Денис Валентинович, что будет с такими производственными городами, как, например, Тольятти — город, где находится крупнейшая автомобильная компания в России?

Денис Мантуров:

Территория России огромна, многие её части просто недоступны для человека, и это шикарная площадка для роботов. Господин Инаба и другие производители роботов должны понимать, что необходима не только автоматизация производств, но и использование индивидуальных робототехнических изделий для освоения недоступных районов.

Что касается специальностей, вы абсолютно правы: специальности действительно исчезают. Это происходит эволюционно. Мы можем вспомнить, как тяжело внедрялась лампочка накаливания и как целая армия людей, которая каждый вечер зажигала фонари лучиной, понимала, что будет уволена. Если какие-то профессии будут уходить, новые будут появляться.

В Тольятти количество работающих на «АвтоВАЗе» в 2009 году превышало 100 тысяч человек. Сегодня это 40 тысяч. Но ничего катастрофического не произошло. Мы создали новые производства малого и среднего уровня, индустриальные парки, которые вобрали в себя специалистов, ушедших с производства. Если своевременно включить голову и подумать о том, что процессы нужно синхронизировать, то никакой трагедии не произойдёт. Просто бизнесу и государству нужно работать теснее, чтобы находить правильные своевременные решения.

Антон Атрашкин:

В городе, где производятся автомобили Lifan, живёт 30 с лишним миллионов людей. Но на самом заводе производство максимально автоматизировано. Где работают эти 30 миллионов и не угрожает ли автоматизация человеку на производстве?

Му Ган:

В Китае люди, которым 20-25 лет, не хотят работать на заводах, поэтому для всех представителей производственных отраслей, и Lifan в частности, актуален вопрос автоматизации и роботизации. Мы стремимся уменьшить количество задействованных рабочих рук. Я уверен, что люди при этом не останутся без работы. Использование роботов на производстве — не угроза для людей.

Многое компании перешли на более автоматизированные виды оборудования. Многие заводы соединены друг с другом умными сетями. Нам стоит сосредоточиться именно на этом.

Джо Гемма:

Мы часто слышим опасения по поводу того, что все рабочие места исчезнут. Но пока нет фактов, которые подтверждают эти опасения. Сейчас в мире используется более двух миллионов роботов, но два миллиарда людей по-прежнему занимаются ручным трудом.

Как сказал господин министр Мантуров, идёт эволюция. Одни рабочие места исчезают, но появляются новые, в других отраслях, где их раньше не существовало.

Да, современные молодые люди не хотят работать на опасном производстве, а повышать производительность всё равно необходимо. Без роботов этого нельзя достичь.

Антон Атрашкин:

Всё меняется очень быстро, и есть мнение, что первыми пострадавшими от перемен будут компании-киты, титаны, самые большие и неповоротливые. Как приспосабливаются к новым условиям международные компании с историей? Ведь это сложно делать в компании с вертикальной структурой управления. Этот вопрос я адресую господину Лундстедту и доктору Инабе.

Мартин Лундстедт:

В новой экономике необходимо, чтобы компании из разных стран и регионов взаимодействовали с клиентами и другими заинтересованными лицами. И, безусловно, необходима гибкость в руководстве. Например, в России у нас очень сильные позиции. В США, в Бразилии есть интересные сектора, где мы хотели бы сохранять своё глобальное присутствие. Но при этом и учитывать локальные потребности.

Йосихару Инаба:

В настоящее время почти все крупные компании становятся глобальными. У нас есть заводы во всех странах мира, и везде мы производим одни и те машины. Для автомобильной отрасли это норма: в Америке, в Европе, в Азии — везде так происходит. Это возможно благодаря цифровизации и использованию роботов. Такой подход к производству подхватили и другие отрасли, например, телеком-компании, пищевая промышленность.

Знание технологий становится универсальным. Раньше технологии существовали только в развитых странах, но теперь те же самые технологии используются повсюду.

Меняется понимание производства: мы можем меньше работать, но при этом повышать качество продукции. Это можно назвать революцией формы работы. И я думаю, что большую роль в этом могут сыграть именно роботы.

Денис Мантуров:

Коллеги дипломатично рассказали о том, как они развиваются и какие технологии внедряют, но вопрос-то звучал в лоб: а что с вами происходит? Выживете ли вы вообще?

Хочу сказать следующее: крупные компании тормозят инновации. Это правда. Большие компании не поспевают за новыми идеями. Десять лет назад я встречался с руководителями разных компаний, в том числе с представителями автопрома, и говорил им: «Надо активнее двигаться в сторону электродвижения». Мне отвечали: «Ты больной, что ли? Это будет нескоро. Лет 30 пройдёт — тогда вернёмся к этому вопросу». Про Tesla мне говорили, что они смогут продать пять автомобилей, не больше. Сейчас Tesla продаёт автомобили тысячами, сотнями тысяч.

Конечно, крупным компаниям непросто. Но они стараются, слушают малый и средний бизнес, который создаёт и продвигает инновационные решения. Главное — вовремя услышать и вовремя внедрить трендовые решения.

Джо Гемма:

Вы говорите о скорости изменений и адаптации. В нашей компании 150 тысяч человек, мы крупная компания. Мы пытаемся осуществлять децентрализацию, то есть давать местным подразделениям полномочия, чтобы они могли сами быть ответственными за производство. Мне кажется, децентрализация — один из ключевых моментов для крупных корпораций.

Оператор: Илья Одношевин, Максим Черных, Роман Бороздин

Режиссёр монтажа: Андрей Тиунов

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

ИННОПРОМ-2017

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!


Нажимая на кнопку ОТПРАВИТЬ, я даю согласие на обработку моих персональных данных

Будьте с нами!
×

Наш сайт собирает ваши метаданные (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). Это нужно для его работы. Если вы против этого, то вам нужно покинуть сайт.

Принять и закрыть
×
Наверх^^