Среда, 23 августа 2017

Екатеринбург: +17°

$ 59,13 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017 € 69,56 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 23 августа 2017

Екатеринбург: +17°

$ 59,13 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017 € 69,56 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 23 августа 2017

Екатеринбург: +17°

$ 59,13 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017 € 69,56 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 23.08.2017
Brent 53,03$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 66 134₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 9,00% По данным ЦБ РФ.

Максим Журило, I Love Running: «Леонид Богуславский стал нашим акционером. Значит, мы делаем правильное дело»

×
Разговор на Малине 28 апреля в 11:46
В материале:

Журило Максим, I Love Running

ILR открывает свою клинику, выходит в digital, обзаводится новым акционером и мечтает вовлечь в свои ряды 2,8 млн человек. Обо всём этом — интервью основателя школы правильного бега Максима Журило.

«Когда я стал погружаться в тему медицины, то узнал, что в нашей кардиологии до сих пор актуален медицинский стандарт 1984 года»

Екатерина Дегай: Максим, вы уже были в нашей студии и рассказывали свою историю: как вы пробежали первый марафон в Нью-Йорке, как начали своё дело. Теперь у вас успешный бизнес, у которого есть деньги и вокруг которого собираются тысячи людей. Интересно поговорить о том, как вы будете развивать проект. Мне кажется, что логика у вас такая: нужно зарабатывать на всём, закрывая все потребности вашей аудитории. Сначала вы научили людей бегать, потом плавать, потом были велосипеды, потом лыжи, триатлон. У вас есть платные видеокурсы, с вами можно покупать одежду, лечиться… Складывается такая гигантская экосистема. Куда ещё можно развивать проект?

Максим Журило: Всё правильно про экосистему. У нас есть идея, которую мы взяли у социологов: 2% общества могут влиять на остальные 98%. Мы хотим вовлечь эти 2% в спорт. Спорт — это когда ты занимаешься физической активностью с конкретными целями, и у тебя есть commitment по отношению к этим целям. 2% населения — это 2,8 миллиона человек.

ЕД: Сколько ещё вам осталось привлечь?

МЖ: Много. Мы ищем способы, как можно вовлекать больше людей, чтобы они хотя бы пробовали заниматься спортом. А потом, когда они попробовали и вовлеклись, чтобы у них всё было. Это и есть экосистема.

ЕД: А клиника — это сложно?

МЖ: Это очень интересно.

Во всех проектах мы проходим определённый путь. Когда мы четыре с половиной года назад начинали делать беговую школу, то в России отсутствовала какая-либо методология и идея насчёт того, что делать со взрослыми людьми, которые хотят начать бегать. Что мы стали делать? Мы брали лучшие мировые практики, адаптировали их, тестировали, пробовали, ошибались и наоборот побеждали. В итоге получилось: больше 15 тысяч человек по всей России научились с нами бегать.

То же самое с плаванием. Это абсолютно базовый скилл, человеку вообще хорошо уметь плавать. Но нет никаких структурированных методик, как научить плавать. Мы исследовали этот мир, брали лучшие практики, адаптировали их, переносили на конкретный тренировочный продукт. То же самое с остальными видами спорта.

С медициной примерно такая же история. Когда я стал глубже погружаться в тему, то узнал, например, что в российской кардиологии до сих пор актуален медицинский стандарт 1984 года. То есть вас будут консультировать по знаниям и представлении о кардиологическом мире 1984 года. Ещё хуже со всей физиотерапией, потому что там кинезиология, физиотерапия, биомеханика…

Например, биомеханика отсутствует в медицинской программе, и физиотерапевты в российских медицинских вузах не изучают биомеханику. И как им быть с человеком, который ездит на велосипеде, и у него болит колено, если они толком не знают, как это всё устроено?

Всё держится на энтузиастах, на людях, которым это интересно. Например, в медицине у нас есть сильный партнёр, который разбирается в этой теме. Он врач, у него есть западное образование и опыт работы там. Он знает, каким образом, по каким стандартам это может быть устроено — и в области спорта, и в области любительского спорта. Потому что когда начинает бегать 40-летний человек с лишним весом, который в последний раз бегал в школе, там много нюансов. Но это не rocket science — эти нюансы понятны, и их надо знать и уметь с ними взаимодействовать. Желательно иметь протоколы взаимодействия. Всё это достаточно алгоритмичная работа, но таких алгоритмов нет.

«Стратегическая цель на год — создать образовательную платформу для партнёров»

ЕД: Вы почти как рок-звезда с плотным гастрольным графиком, много выступаете в разных городах. Сегодня в Екатеринбурге вы рассказываете про франшизы. Насколько широка стала ваша география? И неужели вам нужны новые города и партнёры? Ведь I Love Running, кажется, есть уже во всех основных городах.

МЖ: Ну, во-первых, есть ещё города, где нас нет. Любой город с населением 300 тысяч и больше может качественно организовать спортивную школу для взрослых. Таких в России ещё много.

Сейчас мы присутствуем в 46 городах в восьми странах — это Россия и страны вокруг, а самый дальний филиал находится в Дубае.

ЕД: Условия по франшизе у вас очень доступные: платишь 150 тысяч как взнос на три года и ещё 10 тысяч ежемесячно. Почему так доступно?

МЖ: Мы начинали, когда у нас ещё не было большой завёрнутой системы, и поэтому сложно было предлагать какие-то другие условия. Стратегически я вижу, что мы все выиграем, если будем хорошо делать свою работу.

ЕД: Главный риск во франшизе — что кто-то возьмёт твой бренд и испортит его, и к выбору франчайзи нужно подходить серьёзно, потом что это люди, которым вы доверяете свой бренд. Приходилось ли вам сталкиваться с недобросовестными франчайзи?

МЖ: Вопрос выбора партнёра всегда ключевой. Когда ты выбираешь себе партнёра по жизни, мужа или жену, тоже ведь лучше не ошибаться. И когда ты вместе с кем-то делаешь бизнес — франшиза ведь совместный бизнес, по большому счёту, — конечно, важно, чтобы были доверительные отношения, чтобы вы с партнёром были на одной волне. Для нас это ключевой критерий.

Для нас гораздо меньше значат знания будущего партнёра, чем его личностные качества и заряженность на достижение цели.

А дальше — вопрос обучения. Нашего общего обучения — мы же тоже не стоим на месте. Мы учимся, внедряем новые методики, технологии. А дальше наша задача — научить этому ребят и сделать так, чтобы они тоже это использовали. Что-то получается, что-то пока нет. На этот год одна из больших стратегических целей — как раз создание образовательной платформы для партнёров, более структурированной, более ясной, чтобы новому человеку легко было войти в процесс.

ЕД: Как возникают заграничные филиалы I Love Running? Они появились в Дубае, Риге, Таллине, потому что там были люди, которые захотели это сделать?

МЖ: Да, всё держится на людях. Были люди, которые захотели, которым нравится наша идея, нравится делать такой сервис и увлекать людей. Почему бы и нет? Ребята обращаются к нам, говорят: «Мы хотим с вами». — «Окей».

«Леонид Богуславский активно участвует в развитии компании»

ЕД: В 2015 году совокупная выручка всех филиалов ILR составила 50 миллионов рублей. Вы много говорите про то, что идея важнее, что ILR — это просто способ менять мир. Но вы богатый человек? Школа бега помогает вам зарабатывать много денег?

МЖ: Она позволяет мне в целом как-то жить. Миллиарды зарабатывать — нет. Это не та сфера, где это возможно. Но в целом это может быть достаточно успешный бизнес-проект. Недавно мы публично заявили о том, что у нас появился новый акционер.

ЕД: Давайте назовём фамилию. Это Леонид Богуславский, основатель инвестиционной компании ru-Net, один из первых акционеров «Яндекса», совладелец «Озона» — то есть человек, который вкладывает деньги в то, во что нужно вкладывать.

МЖ: Мы тоже на это надеемся (улыбается). Для нас это показатель того, что наш бизнес перспективен, инвестиционно привлекателен, и мы делаем правильное дело в правильном направлении. А деньги — ну, они придут. И приходят. Не бедствуем.

ЕД: Леонид Богуславский купил долю в вашей компании?

МЖ: Да.

ЕД: Обычно для собственников это дилемма: быть единоличным владельцем или отдать долю внешнему инвестору.

МЖ: У меня такой дилеммы не было. Есть такое понятие smart money. Это не просто деньги, которые приходят в капитал компании, когда у тебя покупают долю. Smart money — это не только деньги, но ещё и страсть, ум и желание заниматься делом.

Мы с Леонидом постоянно находимся в контакте, он активно участвует в развитии компании. У него есть идеи, связи, есть определённое видение рынка, есть сторонний взгляд. Для меня это очень полезно.

Убеждения «только я, и никто больше», у меня никогда не было. Мне кажется, это тупиковый путь. Ты один не можешь сделать всё. И зачем? У фаундеров такое собственничество и эгоизм часто становятся проблемой. А у менеджеров проблема, когда они боятся брать на работу людей лучше себя. Мы с Леонидом разговаривали об этом и пришли к выводу, что можно вообще не переживать по этому поводу. Я, кстати, никогда и не переживал. Лучше разбирается, соображает, понимает? Это прекрасно!

ЕД: Свою клинику вы делаете отчасти благодаря деньгам Богуславского?

МЖ: Клинику мы делаем на свои деньги, которые уже были забюджетированы — мы начали проект год назад.

А вот digital — это новый для нас проект. Цифровой мир нам суперинтересен. Ресурсов не так много: количество спортивных сооружений ограничено, количество тренеров тоже. Чтобы избавиться от ресурсного проклятия, мы решили выйти в digital. Это будут приложения, онлайн-программы.

ЕД: То есть можно будет не приходить в школу, а скачать приложение и заниматься самому?

МЖ: Да, это будет смешано со школой. Можно будет получать качественный тренировочный продукт по более доступной цене.

ЕД: Обычно такие продукты задумываются не для одной страны, а для всего мира. Вы хотите этого?

МЖ: Конечно. Но пока и в России есть где развернуться. Возьмём количество людей, которые в 2016 году пробежали полный марафон, 42 километра. Это 11 тысяч человек. Точнее, 11 тысяч финишей, а человек ещё меньше; кто-то, может, два марафона за год пробежал. Допустим, их 10 тысяч. В США это 1,1 миллиона. Мы капля в море.

Если кому-то кажется, что уже все бегают и мы всех научили, это не так.

Просто нужны новые способы вовлечения, новые инструменты. Собственно, над этими новыми инструментами мы сейчас активно работаем. Наша цель — 2,8 миллиона человек.

«Школам-клонам могу только пожелать удачи»

ЕД: В конце я бы хотела вспомнить одно фото 1981 года. Это финиш Лондонского марафона, и два бегуна, которые сначала пытались обогнать друг друга, ближе к концу берутся за руки и вместе финишируют. Очень трогательный момент и, как мне кажется, метафора предпринимательства — истинное партнёрство и взаимовыручка. И ещё объяснение того, почему люди бегают в школе — они же не соревнуются друг с другом, а пытаются победить самих себя.

Фото bbc.co.ukФото bbc.co.uk

МЖ: Конечно. Ты уже взрослый, у тебя есть работа — и ты начинаешь заниматься спортом не для того, чтобы кого-то победить, и не для того, чтобы установить мировой рекорд, а для того, чтобы просто по-другому жить. И когда рядом с тобой есть люди, которые тоже хотят жить по-другому, то это прекрасно. Для этого мы и делаем I Love Running.

ЕД: В этой логике вы не должны бояться конкурентов. Ведь возникают ваши школы-клоны. Вас это не беспокоит?

МЖ: Ну а что с этим сделать? Могу только пожелать удачи (улыбается).

Мы проходили это миллион раз. Знаете, в теории нет разницы между теорией и практикой, а на практике она есть. В теории ты смотришь на какой-нибудь бизнес, и тебе кажется: да это совсем просто, пойду и сделаю так же.

Ну, пойди, вовлеки людей, замотивируй тренеров, научи их, сделай программу, которая будет безопасна и никого не травмирует. Если у тебя это получится лучше, чем у нас, значит, ты лучше, чем мы, и можно только выразить респект и сказать, что ты молодец. Но обычно не получается, потому что это не так просто.

ЕД: Это позиция сильного. Я желаю вам удачи. Сколько там — 2,8 миллиона человек нам нужно?

МЖ: Если в России будет 2,8 миллиона человек, у которых есть спортивные цели — спрашиваешь на улице: «У тебя какая цель?», а тебе отвечает: «Я готовлюсь переплывать Волгу», — то тогда мы будем жить в фундаментально другом обществе.


Интервью записано на конференции «Евразийская Неделя Бизнеса».

Благодарим организатора конференции — Z&G. Branding, Z&G. Event — за эту возможность.

Ведущая: Екатерина Дегай

Оператор: Илья Одношевин, Максим Черных

Режиссёр монтажа: Андрей Тиунов

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!


Нажимая на кнопку ОТПРАВИТЬ, я даю согласие на обработку моих персональных данных

Будьте с нами!
×

Наш сайт собирает ваши метаданные (cookie, данные об IP-адресе и местоположении). Это нужно для его работы. Если вы против этого, то вам нужно покинуть сайт.

Принять и закрыть
×
Наверх^^