Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Виталий Недельский, НАУРР: «Чемпионат по робототехнике будет грандиозным технологическим шоу»

×
ИННОПРОМ-2016 14 июля в 19:38
Проблемы с видео?
В материале:

Недельский Виталий, ИННОПРОМ-2016

Как организаторы ИННОПРОМа решили сломить психологические барьеры в сознании руководителей промышленных предприятий и наглядно убедить их в необходимости использования роботов.


Подкаст



Екатерина Дегай: Виталий, добрый день.

Виталий Недельский: Добрый!

ЕД: Рада снова видеть тебя в Екатеринбурге. Ты уехал в Москву с министерского поста и теперь, спустя несколько лет, возглавляешь Национальную ассоциацию участников рынка робототехники (НАУРР). Как это случилось?

ВН: После госслужбы я решил углубиться в высокие технологии — всё, что связано с интернетом и новой технологической революцией. Госслужба — небольшой отрезок в моей трудовой карьере; я больше занимался управлением промышленностью. Энергетическое, атомное машиностроение — сложные и интересные истории. Сейчас развитие в них происходит за счёт внедрения роботов и промышленного интернета, и всё, что связано с интернетом — кипящий слой цивилизации, в котором можно разбираться только одним способом: не читая статьи, а пытаясь что-то сделать. 

ЕД: Ассоциация была создана около года назад. Ваша задача – аккумулировать всю информацию о рынке робототехники. В мае вы выпустили отчёт, в котором сказано, что в 2015 году в мире было продано 240 тысяч роботов. Больше всего — в Китае: порядка 60 тысяч. В России — 500. Разница колоссальная — более чем в 100 раз.

ВН: Абсолютные цифры такие и есть. Просто Китай более здоровый — мы ведь можем померяться и по численности населения, где разница в десять раз, и по ВВП, который у них тоже побольше. И несколько лет назад Китай масштабно начал перевооружение своих предприятий.

Но есть также цифры относительные, например, количество роботов на 10 тысяч рабочих. Средний показатель по миру — 66. А в Китае — 35-36 роботов. То есть при таких огромных закупках он не дотягивает до среднего по миру. А, например, Корея имеет среднюю цифру под 500, Япония с Германией — под 400 роботов на 10 тысяч рабочих, намного больше, чем в среднем. 

В России на 10 тысяч рабочих пока приходится только два робота, и всего установлено несколько тысяч роботов. Но этим просто почти не занимались. 

ЕД: Из нашей студии только что вышел руководитель Fanuc в России. В интервью он сказал, что для заполнения роботами всего российского рынка его компании понадобилось бы лишь три дня. 

ВН: Ничего, зато у нас большой потенциал роста. Я вижу условия, при которых мы можем буквально за несколько лет в несколько раз увеличить объём роботов в стране. С низкой базой это легче. Вспомним Россию после 98-го года: ВВП упал так, что мы мечтали догнать Португалию. Цена на нефть скакнула — и сразу догнали. 

Объём роботов можно в разы увеличить относительно небольшими усилиями, в том числе со стороны государства. Главная проблема в сознании, в мозгах технических руководителей на предприятиях. У них есть технологии, и им проще поменять станок, если он износился, но не технологию. А рядом с новым станком всё так же будут стоять мужики в спецовках. Причём мужики могут не выйти на работу, могут запороть деталь или пьянствуют. Вчера на это жаловался директор УВЗ — при том, что у них оборонное предприятие и к ним очень серьёзные требования. К тому же рабочие сегодня физически заканчиваются — на рабочих ведь уже почти не учат. 

ЕД: Надо отметить, что тот же УВЗ не использует никаких роботов.

ВН: Не использует. А хотел бы. Буквально вчера руководители выразили желание участвовать в программах, которые мы предлагаем и которые поддерживает министр промышленности Мантуров. Они это понимают, просто у них есть порог. Им, как электрону, нужен импульс, чтобы перескочить на другую орбиту. Мы предлагаем им и руководителям других промышленных предприйтия сформировать понимание этого пути. В этом нам помогают участники рынка, которые вошли в нашу Ассоциацию. Одно дело, когда они бродят поодиночке: с кем-то договорился, с кем-то нет. У них сил нет заниматься пропагандой и просветительством. В НАУРР уже состоят 80% участников рынка, и мы делаем общие программы, причём при поддержке Минпрома. И это вроде бы начинает работать, хотя мы в самом-самом начале. 

ЕД: Сколько компаний в Ассоциации?

ВН: Пятнадцать. Рынок небольшой и в роботах, и в игроках. Но кто такие игроки? В России более-менее прилично представлены всего два производителя роботов — KUKA и Fanuc. Хотя есть ещё несколько компаний, представленных точечно — Kawasaki, ABB, Motoman. Все продажи идут через интеграторов. Интеграторов примерно пять десятков, но больших и с историей — 15-20. 

ЕД: Кстати, руководитель Fanuc прекрасно отзывался о российских компаниях-интеграторах и говорил, что они способны предложить по-настоящему уникальные даже в мировом контексте решения. 

ВН: И это правда. Они как правило на чём-то концентрируются. Как у нас в России часто бывает: мы способны разработать уникальное решение, а потом его можно и экспортировать. В этом Ассоциация тоже помогает: в прошлом декабре мы стали членами Международной федерации робототехники (IFR) и сейчас заключаем прямые соглашения с национальными ассоциациями Китая, Южной Кореи, Германии и США. До конца года я постараюсь подписать с ними соглашения; с китайцами уже всё согласовано. 

Мы начинаем делать через эти ассоциации прямые прострелы — выходим на конкретных поставщиков конкретных решений. Например, Объединённая судостроительная корпорация говорит: «Нам нужно не просто рассказать про роботов, а показать, как они используются в судостроении». И мы собираем для них пакет таких решений.

С «Вертолётами России» мы в сентябре договорились: они собирают совет главных инженеров, мы — отдельный совет по робототехнике. Раньше так не делали — всё было стихийно, случайно. А теперь подходит время, промышленники понимают, что им нужны роботы, и у них появляется инфраструктура, в том числе с нашей помощью.

ЕД: В каких ещё отраслях использование робототехники наиболее перспективно? 

ВН: Больше всего роботов сейчас в автопроме, и их будет ещё больше. Одним из наших партнёров стал «Соллерс», у них Ульяновский автозавод — там пока невысокая степень автоматизации. Что, может быть, и сказывается на качестве УАЗ Patriot (улыбается). Хотят — хорошо. 

Далее — любое машиностроение. Недавно мы выступали в РЖД на совещании производителей транспортного машиностроения. 150 компаний производят вагоны и тепловозы — там для роботов есть большое поле. 

Авиастроение — то же самое. Вертолёты: казалось бы, их немного, но это экспортная отрасль. Наши вертолёты — очень хорошие, мирового качества и продаются на экспорт. Надо наращивать их производство.

Дальше идут другие машины — трактора, комбайны, всё, где есть повторяющиеся операции. Везде роботы будут хорошо идти. 

ЕД: Ты сказал, что Минпромторг осознаёт важность этого процесса и что под него даже есть специальная госпрограмма. В чём её суть?

ВН: Госпрограмма называется «Производство средств производства». Она включает в себя поддержку пяти направлений, в том числе робототехники и аддитивных технологий. Мы добавили в неё свои предложения; она свёрстана. Теперь идёт обсуждение того, сколько на это есть денег. В программе заложено по 12 миллиардов каждый год в течение пяти лет. Сейчас с деньгами стало похуже, и в Минфине идёт согласование. Думаю, так или иначе программа пройдёт — может быть, с какими-то сокращениями, но важен сам факт. Всегда всё начинается с малого. 

ЕД: Куда пойдут эти деньги?

ВН: На субсидирование тех, кто внедряет у себя роботов. Внедрение решения обойдётся предприятию на 20% дешевле. 

ЕД: Это и будет способ преодолеть барьер в сознании руководителей, о котором мы говорили?

ВН: Конечно. Пятая часть расходов — это существенно. И потом, программа не будет поддерживать всех подряд. Будет экспертиза, и поддержку получат лучшие решения, которые потом можно показывать другим. Другие будут смотреть, считать эффективность — и запустится цепная реакция. 

ЕД: На следующем ИННОПРОМе пройдёт чемпионат по робототехнике. Что это будет такое?

ВН: Чемпионат придуман как технологическое шоу, которое должно показать всем, в первую очередь техническому менеджменту, что могут делать роботы в промышленности на производстве. Но мы не просто спускаем чемпионат сверху, а с самого начала вовлекаем промышленников в его проектирование. На  участие уже подписался ряд крупнейших компаний, и эти предприятия формируют команды, такие мини-интеграторы. Кто-то сформирует сам, кому-то мы поможем это сделать — из наших участников-интеграторов «Сколково» из своих стартапов даст людей.

Затем предприятия определят у себя участки для автоматизации на следующий год. Из этого портфеля участков будут формироваться задания для команд. Команды будут месяцев восемь работать. На следующем ИННОПРОМе построят красивый полигон, и команды начнут соревноваться. Их, как в фигурном катании, будут оценивать судьи. Они будут смотреть на типы используемых технологий, точность позиционирования, скорость обработки, как будет сделан сварочный шов и так далее.

На выходе после такого чемпионата мы получим лучшие решения. А лучшее решение становится типовым, и мы все знаем, что типовое решение намного дешевле уникального. Сейчас интеграторы в силу незрелого рынка продают свои решения как уникальные, но фактически они часто типовые.

И, конечно, люди. Кадров-то особо нет. Интеграторы ищут опытных людей, которые могли бы работать с роботами, а на предприятиях их почти нет. Если в следующем году мы соберём десять команд по пять-семь человек, это уже сотня людей, которые доказали, что они умеют это делать. Бери их. Следующий год — следующий чемпионат, на котором будут усложняться задания, появляться новые треки. 

ЕД: Получается, это способ вовлечь и увлечь предприятия, это позволит предприятиям поверить в робототехнику.

ВН: Конечно. Суть любого спорта — вовлечь.

ЕД: На этом ИННОПРОМе появилось ещё одно объединение — Ассоциация участников рынка промышленного интернета. Кто её уже поддержал? 

ВН: Она появилась чуть раньше, а сегодня мы с «Ростелекомом» о ней объявили. Президент дал поручение, и теперь всем нужно разобраться, что такое промышленный интернет, с чем его едят и что в связи с этим должно делать государство. Все министерства получили это поручение, сейчас готовятся дорожные карты.

В России формируется новый рынок. В него войдут производители софта, оборудования, а также те, кто держит сети и занимается передачей данных. Именно поэтому промышленный интернет интересен и телекому, а не только компаниям, которые начинают его внедрять. Допустим, у них уже стоят станки с ЧПУ и цифровое проектирование. Всё это объединяется в цепочку — это называется «цифровая фабрика». В цифру переводится весь жизненный цикл продукта — это краткая суть германской концепции «Индустрии 4.0». Тогда им можно быстро управлять и быстро менять. 

Нам надо этому учиться, поэтому мы создаём рынок. Мы должны распаковать государственный спрос, потому что предприятия всё равно каждый год много чего покупают, и всё это должно быть увязано в логику современных технологий. И мы должны объединить отечественные компании, иначе их забьют ногами иностранные вендоры. Соревноваться с Cisco, Intel, IBM нереально, если нет объединения и нет государственной политики. А государство в лице президента и министерств, слава богу, уже осознало, что в мире формируется критическая инфраструктура.

«Лаборатория Касперского», которая тоже планирует войти в НАУРР, насчитала в прошлом году 315 атак на промышленные сети. Появились новые вирусы, которые засаживают прямо в контроль станков или управляющих блоков электростанций, а потом шантажируют владельцев. Это страшное дело. Но уже появляются новые продукты по защите от таких атак. Словом, масса вопросов, которыми надо предметно заниматься. Это и возьмёт на себя Ассоциация.


Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^