Пятница, 9 декабря 2016

Екатеринбург: -24°

$ 63,39 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016 € 68,25 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Пятница, 9 декабря 2016

Екатеринбург: -24°

$ 63,39 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016 € 68,25 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Пятница, 9 декабря 2016

Екатеринбург: -24°

$ 63,39 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016 € 68,25 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 09.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«150 человек могут попасть на плато Маньпупунёр по официальным пропускам, остальные — «чёрные туристы»

×
Разговор на Малине 30 июля 2015 в 12:30
Проблемы с видео?
В материале:

Свитов Евгений

Какие маршруты на Урале могут превратить нас в туристическую Мекку и что мешает развитию внутреннего туризма в нашей стране — опыт бизнесмена Евгения Свитова, владельца компании «Дикий Север». 

Смотрите также:

«Гидов такого уровня в России всего 16»

«Было так страшно, что я ревел». Голодное восхождение на семитысячник, кругосветка на велосипеде, парусная регата от Rolex и другие способы отвлечься от кризиса


Евгений Свитов — руководитель клуба экспедиций «Дикий Север». Имеет два высших образования: инженерно-экономическое и горное. В 2003 году начал заниматься торгово-инструментальным бизнесом. Через три года отдал магазины в аренду, а сам занялся развитием внутреннего туризма и создал клуб экстремальных путешествий. Десять лет организует рыболовные и туристические экспедиции на горные реки Приполярного и Полярного Урала. На сегодняшний день в клубе состоит порядка 3000 человек из Екатеринбурга, Перми, Челябинска, Уфы, Тюмени и Москвы. Среди них есть профессиональные рыбаки, спиннингисты, нахлыстовики, охотники и опытные туристы-гиды, имеющие немалый опыт путешествий и продолжительного пребывания в таёжных условиях на маршрутах Приполярного и Полярного Урала.


Екатерина Дегай: Евгений, здравствуйте.

Евгений Свитов: Здравствуйте.

ЕД: Вы десять лет занимаетесь организацией экспедиций, но до этого у вас был более скучный, что ли, бизнес — магазины. Вы ушли по зову души или просто потому, что сейчас вы больше зарабатываете?

ЕС: Бизнес начинается с хобби. Раньше мы одной командой, 12 человек, летали в экспедиции для удовольствия. Как произошёл переход от инструментального бизнеса к туристическому, я затрудняюсь ответить (улыбается). С 2006 года мы летаем на Северный, Приполярный и Полярный Урал. И этот клуб из 12 человек приобрёл совершенно потрясающую масштабность — теперь нас порядка 3000 человек.

ЕД: То, что вы делаете, для конечного потребителя достаточно дорого. В интернете можно найти такие цифры: таёжная рыбалка с вертолётом — один миллион рублей. Кто эти 3000 человек — очень состоятельные люди, бизнесмены, влиятельные чиновники, сотрудники компании «Газпром»?

ЕС: В основном это менеджеры высшего звена, руководящий состав предприятий. Это люди, которые позволяют себе удовольствия и уже побывали в разных уголках нашей планеты. 

Насчёт того, что дорого — у нас в клубе есть определённое правило: те, кто в нём состоят, летают по себестоимости, по определённой системе экономии лётного времени. Дата группы заброски совпадает с датой группы эвакуации, тем самым мы существенно экономим лётное время, потому что борт никогда не летает пустым. А это довольно существенно при сегодняшнем ценнике в 85 тысяч рублей за час полёта. Есть авиаэскадрильи, где час полёта стоит 92 тысячи, а в Красноярском крае это порядка 140 тысяч. 99% затрат на экспедицию — это оплата вертолёта.

Фото с вертолётной заброски на реку Северная Ушманья (Полярный Урал, ЯНАО). Автор — участник экспедиции Валерий Кашин

ЕД: У вас же есть и сервисные предложения. Например, с вами ездит специальный шеф-повар, который готовит то, что было выловлено на рыбалке. 

ЕС: Мы пропагандируем экологический образ жизни. Рыба рыбой, её никто не отменял. Это хариус, в нижнем течении — щука. О таймене я не говорю, мы всегда его отпускаем — его в пищу употреблять нельзя, потому что он занесён в Красную книгу. Но мы почти весь рацион питания везём с собой. Большие гермосумки с холодильниками, завакуумированное мясо, картошка, овощи. Очень много деталей нужно соблюсти, чтобы уменьшить взлётный вес. Это первое правило, потому что безопасность группы на взлёте и на маршруте — это важно. Мы не можем поставить жизни людей под угрозу, поэтому ситуация заставляет нас ужиматься, рационально подходить к загрузке вертолёта. Оптимальное количество — 10 человек, взлётный вес — 1350 килограммов, и в этот вес мы должны уложиться — продукты, катамараны, люди, вся амуниция.

ЕД: Если бы вас попросили составить рейтинг, топ-3 мест, куда точно нужно съездить, что это были бы за места?

ЕС: Я бы предложил ввести градацию: зимние и летние маршруты. Летом, конечно, рыболовные маршруты. Первый — горное течение рек Приполярного Урала. Это самое востребованное место. Конкретную реку трудно назвать. Допустим, Народа — туристическая река, там много каскадов, красивое течение, но рыбы там меньше. А в реке Тумбалове потрясающее количество рыбы, но она мелкая.

На втором месте по популярности перевал Дятлова и плато Манпупунёр, которые конкурируют между собой. Перевал Дятлова последнее время распиаренное место. Про него есть и американские фильмы, и наши, и канал Discovery про него много снимал. О качестве съёмки и теории фильма промолчу, но перевал Дятлова всё-таки более популярный, чем плато. 

ЕД: Хотя фотографии каменных истуканов с плато впечатляют, какое-то сумасшедшее место.

ЕС: Да, оно шаманское. Манси называли его святым, Малой горой идолов. Женщин на плато раньше вообще не пускали. Там потрясающая энергетика. Представляете себе, вот голая гора, на ней кроме мха ничего нет — и стоят эти девять каменных истуканов. Зрелище потрясающее, даже с вертолёта. А рядом стоишь — просто ошеломительное чувство, ощущаешь себя песчинкой. Не передать словами.

ЕД: А что в вашем зимнем топе? 

ЕС: Первое место в зимнем топе занимает, опять же, перевал Дятлова. Но зимой он другой. Группа Дятлова погибла зимой, и вся эта история связана с холодом, с ветрами, с зимним ужасом. И пройти своим ходом по следам группы Дятлова… Летом мы прилетели, посидели и улетели. Ну, посмотрели лабаз, посмотрели, где палатка стояла, кедр, где погибла группа. А зимой идти следами группы Дятлова, через мансийские посёлки, когда настоящие манси выступают в роли проводников — это этнический туризм. 

Дальше — Маньпупунёр. Он закрыт. Печоро-Илычский заповедник запрещает доступ на плато зимой и летом. Есть небольшая рекреационная нагрузка — порядка 150 человек за весь туристический сезон, которые могут идти по определённому маршруту. Все остальные — «чёрные» туристы. Чтобы получить официальный пропуск на плато, порой нужно приложить неимоверные усилия, прости массу препонов. Маньпупунёр — жемчужина Северного Урала. 

И третье по значимости — это маршруты трофейные озёра в ХМАО, где живёт трофейная щука. Рыбаки в нашем клубе очень любят ездить на эти озёра. 

Экспедиция на реку Ялпынг-Я (Вижай). Фото Евгения Свитова

ЕД: На мой простой взгляд, развитию внутреннего туризма мешает отсутствие какой-либо инфраструктуры. И ещё нет людей, которые готовы заниматься внутренним туризмом ,а не возить людей в Турцию. Ну и третий момент — наверное, мы не всегда осознаём, насколько легендарны и красивы наши места, мы не умеем продать их внутри страны и за её пределами. Мы ничем не хуже, чем та же Исландия. Что, по-вашему, мешает развитию внутреннего туризма в нашей стране?

ЕС: Государственно-административные препоны. Я раньше думал, что можно построить избу, возить в неё туристов, рыбаков, создать определённые условия комфорта. Но люди едут не за комфортом. Административный запрет на посещение определённых территорий — первое препятствие. 

Например, сейчас перевал Дятлова входит в Ивдельский заказник, и там запрещено передвижение на любой моторизованной технике, будь то квадроцикл, УАЗ или снегоход. На перевал Дятлова можно дойти только пешком. А вертолёт — экологически чистое средство. Но с перевалом Дятлова всё ещё решаемо — чтобы получить разрешение, нужно обратиться в определённый орган, зарегистрировать группу, получить пропуска в Ивдельский заказник. А Маньпупунёр входит в список чудес России наравне с Камчатской долиной гейзеров и Байкалом, и полный запрет на посещение этого плато — это блокирование интересов туристов и блокирование развития внутреннего въездного туризма.

ЕД: Я другой стороны, государство же не из вредительства так себя ведёт. Оно, наверное, пытается сохранить это место. Как найти баланс, чтобы сохранить место и чтобы туристы могли его посещать?

ЕС: Мы эту тему неоднократно поднимали. В 2014 году мы, четыре человека из клуба, даже ездили в Сыктывкар вместе с Агентством по развитию внутреннего туризма Коми. Нас специально пригласили выступить, с нашим криком души. 

Сохранность мест обеспечивается присутствием работников заповедника на определённых маршрутах. Они есть на плато Маньпупунёр — там построена изба, постоянно живут егери, работники заповедника. Люди, которые прилетают туда на вертолётах, постоянно находятся под контролем — работников заповедников и руководителя группы, который отвечает за их безопасность. Компромисса между работниками заповедника — государством, грубо говоря — и туристами можно было бы достичь так: назначить специальные организации, которые проходили бы лицензирование, и выделить гидов, которые отвечали бы за поведение группы на маршруте.

Понятно, что это особо охраняемая природная территория. Но дайте людям посмотреть. Из Москвы много людей просится, из Санкт-Петербурга — да со всей России! Что нужно? Вертолётную площадку? Мы привезём строительный материал на собственном вертолёте. Предлагали, но, знаете, какая-то глухая стена.

ЕД: Задам несколько вопросов про истории с вами, выходящие из ряда вон. В августе прошлого года вы нашли динозавра — или не динозавра. Учёные в итоге признали, что это динозавр? 


ЕС: Эта история получила громкий общественный резонанс. 

ЕД: Нечасто динозавры находятся, чего уж там.

ЕС: Да, нечасто. Я сам, за свои собственные ресурсы возил на место находки палеонтолога, сотрудника музея института Шимановского. Не понимаю, почему не были взяты образцы. Мы прилетели туда с конкретной целью — взять образцы. У нас было подготовлено оборудование, генератор, отбойный молоток. Но нам полностью запретили брать образцы, нарушать целостность. 

Учёный мир разделился на два лагеря. Один лагерь говорит, что это каменный булыжник, другой — что это окаменелость, древний ящер. Я уже и сам начал изучать эту тему — пришлось. Ящеры появились намного раньше, чем динозавры. Динозавры жили порядка 100-150, до 200 миллионов лет назад, а эти — 250 миллионов лет назад. Наша находка очень ценная, и я теперь не знаю, что делать.

У меня сейчас группа на реке находится. Дима сообщил по спутниковому телефону, что череп замывает. Русло реки меняется, уровень реки поднимается, когда паводок. Но он до сих пор там находится. В любом случае за свой счёт больше я палеонтологов возить не буду, потому что это очень дорого. Нужно профинансировать около восьми лётных часов, чтобы прилететь, произвести необходимые работы и улететь. 

ЕД: То есть вы 800 тысяч потратили, чтобы свозить к находке палеонтолога.

ЕС: Чуть поменьше.

ЕД: Если никто ничего не будет делать, это значит, находка утеряна?

ЕС: Вполне возможно. Меня самого съедает это любопытство. Знаете, хочется выдернуть этот череп и привезти его в офис. А с другой стороны, хочется оставить его на маршруте, потому что это достопримечательность. Но если мы укажем реальное место, где он находится, то завтра же приедет вездеход и выдернет его.

ЕД: Вы хотели Спилбергу написать.

ЕС: Написали. Ответа не было.

ЕД: Не ответил? Никакого блокбастера не будет?

ЕС: Нет, ответа не последовало (улыбается). 

Там, на самом деле, много и других достопримечательностей. В 2013 году мы беседовали с местным населением, и люди утверждали, что на это реке вымывается много костей, как они говорили, ящеров. Теперь у меня есть цель — можно сказать, миссия — полностью пройти реку с верхних течений, обследовать, есть ли там ещё какие-то окаменелости.

ЕД: Ещё одна ваша затея — желание сохранить народность манси и привезти им оленей. Расскажите о ней.

ЕС: Предложение поставить манси оленей поступило от участников экспедиции, когда запрет на использование механических средств передвижения в Ивдельском заповеднике вступил в силу. Начали думать, как быть. Лошадь в горах никак. В беседе с хозяином туристической базы «Елес-тур» и местным представителем власти Валерием Анямовым за кружечкой чая мы пришли к выводу: а не поставить ли нам оленей? Представляете, как интересно: проводник, настоящий этнический манси, и группа передвигается на оленях. Такого на Урале никто не делал.

Нужны достаточно небольшие вложения, чтобы закупить 10-20 оленей. Один олень в Салехарде стоит 10 тысяч рублей. Но нужно соблюсти некоторые условия. Я бы готов это сделать, но манси такие люди, которые… ну, пьют. А если поставить десять оленей, манси вроде как будут при деле. И Валерий Анямов очень ратует за то, чтобы они от пьянства отказались. Для туристов олени — этнический момент, а для манси — дополнительный заработок. 

С каждой снегоходной экспедиции 10% собранных средств будет уходить в фонд помощи малой народности манси. Мы с Валерием Анямовым уже обсуждали, что нужно в мансийских посёлках Ушма и Тресколье. 10-процентные отчисления заложены в сметную стоимость экспедиции, они будут аккумулироваться в такой фонд. 

ЕД: То, что вы рассказываете, удивительно. Прекрасно, что ваши бизнес-решения помогают не только вам, но и природе. Есть ли у вас какая-то ещё задумка или мечта, которую хочется реализовать?

ЕС: Купить собственные вертолёты. Я понимаю, что это достаточно накладное вложение, балласт, ими нужно заниматься. Но тем не менее.


Продюсер: Марина Тайсина

Режиссёр, режиссёр монтажа: Андрей Тиунов

Операторы: Илья Одношевин, Максим Черных

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Свитов Евгений

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^