Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Дмитрий Лопатухин, Tele2 Россия: «Чтобы зайти в каждый из регионов, нам потребуется 1 млрд рублей»

×
Разговор на Малине 17 июля 2015 в 19:08
Проблемы с видео?
В материале:

Лопатухин Дмитрий , Tele2 Россия

Насколько оправдан рисковый расчёт нового сотового дискаунтера, что, кроме цен, поможет ему отвоевать часть рынка и не обидятся ли на него операторы «большой тройки» из-за образа «трёх толстяков», использованного в рекламе.

Смотрите также:

Один в поле воин. Как «Мотиву» удалось получить лицензию на 4G и оптимизировать затраты так, чтобы держаться наравне с федералами

«На офисе «ВымпелКома» в Амстердаме санкции ЕС никак не отразятся» 


Дмитрий Лопатухин — директор по операциям Tele2 Россия. Пять лет работал в российском офисе PricewaterhouseCoopers. В начале нулевых ушёл из аудита в сферу телекоммуникаций. Уже 13 лет работает в Tele2 Россия. Был финансовым, управляющим директором в Воронеже и в Липецке, руководил макрорегионом «Центр». В настоящее время — директор по операциям Tele2 Россия. Занимается развитием активов в регионах страны. 

Tele2 — мобильный оператор из Швеции, на российском рынке работает с 2003 года. Год назад произошло слияние компании с Ростелекомом. Сейчас новый федеральный оператор связи активно заходит во все регионы страны. В эти дни в Свердловской области открывается 46 монобрендовых розничных точек Tele2.


Екатерина Дегай: Дмитрий, добрый день.

Дмитрий Лопатухин: Здравствуйте.

ЕД: Доля Ростелекома в Екатеринбурге составляет 7-9%. Вы за два года хотите получить 20%. Что вы будете для этого делать?

ДЛ: Компания Tele2 по своей бизнес-модели — компания-дискаунтер. Прежде всего, мы предлагаем цены ниже, чем у наших коллег по цеху.

ЕД: Низкие цены — Ваша стратегия. Это очевидно. Но рынок, на который вы заходите, уже сформирован, имеющихся на нем абонентов сложно перераспределить. Вы говорите о ценовой разнице, но она не очень существенна: разница с МТС — одна копейка, с «МегаФоном» — побольше, шесть копеек, с «Билайном» самая большая разница, но для одного конкретного потребителя не слишком заметная. Как вы с вашей стратегией хотите победить гигантов рынка?

ДЛ: Действительно, если мы проанализируем рынок, то средняя цена минуты у всех операторов будет приблизительно на одном уровне. Тем не менее, если взять аналитические отчёты внешних компаний, то у Tele2 средняя цена минуты и средний ARPUARPU (Average Revenue Per Paying User) — средний доход с одного платящего пользователя абонентов ниже, чем у других операторов. 

Вообще, если посмотреть историю Tele2, то мы всегда выходили последними — четвёртыми или пятыми — на любые сотовые рынки и раздвигали их границы.

ЕД: Могу привести ещё один пример: год назад отменили «мобильное рабство», теперь можно менять оператора, сохраняя за собой номер. Но каковы результаты: лишь 1% абонентов это возможностью воспользовался. Мы обсуждали это, например, с Михаилом Слободиным, генеральным директором «ВымпелКома», по его мнению, эта мера фундаментально вообще ничего не изменила. Это еще раз подтверждает тот факт, что потребители инертны; даже при максимально благоприятных условиях они не готовы менять оператора связи.  

ДЛ: Год — это недостаточно большой промежуток времени, чтобы понять, прижилась услуга или нет. Количество абонентов, которые переходят со своим номером от оператора к оператору, растёт с каждым месяцем. Если мы посмотрим на европейский опыт, то он тоже от страны к стране отличается.

ЕД: Там этой услугой воспользовались 3%.

ДЛ: 3% — это, наверное, спустя два-три года с момента возникновения услуги. На финском рынке этот показатель, по-моему, 400%, то есть люди успели поменять оператора уже несколько раз.

ЕД: То есть для Вашей компании эта услуга имеет принципиальное значение? 

ДЛ: Я надеюсь, что мы не последуем финскому сценарию и люди не будут постоянно переходить от оператора к оператора за промоушенами. Но число таких абонентов однозначно будет увеличиваться.

ЕД: Операторы связи зарабатывают на двух вещах — на голосовой связи и передаче данных (в том числе, мобильном интернете). Сейчас баланс примерно 50 на 50, и соотношение постепенно меняется в сторону передачи данных. У вас всё хорошо с 2G. А 3G вы только начинаете развивать — у вас большая программа до 2018 года. Но за эти три года ваши конкуренты сделают и 4G, и 5G, и вы снова окажетесь в роли догоняющих. Как преодолеть технологический барьер?

ДЛ: Сейчас мы предоставляем связь 2G и 3G. Под покрытием 2G у нас более 90% населения — думаю даже, 95 и выше. 3G — 80% населения. Брендом Tele2 мы только запустили и до конца года планируем построить около четверти или трети новых базовых станций, как на покрытие, так и на ёмкость, в основном в 3G, конечно. Качество 3G сегодня таково, что если пользователь не будет смотреть на значок, что у него там — 3G или LTE, то он может даже не почувствовать разницу. 

ЕД: Сколько вы вкладываете в техническую сторону вопроса?

ДЛ: Давайте я скажу то, что могу сказать — какой это процент инвестиций к выручке. На 2015 год этот показатель составляет больше 40%. Когда такой показатель составляет 20% к выручке, это означает, что компания агрессивно ведёт наступательную деятельность, расширяет свою сеть. Уровень поддержания сети — замена, увеличение ёмкости — это 10% выручки. У нас 40%; делайте выводы.

ЕД: Новый оператор связи возник в результате слияния активов двух компаний, Tele2 и Ростелекома. При этом Ростелеком, конечно, значительно больше Tele2. Более того, в бренд Ростелекома уже вложено много усилий. Последний свой ребрендиг компания пережила в 2011 году. Тогда 12 миллионов рублей было потрачено на создание бренда и ещё 750 миллионов на то, чтобы донести до аудитории, что такой бренд появился. С тех пор прошло всего 3 года, то есть по идее бренд еще должен продолжать работать. Почему же тогда, несмотря на все эти факты, при слиянии двух активов выбрали ваш бренд, а не бренд Ростелекома?

ДЛ: Я могу только высказать своё мнение. Когда Ростелеком проводил ребрендинг, я работал в маленькой компании Tele2, не могу сказать, как это происходило. Ростелеком — это компания, которая прежде всего занимается фиксированной связью. Она имеет на порядок большую инфраструктуру, чем любая другая компания, которая занимается и фиксированной, и мобильной связью. Про фиксированную связь эта компания знает всё, а сотовая связь носила в Ростелекоме более фрагментарный характер.

ЕД: Получается, кампания по брендингу Ростелекома в 2011 году не сработала, они так и не смогли донести информацию до потребителя о своих мобильных возможностях?

ДЛ: Наверное, сработала не так, как ожидалось. Часто возникала путаница. Абоненты приходили и говорили: «У меня дома не работает телефон». А им отвечали: «Знаете, мы сотовая связь, вон плашечка висит, на ней написано, что мы мобильная связь Ростелекома». — «А-а-а, так вы не тот Ростелеком». 

С Tele2 в этом отношении гораздо проще: мы практически ничего не знаем о фиксированном бизнесе, но знаем о сотовой связи, потому что мы компания, которая занималась и занимается только сотовой связью.

ЕД: Но вы даже сами себя только что назвали маленькой компанией…

ДЛ: Ну, это, может, мы так нарываемся на комплимент… На самом деле к моменту объединения наших компаний мы предоставляли услуги уже в 43 регионах Российской Федерации.

ЕД: Вашу рекламную стратегию вы называете бунтарской. В рекламной кампании вы используете образ трёх толстяков и слоган «Хватит жирных мобильных цен». Это очевидный отсыл к большой тройке сотовых операторов, а не только к сказке, что бы вы ни говорили. Вы не боитесь, что на это может отреагировать ФАС? Или, может быть, вы думаете: если они отреагируют, то только наделают больше рекламного шума?

Реклама Tele2

ДЛ: Вы сами ответили на вопрос, который задавали (улыбается). Практически так оно и есть. С одной стороны, мы ведём себя корректно. Да, мы проводим некие аналогии, показываем трёх толстяков. Но при этом мы не делаем никаких прямых сравнений. С другой стороны, если коллеги посчитают, что это ассоциация с кем-то из них — может, узнают кого-то из руководителей в этих  толстяках, хотя вряд ли, потому что мы ни в коем случае никакие аналогии с ними не проводили, — и подадут на нас в ФАС — ну что, будем разбираться. Думаю, населению будет интересно посмотреть, чем это кончится. Опять же, привлечём внимание.

ЕД: Прежде чем подвести итог нашей беседе, я бы хотела, чтобы вы озвучили, сколько все-таки стоит завести нового оператора на рынок такой большой страны, как Россия — на рынок, где всем правит «большая тройка», а также, когда, на Ваш взгляд, эти затраты можно будет вернуть?

ДЛ: Чтобы войти в один большой или средний регион, построить нормальную сеть, сделать необходимую инфраструктуру, продвигать мобильную связь и делать это на высоком уровне, нужно вложить более миллиарда рублей за четыре-пять лет. 

ЕД: 1 млрд. — один регион. А регионов у нас много… 

ДЛ: Достаточно много. Но я говорю о перспективе нескольких лет. Наша отрасль капиталоёмкая, инвестиции отбиваются не за один год — если говорить об одном регионе, на это требуется от двух до пяти лет. Мы делаем этот шаг осознанно. Это то, что мы спланировали, и то, что одобрили наши акционеры.

ЕД: Москва у вас ещё не взята?

ДЛ: Абсолютно верно. В Москву мы выходим до конца этого года. Конечная дата пока ещё не определена, но точно в этом году. Сейчас в Москве усиленными темпами строится сеть. Сотовая связь существует уже давно, и абоненты превратились в строгих экзаменаторов, поэтому нам нужно сделать очень качественную сеть, поставить большое количество базовых станций, обеспечить инфраструктуру, открыть много монобрендовых салонов. Очень надеемся, что сможем даже предвосхитить ожидания московских абонентов.

ЕД: Ваши акционеры — рисковые люди: большие инвестиции в новый проект, да еще в такие непростые времена. А вам самому не страшновато от амбициозности поставленной перед Вами задачи?

ДЛ: Голова кружится, это факт. Страшно? Не страшно. Для нас это совершенно прекрасное время. У нас был большой виток развития в 2009 году, после кризиса 2008-го, когда люди стали меньше тратить и задумываться о том, как сэкономить. Сейчас точно такая же фаза. Для нас как для оператора-дискаунтера, который предлагает низкие цены, это благоприятные условия.


Продюсер: Марина Тайсина

Режиссёр, режиссёр монтажа: Андрей Тиунов

Операторы: Илья Одношевин, Роман Бороздин, Максим Черных

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^