Пятница, 2 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Пятница, 2 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Пятница, 2 декабря 2016

Екатеринбург: -18°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 02.12.2016
Brent 54,08$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Александр Галицкий, Almaz Capital: «Нам нужно не импортозамещаться, а импортонападать»

×
ИННОПРОМ-2015 14 июля 2015 в 15:16
Проблемы с видео?
В материале:

Галицкий Александр, Almaz Capital Partners

В чём опасность введения реестра отечественного ПО, в какие проекты готовы вкладываться венчурные капиталисты и останется ли работать в стране человек, который придумал Wi-Fi.


Екатерина Дегай: Александр, добрый день.

Александр Галицкий: Добрый.

ЕД: Главный тренд российской промышленной политики сейчас — импортозамещение. Но вы используете слово «импортонападение» и не очень-то хотите импортозамещаться.

АГ: Если мы замещаем импортные продукты отечественными, которые уступают по качеству, это плохо. Кроме того, технологии развиваются так быстро, что если мы будем что-то замещать, то мы будем проигрывать. Исходя из этого я считаю, что надо нападать. 

Существует проблема — многие компании уходят под иностранную юрисдикцию. Мы, обсуждая реестр отечественного ПО, подняли вопрос, чьими считать эти компании. Мне кажется, что надо руководствоваться двумя правилами. Правило номер один — где находятся разработчики, правило номер два — создание условий в государстве, чтобы было выгодно и надёжно регистрироваться в нём как на основной территории. 

ЕД: Реестр отечественного ПО начнёт действовать с января. Как это может отразиться на индустрии? Может быть, там, где мы можем заместиться, всё-таки полезно именно замещаться?

АГ: Замещать нужно то, что требует обороноспособность. И нужно быть разумными в нападении, связанном с выходом на мировой рынок. В этом смысле мне импонирует национальная технологическая инициатива — это, наверное, одна из первых стратегически продуманных программ. Начальные позывы правильные. Но в нашем государстве было много правильных затей, вопрос в том, можем ли мы доводить их до конца. И это не проблема государства, это наша национальная проблема. Мы превратились из страны стайеров в страну спринтеров. У всех есть ожидания, что результат должен быть завтра. Но такого не может быть.

ЕД: Вы представляете частный венчурный фонд. Как вы считаете, государственный венчурный фонд — это эффективно? Я, конечно, имею в виду ФРИИ — многие относились к нему скептически, но сейчас большинство скептиков поменяли своё мнение на положительное. 

АГ: ФРИИ — чисто государственный проект. Я тоже сначала относился к нему чисто скептически. Но надо отдать должное вашему земляку Кириллу Варламову — он молодец, он и команда добились хороших результатов, связанных с акселерацией и запуском потока проектов. Удастся ли им сделать следующий шаг и не потеряет ли государство к нему интерес, мне трудно сказать.

ЕД: Вы входите в наблюдательный совет Сколково. В одном из интервью вы сказали, что сейчас этот проект разворачивает немного не в ту сторону. Что вы имели в виду?

АГ: Когда меня убеждали войти в наблюдательный совет Сколково, мне говорили, что впервые за 70 лет страну открывают для обоюдного проникновения технологий. Это можно добиться разными способами — например, создать инициативную группу стартапов, которая бы бурлила и хотела что-то сделать. Привлечь сюда мировых лидеров, которые бы делились проблемами, с которыми они сталкиваются на рынке. Построить процесс раскрутки стартапов и привлечения венчурных капиталистов со всего мира. Мне говорили, что эта машина забурлит, и потом мы распространим её по территории Российской Федерации.

ЕД: Не забурлило?

АГ: Как мы видим, да. Изменился подход к открытости, изменилась поддержка и понимание проекта в мировом пространстве. Всё это вместе привело к тому, что проект несколько трансформируется. 

Но он всё равно остаётся интересным, потому что в нём как-никак появилось много стартапов. Даже мы, Almaz Capital, в некоторые вложили деньги. Запущенные инициативы где-то проросли. Но надо понимать, что без интеграции добиться больших результатов будет сложно.

ЕД: Во что вы сейчас инвестируете? Есть ощущение, что стало меньше денег, и всем стало сложнее.

АГ: У нас ничего не поменялось. Но проектов в России стало немного меньше. Главная причина — многие прыгают в поезд и едут в те места, где могут себя реализовать: часть в ближнее зарубежье, Прибалтику, часть сразу в Калифорнию, часть в Сингапур. Народ начал пытаться реализовать себя сразу там. 

ЕД: В одном из интервью вы сказали, что в случае абсолютного кризиса Almaz Capital просто уедет из России. 

АГ: Я сказал, что в случае полного кризиса, если у нас не будет тут работы, то, естественно, мы уедем из России. Но сегодня в России ещё есть большой внутренний рынок. Мы продолжаем инвестировать, хотя у нас только 20-30% идёт на внутренний рынок, на развитие интернет-компаний здесь. Недавно мы вложились в Robo CV, вложились в Car Price, смотрим другие проекты. Но, естественно, если не будет работы, мы уйдём на другие рынки.

ЕД: Какова вероятность? 

АГ: Я считаю, что пик кризиса уже пройден. 

Проекты, запущенные национальной технологической инициативой, могут создать большое движение в области новых стартапов. Когда появляется мейнстрим, у него возникают лидеры, которые тащат на себе груз общего движения. И тогда появляется возможность делать мелкие вещи, которые могут вырасти в большие. Именно поэтому движение национальной технологической инициативы очень важно. Оно даёт возможность создать поток новых проектов. А значит, работа у нас будет.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^