Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Финалист премии «Большая книга» и лауреат итальянской премии Lo Stellato Анна Матвеева: «Я не могу позволить себе работать писателем»

×
Разговор на Малине 20 февраля 2015 в 20:29
Проблемы с видео?
В материале:

Матвеева Анна

«Большой разговор» в студии Malina.am о том, как за месяц работы в замке XV века написать новый роман, о самокритике и о том, почему повесть «Перевал Дятлова», которую не смогла экранизировать Свердловская киностудия, приглянулась Франции.

Смотрите также:

Сергей Шаргунов: «Я недавно вернулся из Крыма, где видел самодельные заслоны и трогательные баррикады»

Писатель Игорь Сахновский: «Я не считаю, что художник должен быть голодным. Голодному плохо пишется»

Алексей Иванов: «Государство косноязычно, а народ не хочет слушать»


Ольга Чебыкина: Анна, добрый день.

Анна Матвеева: Здравствуйте.

ОЧ: Вас не так легко застать в Екатеринбурге, вы часто бываете за границей.

АМ: Не только за границей. Я много езжу и по стране. Но, в общем, да, этот год начался очень интенсивно, активно.

ОЧ: Пока вы в нашем городе, хочу вас поздравить: оргкомитет литературной премии «Национальный бестселлер» включил в лонг-лист ваш сборник рассказов «Девять девяностых». Откуда у вас интерес к 90-м? В одном из интервью вы сказали, что они только сейчас начали вас отпускать. Что вы имели в виду?

АМ: Спасибо за поздравление. Премия «Национальный бестселлер» для меня очень значима, я считаю её престижной. 

Что касается книги «Девять девяностых», то для того чтобы человек мог оценить время, которое он переживал, и какие-то вещи, которые с ним происходили, должно пройти время. И не один год, а лет десять, лучше двадцать. Воспоминания схватываются, оформляются, и получается картина, которую человек будет нести в памяти до самой смерти. Это со мной и произошло. А поскольку это были годы юности и молодости, там было много всего интересного, сложного. 90-е были непростыми для страны, и многие люди переживали их как тяжёлую болезнь.

Они меня отпустили, и это значит, что я больше не зациклена на том, чтобы писать только об этом времени и что герои моих новых книг могут жить в другом времени. В моём новом романе «Завидное чувство Веры Стениной», который я закончила, действие тоже происходит отчасти в 90-е, потому что это пора взросления героинь. Но я думаю, что на этом, наверное, всё, и новые герои будут иметь право жить в середине прошлого века, в будущем, в нашем настоящем.

ОЧ: Обращение к 90-м есть и у вашего коллеги Алексея Иванова в нашумевшей книге «Ёбург». Она тоже про 90-е, они там описываются залихватски, красочно, где-то даже с перегибами. Часто ли сравнивают вас и ваши произведения и не обижает ли вас это сравнение?

АМ: Обидеть такое сравнение не может, это для меня комплимент, потому что к Алексею Иванову я отношусь с огромным уважением. Это мой друг и человек, у которого я многому научилась. 

Да и не особо нас сравнивают. У нас очень разные книги. Его книга о Екатеринбурге, которую я считаю очень удачной, мне понравилась, но это совсем другое. Это переживание эпохи с её реальными героями, это отражение любви, которую Иванов испытывает к Екатеринбургу — а он очень любит наш город, это звучит в каждой строчке. У меня совсем другое. В моей книге не так много Екатеринбурга, но там есть 90-е. Как можно говорить о конкуренции? Мы очень разные. Алексей Иванов намного более успешный, как писатель он добился гораздо большего. Не думаю, что может идти речь о каком-то сравнении. Если даже оно и идёт, то мне это только в плюс. Я бы гордилась таким сравнением.

ОЧ: Чем меряется успех писателя? Гонорарами, тиражами, экранизациями?

АМ: Всем, что вы перечислили, и любовью читателей. Любовь читателей не купишь, она или есть, или нет. Я почти каждый день получаю письма. Это самая приятная часть. Гонорары и премии тоже приятно, но живая любовь читателей поддерживает. 

ОЧ: Буквально несколько дней назад на вашем месте сидел Кирилл Серебренников. Он сказал, что хороший спектакль за взятку не поставишь. Ведь очень просто измерить, популярный театр или нет: если публика приходит и свободных мест нет, значит, тебя любят и смотрят. С писателями точно так же?

АМ: Не всегда так. Дело в том, книга должна дойти до читателей, чтобы они её прочитали. Писателей сейчас много, пишут все. Я недавно оказалась в компании незнакомых мне людей, где каждый что-то писал — кто-то стихи, кто-то пьесы, а кто-то рассказы. При этом писательство, литература не была их профессией, просто так совпало. 

ОЧ: Мне кажется, развитие социальных сетей, а до них Живого журнала породило тотальное графоманство.

АМ: В этом нет ничего плохого. Если человеку хочется, пусть он пишет. Вопрос в том, что он хочет с этим делать дальше. Если он хочет издать книгу, это можно сделать даже за свой счёт, это не проблема. Но чтобы эта книга дошла до читателя, должны сойтись тонкие миры. Я, например, до сих пор не очень хорошо представляю, как это происходит, почему один текст доходит до читателя и становится популярным, а другой нет. 

Здесь, конечно, играют большую роль премии, критики. Играет роль желание самого писателя продвигаться и быть продвинутым. Играют роль агенты: если у писателя хороший агент, полдела сделано. Но агент должен иметь с чем работать, ведь если текст беспомощный, его не спасёт никто.

Я решила для себя, что буду делать свою работу честно. Я буду писать то, что сама хотела бы читать, то, за что мне не будет стыдно. Я буду писать такие тексты, которые не разочаруют меня. Я, кстати, многие сочинения не выпускаю в печать, потому что не считаю их достаточно удавшимися. Я не считаю, что всё, что я пишу, достойно быть опубликованным. 

ОЧ: Это очень самокритично.

АМ: Нет, нормально.

ОЧ: Получается, самое сложное — правильно продвинуть себя, договориться с издательством, убедить его, что оно сможет сделать деньги на книге, и чтобы потом на полке вас правильно поставили…

АМ: Да, и это тоже. Но изначально всё-таки должен быть хороший текст. Если он хорош, его захочет продвигать издатель, с ним захочет работать агент, его будут рекомендовать продавцы в книжных магазинах — не потому, что их кто-то попросил, а по собственной воле. Они самые бескорыстные служители книги, как это ни смешно звучит. Книжные продавцы и библиотекари — но это уже совсем не смешно, да? Они много готовы сделать для книги, которую они полюбили. Они будут совать её каждому покупателю в руки и говорить: прочтите, это так прекрасно. 

ОЧ: К слову о хороших текстах. В октябре этого года французское издательство переиздаст на французском ваш роман «Перевал Дятлова». Он был первые опубликован в 2000 году, и Дмитрий Быков назвал его едва ли не лучшей вещью в русской литературе, написанной на тот момент. Почему роман переиздаётся именно сейчас и именно Франции? Он же о событиях 1959 года, о котором было написано много и научных, и псевдонаучных работ, и сделано экранизаций, в том числе голливудских. Эта тема снова востребована? 

АМ: История жизни этого произведения складывалась непросто. Несмотря на горячую похвалу Дмитрия Быкова и отзывы в прессе, я не скажу, что книга была мегауспешной. Она не позвучала. Она дошла до шорт-листа одной литературной премии, ничего не получив, и на долгое время я об этом забыла и, в общем, все забыли. 

А потом интерес к теме дятловцев снова появился. Так иногда бывает. Она удивительная, и ничего равного ей лично я до сих пор не слышала и не читала. Вполне понятно, почему эту тему стали раскручивать, поднимать средства массовой информации, писатели обращались к этой теме. На этой волне к роману возник новый интерес, и мой издатель Елена Шубина предложила переиздать книгу. Будучи изданной во второй раз, книжка хорошо пошла. Параллельно с этим мои агенты в Германии продали права во Францию. Почему именно туда, я не знаю. Может быть, потому что я очень люблю Францию и неравнодушна к Парижу (улыбается). 

ОЧ: Отчисления, которые вы получаете за издание книг, и есть ваш заработок? Вам этого хватает на жизнь?

АМ: Нет, конечно же. У нас в стране очень мало писателей, которые работают писателями, как, знаете, работаю в зоопарке крокодилом. Мало людей, которые могут себе это позволить. 

ОЧ: То есть в приземлённом смысле это не профессия, не то, за что вы получаете деньги?

АМ: Если писатель успешный, то он может прокормить себя литературой. Вот Иванов успешен, Прилепин успешен, Быков успешен. Я пока всё-таки ещё не могу себе этого позволить, поэтому периодически работаю, подрабатываю, пишу статьи. Пять лет работала литературным редактором в журнале. 

ОЧ: Говоря о деньгах, нельзя не упомянуть экранизации. Это лакомый кусок, который хочет откусить каждый писатель. Во-первых, это массовый успех, а во-вторых, значительная финансовая составляющая. В своё время вы продали права на экранизацию «Перевала Дятлова» Свердловской киностудии, но не случилось. В чём причина? В бедственном и нестабильном положении киностудии?

АМ: Не могу вам сказать. И я не согласна с вами в том, что каждый писатель хочет откусить этот лакомый кусок. Да, мне бы хотелось увидеть что-то на экране, но я не всякий свой текст могу представить экранизированным. И я думаю, что большинстве случаев меня бы, наверное, разочаровало увиденное — мы ведь знаем, что по хорошей книге редко когда получается хороший фильм. У Иванова и «Географ» прекрасный, и фильм по «Географу» получился хороший. Но это, скорее, исключение. 

ОЧ: Я знаю, что вы работали в Шотландии в международной писательской резиденции. Расскажите об этом. 

АМ: Действительно, существует такая резиденция для писателей, и не только — есть резиденции для скульпторов, художников, переводчиков. Не уверена, есть ли для журналистов.

ОЧ: Там особый воздух и флюиды творчества?

АМ: Это, наверное, тоже, но прежде всего это благотворительность людей, которые заработали или получили в наследство много денег, и они хотят потратить их на людей, которые что-то создают. 

В писательской резиденции ты занимаешься только творчеством. Тебя не отвлекает ни быт, ни семья, ни забота о куске хлеба, ради которого надо писать статьи или редактировать чужие материалы. Ты живёшь только своей основной работой.

ОЧ: То есть тебя помещают в идеальную среду — только твори?

АМ: Да. Это замок XV века, Хоторден, находится в Шотландии, 45 минут на автобусе от Эдинбурга. Он принадлежит миссис Дрю Хайнц — знаете, империя кетчупов. Замок в идеальном состоянии, там всё прекрасно и удивительно, никаких ужасов. Поваром там работала женщина, которая пишет кулинарные книги, она готовила изумительную еду. Одновременно в замке живёт пять-шесть человек. 

По-моему, первым проложил туда дорожку Игорь Сахновский, который там побывал и потом проникновенно об этом рассказывал. Туда съездили многие наши коллеги, причём ездили в основном люди из Екатеринбурга. В итоге в Шотландии решили, что все российские писатели живут в Екатеринбурге. Но, я думаю, в этом году тема будет разбавлена Москвой и Санкт-Петербургом. 

Место совершенно потрясающее и удивительное. Такое, намоленное. В комнате-келье, в которой я жила, до меня жил известный писатель Аласдер Грей.Аласдер Грей — шотландский писатель и художник, автор восьми романов, нескольких сборников рассказов, двух сборников стихов и множества пьес, а также многочисленных картин и фресок. Его литературные работы сочетают элементы реализма, фэнтези и научной фантастики. Наиболее известны романы Грея «Ланарк» и «Бедные-несчастные». Наверняка он там не только спал, но  писал, сочинял. И другие писатели, которые жили в замке, оставили там часть своих эмоций, вдохновения. Это просто висит в воздухе. За месяц, который я там провела, я дописала роман. Думаю, если бы я не съездила в Шотландию, то писала бы его ещё года полтора. А тут месяц, представляете? Это удивительно и потрясающе. 

Но чтобы попасть в замок, нужно уже представлять что-то собой как писатель, иметь публикации, иметь рекомендации от филологов, иметь рекомендацию от того, кто уже был в замке. Только тогда тебе присылают список документов, ты их заполняешь, после чего авторитетное жюри решает, достоин ли ты такой чести. 

В мире много таких резиденций. Они, кстати, есть даже в России, но для иностранных писателей. 

ОЧ: Это, наверное, потрясающий жизненный опыт.

АМ: Мне там повезло во всём. Я нашла там потрясающих друзей, с которыми до сих пор общаюсь, я закончила работу, над которой долго сидела. И потом, там просто очень хорошо. 

ОЧ: Это наша национальная особенность? Ведь многие великие русские писатели работали за границей и писали именно о России.

АМ: Я не настолько часто пишу за границей и езжу туда не очень надолго. Поездка в Шотландию на месяц, скорее, исключение. У меня всё-таки есть несовершеннолетние дети, я не могу постоянно отсутствовать. Мне сложно сказать за всех великих русских писателей. Мне вообще везде хорошо работается. Я не вижу никаких преград для того, чтобы писать у себя дома, или в кафе, или в библиотеке — где угодно. Если есть время, я стараюсь использовать его по максимуму. 

ОЧ: Меня удивила ваша откровенность, когда вы в начале разговора сказали, что не считаете себя успешным писателем.

АМ: Пока ещё нет. 

ОЧ: Очевидно, что есть к чему стремиться. О чём вы мечтаете как писатель? 

АМ: Мне бы хотелось написать роман, который я запланировала года три назад. Я всё откладываю работу над ним, потому что обещаны другие книги — и самой собой мне обещаны, и издателям, и ещё кому-то. Мне хотелось бы закончить этот роман. 

А в плане успеха — ну, как у всех. Всех хотят, чтобы их издавали, чтобы были премии, признание, чтобы можно было работать писателем и понимать, что это ремесло тебя кормит.


Редактор: Виктория Шорохова

Режиссёр: Дмитрий Худяков

Режиссёр монтажа: Инна Федяева

Операторы: Илья Одношевин, Максим Черных

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Матвеева Анна

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^