Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,91 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,50 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 54,20$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,91 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,50 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 54,20$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,91 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,50 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 54,20$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«Любой банк можно поставить на колени. Это скажется и на других банках, возвратится бумерангом»

×
Разговор на Малине 19 сентября 2014 в 17:02
Проблемы с видео?
В материале:

Золотухин Андрей

Председатель правления ВУЗ-банка Андрей Золотухин — о том, что стоит за многочисленными сообщениями об отзыве лицензий и каковы сегодня взаимоотношения между уральскими банками и регулятором.

Смотрите также:

Московский след? «То, что произошло с нашими банками, это инспирация группы лиц. Точнее — группы негодяев, которые не любят Свердловскую область и не живут здесь»

Председатель правления СКБ-банка Илья Зибарев: «Клиенты уже несут свои деньги обратно»

Павел Ефремов (банк «Нейва»): «Есть мощная политическая воля государства — все должны платить налоги»


ХРОНИКА СОБЫТИЙ

Банк России 16 сентября отозвал лицензию на осуществление банковских операций у Банка24.ру. Официальная формулировка — «несоблюдение требования законодательства в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём». В этот же день сам банк попросил прощения у своих клиентов и признался, что сложившаяся ситуация — «наказание за грехи прошлого», за обнал и транзит. Такое нестандартное поведение банка вызвало целую волну в социальных сетях — появилось большое количество сочувствующих банку постов.

Председатель правления Банка24.ру Борис Дьяконов прокомментировал ситуацию только на следующий день, 17 сентября: «…так страшно мне в жизни никогда еще не было… Кажется, что мир рухнул. 12 лет жизни. Потрясающая команда. Десятки тысяч клиентов и их бизнесы. Чувствую себя очень виноватым перед всеми…»

В этот же день началась массовая рассылка информации по клиентам других региональных банков, в частности, УБРиРа, СКБ-банка, ВУЗ-банка и банка «Нейва». В социальных сетях и с помощью смс-сообщений клиентам рассказывали о возможном отзыве лицензий и у их банков. В городе начала нарастать паника. Клиенты штурмовали офисы и банкоматы финучреждений. Сайты банков подверглись DDoS-атаке.

Вечером 18 сентября в Главном управлении Центробанка прошло экстренное совещание с участием представителей банковского сообщества Свердловской области. По его итогам глава уральского ГУ ЦБ РФ Ирина Петрова впервые выступила с официальным сообщением — заверила, что ни у одного свердловского банка нет никаких оснований для отзыва лицензии. «Банк России считает, что распространение недостоверной информации может быть обусловлено недобросовестной конкуренцией», — сказала она. 

В настоящее время регулятор передаёт материалы для расследования в полицию.


Ольга Чебыкина: Андрей Александрович, доброе утро.

Андрей Золотухин: Доброе.

ОЧ: Доброе ли оно, кстати?

АЗ: Утро всегда доброе, мне кажется.

ОЧ: Спасибо, что согласились с нами встретиться. Вчера название вашего банка встречалось в соцсетях, в этих панических обращениях. Что чувствует председатель правления банка, когда пишут: «Я вам говорю, завтра отзовут лицензию у одного банка, его название начинается на В, заканчивается на З«?

АЗ: Прежде всего, я чувствую недоумение, когда люди начинают это писать, особенно когда это пишут не простые люди, а руководители информационных агентств либо депутаты — в общем, не последние люди в городе начинают распространять информацию. Одно дело, если продавщица в магазине говорит, что пошёл какой-то слух. А когда это начинает говорить человек уважаемый, это имеет в десять раз большую силу. Поэтому когда слышишь такие заявления, думаешь: вы думаете о чём-нибудь, когда это говорите? Когда ссылаются на информированные источники, это вызывает у меня ещё большее недоумение. 

Мы все понимаем, что это снежный ком, который катится и накрывает всех. Следующими он может накрыть и госбанки. Видно, что сейчас идёт атака на региональные банки, об этом заявил и Центробанк, и правительство области. Но ведь деньги у населения лежат не только в региональных банках. Все мы помним Сбербанк в 1991 году. Надо понимать, что паника аукнется всем. Поэтому я считаю, что люди, которые имеют большое количество друзей в соцсетях, много аккаунтов, много знакомых, должны быть более ответственны. Тем более что такая ситуация повторяется уже не в первый раз. И в 2008 году были такие ситуации, и в прошлом году осенью, когда отзывались лицензии у банков, и точно так же некоторые сотрудники банков и средства массовой информации позволяли себе высказывания, которые быстро подогревали ситуацию.

ОЧ: Вы согласились на интервью, чтобы самому сказать, что всё в порядке и не надо паники? 

АЗ: Зачем спрашивать банки, всё ли в порядке. Об этом надо спрашивать Центральный Банк, который, в общем-то, вчера сказал, что не собирается отзывать лицензии у уральских банков. Когда руководитель или сотрудник банка говорит, что у них всё хорошо, есть степень недоверия. У нас действительно всё нормально, но я не буду об этом говорить. Пусть говорят независимые источники — Центральный Банк, который выдаёт и отбирает лицензии. Надо просто смотреть информацию на сайте Банка России, разговаривать с людьми и не поддаваться панике.

ОЧ: Что сейчас нужно делать конечному потребителю банковских услуг, физическим и юридическим лицам? Вы же наверняка чувствуете, что волна пошла.

АЗ: Конечно. У меня вчера было больше 150 звонков, в том числе от клиентов и партнёров. Я со всеми разговаривал, потому что просто выключать телефон нельзя. Надо дать людям успокоиться. Любой банк можно поставить на колени. Абсолютно любой, как государственный, так и негосударственный. Более того, если поставить на колени один банк, это скажется и на других банках. 

Что посоветовать людям? Во-первых, существует система страхования вкладов, её никто не отменял. Система работает порядка десяти лет, за всю её историю было больше 300 случаев отзывов лицензий у банков, и не было ни одного случая, чтобы государство не выполнило обязательства. Иногда мы слышим от клиентов: «У крупных банков такой-то объём вкладов. На вас-то хватит денег выплачивать?» Мы знаем, что весной этого года, когда отзывались лицензии у крупных банков, такой вопрос поднимался в правительстве России. И было сказано, что гарантии государства незыблемы. Если нужно, мы пополним бюджет АСВ, добавив туда средств помимо тех денег, которые банки перечисляют, отчисляя взносы от каждого вклада. Даже если этих взносов не хватит, есть гарантии государства по застрахованным вкладам. Нет никаких сомнений в том, даже если у АСВ не хватит сегодняшнего бюджета, деньги выплатит государство.

ОЧ: Это касается и физических лиц, и, например, индивидуальных предпринимателей, которые к ним приравнены.

АЗ: Да, с нового года система страхования покрывает в том числе и индивидуальных предпринимателей.

ОЧ: Юридические лица пострадали совсем недавно, когда случился отзыв лицензии у Банка24.ру. 

АЗ: Банк24.ру долгое время был в нашей группе, финансовой группе «Лайф». Мы с ними плотно общаемся и знаем ситуацию внутри банка до отзыва лицензии и сейчас. Могу сказать, что все клиенты «двадцатьчетвёрки» получат свои деньги обратно, потому что денежных активов — не зданий, не выданных кредитов, а именно денежных активов — у банка больше, чем остатки на счетах юридических лиц. Когда банку дадут рассчитаться с клиентами, он рассчитается. Вопрос, когда дадут. Есть две процедуры ликвидации банка — ликвидация и банкротство. Ликвидация начинается в любом случае, а потом принимается решение о возможном банкротстве. Если активов хватает, то банку просто дают право рассчитаться со всеми своими вкладчиками и кредиторами. Так что в случае с «двадцатьчетвёркой» я вообще никаких проблем не вижу. 

Сама по себе ситуация с отзывом лицензии стала спусковым крючком, чтобы активизировались недобросовестные конкуренты. Клиенты «двадцатьчетвёрки» — это несколько десятков тысяч клиентов. Понятно, что это лакомый кусочек для многих банков. Некоторые попытались в мутной воде выловить рыбку и использовать ситуацию с отзывом лицензии у «двадцатьчетвёрки», чтобы привлечь к себе большей сегмент клиентов малого и среднего бизнеса. Я считаю, именно это сыграло роль во вчерашней панике. Несколько десятков тысяч клиентов ждут, и мы знаем, что появились различные спецпредложения банков…

ОЧ: Руководитель пресс-службы одного из банков, предложившего спецпрограмму, заявил, что это нормальная холодная бизнес-логика. Понятно, что юридическим лицам, у которых счёт находится в состоянии, когда они не могут им пользоваться и осуществлять какие-либо операции, жизненно необходимо продолжать свою деятельность и открывать счета в других банках. Но со стороны это выглядит как пляска на костях. Вы как считаете, спецпрограмма — это корректно? 

АЗ: Это нормально, если конкурентная борьба добросовестная, когда клиент принимает решение осознанно. Хотя как можно это сказать, когда деньги зависли, бизнес остановился, и остатки на счетах — единственные деньги, которые есть у предпринимателя. Он находится в лёгком или нелёгком шоке. Ему, например, нужно закупать товар, а у него деньги в этом банке повисли. Да, он их точно получит, но через какой-то промежуток времени. Что ему делать? Если конкуренция добросовестная и банки предлагают свои условия, это нормально. Но когда банки начинают использовать недобросовестную конкуренцию, пытаются искать базы, начинают названивать клиентам… 

Банков много. Да, у «двадцатьчетвёрки» был очень хороший интернет-банк и сервис, который они оказывали. Такое сложно повторить. Они были одними из лидеров на рынке. Но людям нужно жить, работать, заниматься бизнесом. Надо дать клиенту спокойно сделать свой выбор, а не наседать на него со всех сторон. Здесь очень тонкая грань, этическая прежде всего. 

Я бы не стал говорить, что это танец на костях. Это всё-таки живые клиенты, у них есть свои работники, им нужно платить зарплату, у них есть свои магазины, свой бизнес. Заморозив деньги, они несут потери. Но при этом понятно, что нужны программы не просто «мы вас бесплатно обслужим». Нужны программы, которые, например, возместят повисшие  деньги. К примеру, кредитование под остатки Банка24.ру. 

Мы знаем, что у «двадцатьчетвёрки» отозвали лицензию по одной причине — за проведение сомнительных операций. То есть клиенты проводили сомнительные операции через банк. И никто сейчас не хочет взять этих сомнительных клиентов к себе, ни ВУЗ-банк, ни другие банки. Хочешь, чтобы пришли хорошие клиенты, а плохие не пришли. Но как разобраться, какой клиент хороший, а какой плохой? Вот поэтому банк должен занимать ответственную позицию и вести такую политику, , чтобы всё-таки оказывать помощь клиенту. Поможет даже, например, программа кредитования, какая-то помощь, чтобы у людей бизнес не упал за то время, пока заморожены их деньги. Вот это понятно и логично. А если это просто предложение «все идите к нам» — ну, это совсем другая ситуация. 

Вы знаете, к некоторым офисам «двадцатьчетвёрки» приносят цветы. Банк был любим многими клиентами. Они сожалеют о том, что произошло. Плохих клиентов там было не так уж и много. Плохих клиентов они выгнали за последние несколько месяцев до того, как у них отозвали лицензию. Просто Центральный Банк, к сожалению, не оценил движения Банка24.ру, хотя движение было, и были серьёзные шаги.

ОЧ: Наивно было бы полагать, что сам банк не знает, что с ним происходит. Наверняка у него выстроены внутренние отношения с регулятором, и банк знает, что случится, за месяц или за две недели. Так ли это происходит?

АЗ: Сложно делать выводы или как-то комментировать, знает ли банк. Конечно, это часто висит в воздухе. Но с Центральным Банком всегда есть диалог, не только про лицензию, но и про нарушения или недостатки, назовём это более корректно. У каждого банка есть недостатки, даже у Сбербанка, и при любой проверке Центральный Банк на них указывает. Все люди, а людям свойственно ошибаться, в том числе и при привлечении клиентов, при работе с сомнительными клиентами. Когда таких ошибок становится много, Центральный Банк идёт на крайние меры. Вопрос в том, как банк исправляет свои ошибки. 

Ни у кого нет желания раскачивать лодку, и у Центрального Банка — в первую очередь, потому что это аукнется для всех. Отзывая лицензию у одного банка, надо понимать, что это скажется на других. В регионе возникает очаг напряжённости. То же самое было в прошлом году, например, с самарским банком «Солидарность». Его, кстати, сейчас санирует группа «Лайф», поэтому мы знаем ситуацию изнутри. Когда пошли слухи об отзыве лицензии у «Солидарности» и других банков области, в Самаре начались брожения, волнения и паника. Но почему-то история не учит никого, и всё повторяется. 

Клиенты ведь теряют деньги, что бы мы ни говорили. Вот у Ильфа и Петрова было про 400 законных способов отъёма денег у населения. Можно сказать, что нынешняя ситуация — почти законный способ отъёма денег. Когда человек досрочно изымает вклад, он не получает свои проценты. Идя из коммерческого банка в государственный, он получается ставку ниже. Потом он встаёт в очередь — сейчас в государственных банках очереди на приём вкладов, — а это потерянное время, деньги, нервы. И всё это только из-за того, что кто-то пустил слух, и эти слухи снежным комом разошлись в соцсетях. Таким образом отнимают деньги у населения.  

Надо защитить мелких вкладчиков. Да, есть сильный страх потерять деньги, и люди плюют на все эти проценты, на доходы и реально теряют деньги. Их можно понять. Но я не могу понять людей достаточно высокого положения, которые подогревают слухи. Я не могу понять сотрудников банков, руководителей служб информагентств, известных блогеров, которые занимаются тем же самым. Люди, у которых по три-пять тысяч подписчиков, распространяют такие новости. 

Мы и другие банки написали заявления в полицию по этому поводу. У нас есть факты. Дезинформация идёт не от простых людей, а именно от тех, кто имеет по несколько тысяч подписчиков. Мы считаем, они делают это намеренно. Это сложно доказать, но есть законы, которые позволяют привлечь этих людей к ответственности. Надеемся, что правоохранительные органы будут в связке с нами решать этот вопрос, чтобы другим потом было неповадно это делать.

ОЧ: Я надеюсь, что так произойдёт. Получается, социальные сети для банкиров представляют опасность. В 2008 году они не были так развиты, а сейчас это жизненно необходимая среда для современного человека. Вам социальные сети сейчас кажутся злом?

АЗ: Это оружие, и оно обоюдоострое. Оно может уколоть и того, кто им пользуется. 

Тут всё зависит от того, насколько банк открыт, насколько он  готов общаться в соцсетях. Мы уже давно активно  работаем с соцсетями, всегда смотрим там новости, и свои новости размещаем через соцсети, читаем все комментарии наших клиентов и отвечаем на них. В наших отделениях многие управляющее имеют аккаунты в соцсетях, для них это канал продаж и канал общения с клиентом. С помощью соцсетей до клиентов быстро доводится информация. Я считаю, здесь всё-таки больше плюса, чем минуса. 

Соцсети — это способ не только получить негативную информацию, но и реагировать на неё. Если банк делает это правильно, грамотно и умеет этим пользоваться, то у него есть преимущество. Если же банк этим не пользуется, тогда это острое оружие, которое может его убить. Я рекомендую банкам пользоваться этим ресурсом для защиты, потому что можно правильно реагировать на посты пользователей, и люди будут воспринимать их как альтернативную информацию. Это полезно. 

ОЧ: Напоследок хочу спросить про ваши отношения с регулятором. Он, конечно, стал жёстче. Буквально на днях мы записывали интервью с руководителем банка «Нейва» Павлом Ефремовым. Его банк был оштрафован за нарушение 115 ФЗ. Как вам кажется, стал ли регулятор строже и внимательнее?

АЗ: Регулятор — это инструмент государства. Сказать, что регулятор стал строже… Это позиция государства. Мы знаем, в какой ситуации мы сейчас находимся — санкции, давление международного сообщества на Россию. Конечно, действия регулятора обусловлены в том числе и достаточно жёсткими условиями.

Допустим, уплата налогов. Сейчас говорят, что если клиент не платит налоги, значит, он сомнительный. Центральный Банк считает, что если отношение налогов к обороту равно нулю, то есть подозрение, что клиент не платит налоги. И банки активно требуют, чтобы клиенты платили налоги. Да, мы не налоговая инспекция, мы не можем проверять, правильно он заплатил налоги или нет, но факт, что клиент не платит налоги, для нас сигнал, что, возможно, он занимается сомнительными операциями. Главное — объяснить клиенту, почему мы просим информацию  задаём много вопросов. Многие говорят: чего вы нас спрашиваете, вот такую анкету из нескольких листов надо заполнить, всё про себя рассказать и чуть ли не анализы сдать. Я, конечно, утрирую, но клиенты должны понимать, что мы не хотим отобрать у них бизнес .Это не наша конкурентная борьба с ними. Мы объясняем клиентам, что, зная о них больше, мы можем гарантировать им спокойную жизнь. И Центральный Банк, и банк — это финансовая сторона жизнедеятельности клиента. А есть ещё налоговая, пенсионный фонд, проверяющие органы, пожарники и прочие люди, которые тоже смотрят, как работает клиент. Если у клиента всё нормально в финансовой сфере, он платит налоги, и мы гарантируем, что клиент ведёт нормальную не противоправную деятельность, то это своеобразная гарантия клиенту, что другие проверяющие органы будут относиться к нему так же. Если же мы видим, что клиент занимается сомнительными операциями, естественно, это возвратится к нему другими проверяющими органами.

ОЧ: Логично: вы же не можете делать вид, что ничего не видите. 

АЗ: Да. Банки сейчас находятся на острие этой работы. Государством поставлена задача вывести деньги из теневого оборота на светлую сторону Луны. Клиенты просто должны понять, что это не ужесточение требований к клиентам. Сегодня многие имеют счета в иностранных банках, и никто и слова не скажет, когда его попросят представить какой-нибудь документ в швейцарском или английском банке, спросят, чем он занимается и какой у него оборот. Вначале люди удивлялись, но сейчас все, кто имеют счета за границей, относятся к большому количеству вопросов спокойно. Такие правила, и это нормальные правила нормальной жизни. Если банк владеет информацией о твоей финансовой состоятельности, потом будет проще и кредит получить, и финансовую операцию провести — меньше будет вопросов, если банк больше знает. 

Я призываю клиентов не бояться рассказывать про себя. Никто не собирается отжимать у вас бизнес или вставлять вам палки в колёса. Никто не собирается сообщать про вас в налоговую инспекцию — она сама к вам придёт, если нужно. Но чем больше банк знает про клиента, тем легче его жизнь в финансовой сфере. 

ОЧ: Андрей Александрович, как сейчас действуют региональные банки — согласованно или каждый сейчас сам за себя? 

АЗ: Безусловно, мы общаемся. Если кто-то думает, что банки закрылись за дверями, каждый занял оборону и сидит, ждёт — это не так. Мы общаемся, обмениваемся мнениями и с Центральным Банком, и с коллегами, у кого какая ситуация. Я считаю, что банки должны занять взвешенную позицию и не говорить друг про друга плохих новостей. Надо сказать сотрудникам: перестаньте сами наводить панику. Большинство банков, которые были разорены за всю историю российской банковской системы — а я с 1995 года в банках работаю, почти 20 лет, — они разорились из-за внутренних проблем, когда сотрудники начинали снимать деньги с собственных счетов и уводить депозиты, это же делали их родственники, знакомые и крупные клиенты. Банк всегда взрывается изнутри — вот это причина практически любого крупного банкротства. 

И сотрудники банков, и руководители во-первых, не должны комментировать слухи друг про друга. Ни в коем случае не нужно. Если у меня спросят, как там дела в СКБ-банке или УБРиРе, я принципиально не буду комментировать. Я про себя расскажу, а про других не буду говорить. И никому из клиентов, которые мне вчера звонили, я не комментировал ситуацию в других банках, потому что тем самым я вызвал бы вал дальнейших слухов. Цепочка должна прерываться. 

Одно дело, когда прокомментирует продавщица. Но когда начинает комментировать сотрудник банка, это несравнимо по силе воздействия на людей. 

ОЧ: Это правда, что базы были украдены?

АЗ: Какие базы?

ОЧ: Клиентские. Говорят, что украли клиентские базы, и по ним недобросовестные конкуренты начали рассылать смски «Забирайте деньги из такого-то банка». Это правдоподобно? 

АЗ: Может быть, но я всё-таки не очень верю в теорию заговоров. Я верю в то, что всё в мире переплетено друг с другом. Клиенты одного банка часто являются и клиентами других банков. Если отправляешь смску человеку, вероятность того, что он является клиентом какого-то банка, очень высока, поэтому мне не кажется, что это были рассылки по базе. 

Конечно, базы друг у друга у банков есть. Больше всего, конечно, банки обмениваются базами сомнительных клиентов, чтобы не наступать на грабли, на которые наступает сосед по банковской сфере. Есть обмены по базам заёмщиков. Конечно, банки не обмениваются базами хороших клиентов — это конкуренция, и вряд ли кто-то это делает. 

Я считаю, что не это сыграло роль во вчерашней панике. Достаточно ведь запустить один шарик, а потом остальные шары сами покатятся, как камнепад, заваливая внизу всё. Поэтому просьба не кидать камень с горы, потому что внизу находимся мы все. 

Все клиенты банков, и госбанки, и не госбанки — все в итоге будут страдать от паники. Банкам придётся повышать ставки, чтобы успокоить клиентов, а это будут зря потраченные деньги. К тому же мы помогаем ворам, которые тоже знают об этой панике. Люди ведь куда несут деньги? Переночевать с ними. Я помню, в 2008 году были случаи, когда деньги забирали в пятницу вечером, а в понедельник приносили, и так несколько раз. И клиент теряет проценты, и банки несут потери, причём не только те, у кого выносят деньги, но и те, к кому их приносят. Да, они их получают, но к ним приходят люди с отрицательной энергией, которые напрягают их отделения, напрягают обстановку.

ОЧ: Последний мой вопрос: вы сейчас стали работать дольше?

АЗ: Конечно.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Золотухин Андрей

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^