Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,93$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Игорь Губерман: «Мне много раз предлагали второе гражданство, но я полагаю это неправильным и нечестным. Я — гражданин Израиля»

×
Разговор на Малине 7 апреля 2014 в 18:51
Проблемы с видео?
В материале:

Губерман Игорь

Разговор на Malina.am с поэтом об отсутствии больших поэтов, простых человеческих мечтах и сложной любви к России — во время творческих визитов, но всё больше — на расстоянии.

Смотрите также:

Поэт Андрей Родионов: «Поэзия самодостаточна. Как секс»

Писатель Сергей Шаргунов: «Я недавно вернулся из Крыма, где видел самодельные заслоны и трогательные баррикады»


Ольга Чебыкина: Игорь Миронович, здравствуйте.

Игорь Губерман: Здравствуйте.

ОЧ: Я уже сказала за кадром и не буду скрывать от зрителей, что я большой поклонник вашего творчества, и для меня это интервью важно исключительно в личных эгоистических целях — поговорить с вами.

ИГ: Замечательно, рад вам помочь. 

ОЧ: Сегодня часто говорят, что в современной поэзии кризис — нет поэтов с большой буквы П. Но есть некоторый подъём в сатирической поэзии — Дмитрий Быков, Всеволод Емелин. Вы согласны с этим мнением?

ИГ: Не согласен. Вы знаете, сейчас вообще действительно с поэтами очень плохо. Я думаю, что поэзия очень крепко и круто развивается, когда есть какие-то надежды, когда в воздухе чем-то весенним пахнет. А сейчас в воздухе пахнет осенней прелью, гнилью, всякими плохими опасениями. Поэты есть прекрасные: молодой Иртеньев изумительно писал, и сейчас ничего, Тимур Кибиров. Молодых сейчас я не знаю и не вижу, но, по-моему, их и правда нет. 

Что касается сатирической поэзии, то никакого её расцвета тоже не наблюдается. О чём вы говорите. Петросян, что ли? Или Comedy Club? Нету никакой современной хорошей сатирической поэзии. Назовите мне хоть кого-нибудь. Ну, Дима Быков действительно очень талантливый человек. Ну и всё, пожалуй. 

ОЧ: Это потому что осень? Всё так плохо?

ИГ: Мне кажется, что у людей очень нехорошие ожидания. Я езжу по России раз в полгода — я очень люблю Россию, приезжаю сюда не только на гастроли, но и пообщаться с с друзьями — поэтому я очень хорошо чувствую, что здесь происходит. Нет, нету крупных поэтов. Я, во всяком случае, назвать никого не могу. Может быть, я просто не знаю. Но не думаю, что это так.

ОЧ: Не думаю, что вы можете не знать крупных поэтов, но тогда это беда какая-то получается. 

Вас часто сравнивают с Омаром Хайямом. Мне кажется, весьма лестное сравнение. 

ИГ: Немыслимое, да.

ОЧ: Мне кажется, не только за талант как таковой, а за любовь к жизни. Вы же любите жизнь.

ИГ: Очень, да.

ОЧ: Но часто говорите, что сейчас осень, закат и надежд нет.

ИГ: Я не говорю о себе, я говорю о том, что я чувствую в сегодняшней России. Потому и нет поэтов, ни лирических, ни сатирических, просто никаких больших поэтов нет. 

ОЧ: А вы никогда не думали вернуться в Россию?

ИГ: Нет, избави господи.

ОЧ: Почему?

ИГ: А потому что, знаете, я по своему характеру ужасно не люблю всяческих унижений. Я бы сегодня торчал на Болотной, на Сахарова, срок бы мне давали, всё бы повторялось снова. Я бы просто так сидеть не мог. А лет мне уже много, лучше сидеть в покое и в тишине. Я очень полюбил Израиль. 

ОЧ: Вам кажется, что Болотная и Сахарова — это было правильно?

ИГ: Это просто счастье, что люди выходят и заявляют о том, что они люди, что они личности, что они хотят того-то и того-то, что топтать человека и плевать на него нельзя. Они ведь очень мирных вещей хотят, они же не требуют свержения царя. Они просто заявляют о том, что они личности и что у них есть собственная точка зрения. Майдана, конечно, в России не будет, Майдан — чисто украинское явление. Но и у нас огромная часть населения заявляет о том, что они люди, и нельзя с ними поступать как с букашками.

ОЧ: А Майдан разве хорошо?

ИГ: Майдан — изумительно. Майдан — это счастье. Я не знаю, чем это обернётся, но пока это совершеннейшее счастье. Вышли на улицы люди, свергли вора, бандита, убийцу — я имею в виду Януковича. Его золотой унитаз, вероятно, уже передали в музей. Пытаются образовать своё собственное, настоящее государство, в котором будет меньше вранья, меньше бандитизма, меньше коррупции, продажности и так далее. Получится ли у них, я не знаю. Там очень разное население, и всё пропитано дымом от трубки Сталина. Всё это ещё очень остро, все мы ещё советские люди. Но они, во всяком случае, делают какие-то попытки. Это счастье, когда люди делают попытки улучшить свою судьбу, а не гундосят в подворотнях.

ОЧ: Я тоже много думаю про Майдан и говорю об этом со своими статусными собеседниками. С Эдвардом Радзинским тоже про это говорили. Он очень тепло относится к Украине, его творческий и жизненный путь пересекался с этой страной, и он сказал, что то, как поступил наш президент, было единственно верным для него путём не только как для политика, но и как для человека с честью и достоинством. Я удивилась, что он сказал это так открыто.

ИГ: Знаете, я не хотел бы разговаривать на политические темы, потому что я иностранец и мне пристойна сдержанность, и я вынужден разговаривать с вами в очень сдержанных выражениях. Поэтому я единственное вам скажу, что я не разделяю точку зрения Эдварда Радзинского. 

ОЧ: У вас разве не два гражданства?

ИГ: Ни в коем случае. У меня одно гражданство, я гражданин Израиля. Мне много раз предлагали сделать два, но я полагаю это неправильным и нечестным. 

ОЧ: Значит, интернет врёт: там в некоторых источниках указано, что у вас два гражданства. Мне показалось, это на вас не похоже.

ИГ: Чушь собачья. 

ОЧ: Два года назад ваша коллега и друг Дина Рубина написала текст для тотального диктанта…

ИГ: Да, и в Ульяновске это запретили.

ОЧ: Да, его запретили, да и бог с ним. Но потом же в интернете, будь он неладен, пошла такая волна гнева…

ИГ: На кого?

ОЧ: На Дину, прежде всего. Писали: кто она такая, чтобы из-за бугра судить о России и что-то нам диктовать в прямом и переносном смысле. Нашлось немало людей, которые писали эту глупость и чушь. Как вы смиряетесь с этим, как вы это переживаете и всё-таки приезжаете в Россию и говорите с нами?

ИГ: А я очень люблю Россию. А вот эти люди, которые пишут всякие поносные эти самые — они писали всегда. Они писали на радио, они писали в «Крокодил» во время советской власти. Они писали доносы. В сталинские времена, во времена большого террора, было несколько миллионов доносов. Писали люди, и не только из корыстных соображений, чтобы прихватить комнатку соседа, а просто вот таким образом выражали своё мнение. Поэтому я на этих людей, которые пишут в интернете, просто не обращаю внимания. И Дина тоже, кстати, плевала.

ОЧ: Ваши слова «Россию увидав на расстоянии, грустить перестаёшь о расставании» до сих пор верны? Вы так чувствуете до сих пор?

ИГ: Наверное, да, хотя здесь есть некоторое преувеличение. Чувствую так же, но я чётко отличаю власть и устройство государства от самой России, в которой я вырос и к которой очень хорошо отношусь.

ОЧ: Вы за кадром сказали: «Я простой советский человек». Это прозвучало, как будто в хорошем смысле простой советский. Это так, я правильно услышала?

ИГ: Это такая присказка. Так юродивые говорят, и вот я так пошутил. Всё советское, что во мне было, я старательно пытался искоренить и думаю, что искоренил ещё не всё.

ОЧ: Но стараетесь?

ИГ: Стараюсь.

ОЧ: В последнее время у нас появилось много достаточно странных законов, охраняющих, например, чьи-то чувства, например, верующих людей. Я хочу поговорить про юмор. Мне кажется, что таким образом мы его обезглавливаем, и какие-то темы становятся табуированными и на них сейчас шутить нельзя. 

ИГ: Простите, мне это кажется глупым и неразумным. Я очень много общаюсь с верующими людьми самых разных конфессий. Настоящего верующего человека оскорбить просто невозможно. А вот человека, который для показухи ходит в церковь или синагогу, очень можно оскорбить, потому что это показуха и он очень тщательно следит за тем, как он выглядит. 

У нас в Израиле чудовищное количество верующих, и просто процветает сатира на них. Я что-то ни разу не слышал, чтобы верующие против этого протестовали. Смеётесь — смейтесь. Настоящую веру в человеке нельзя оскорбить. 

ОЧ: А есть табуированные темы для сатиры и юмора в Израиле?

ИГ: Вообще нигде нет никаких табуированных тем. Запретных тем нет. Человек имеет право и должен, по-моему, смеяться над всем, чем угодно. Это блестяще доказали Рабле, Дефо и так далее. 

ОЧ: Какие темы как поэта вас сейчас интересуют более всего? 

ИГ: Меня интересует то же, что и раньше интересовало: любовь, дружба, мужчина, женщина, Россия, евреи, Бог, жизнь, смерть. Вот все темы, на которые я и пишу. 

ОЧ: Будет ли уместно, если я попрошу вас прочесть что-нибудь из последнего?

ИГ: А я ничего не помню наизусть, ласточка. Я старый человек, у меня бумажки, я в них первые строчки смотрю. Я просто не помню. 

ОЧ: Что лучше всего в России принимают, может быть, просят прочитать на ваших творческих встречах?

ИГ: Всё, что угодно. Либо про семью, про любовь просят, либо байки рассказать. Да любые стишки. Разные люди просят разные стишки. 

ОЧ: Однажды, отвечая на вопрос, о каком несовершённом поступке вы сожалеете, вы ответили, что не предотвратили революцию 1917 года. Сейчас вы ответили бы точно так же? 

ИГ: Не люблю на такие глобальные крутые вопросы отвечать. Я жалею, я бы с удовольствием предотвратил революцию, и Россия была бы замечательной страной, какой она была в 1913 году. 

ОЧ: Тогда я хочу вернуться к вопросу о Майдане, потому что мне важно, чтобы вы меня научили и поделились своим опытом.

ИГ: Никого научить не могу, советов не даю, ласточка.

ОЧ: Тогда я просто сложу это на полочке своих знаний и впечатлений, может быть, это мне в дальнейшем поможет. Революция — это правда плохо и опасно. Я очень боюсь революции и смерти, я очень не люблю, когда люди стреляют друг в друга, страшнее этого ничего нет. Как же может быть Майдан хорошо, если революция — это плохо? 

ИГ: Майдан — это практически бескровная революция. Если бы какой-то подонок не натравил снайперов и не убили 100 человек, то это была бы уникальная революция — потому что это революция, безусловно, народное волеизъявление — и только эти покойники портят картину. Но не они виноваты в том, что было 100 человек убито. А так это бескровная революция. Я повторяю вам ещё раз: я не знаю, чем это кончится. Может быть, это будет хорошо, а может быть, победят какие-нибудь правые полуфашисты.

ОЧ: Игорь Миронович, о чём вы мечтаете?

ИГ: Мечтаю, например, сейчас пойти выпить ещё кофе и рюмочку. Или вы в долговременном плане?

ОЧ: В чуть более долговременном.

ИГ: Да чтобы всё текло так, как сейчас. Чтобы дети не болели, чтобы внуки не болели, чтобы жена не болела. Чтобы друзья не умирали, в моём возрасте это уже очень существенная штука. Уже очень многих похоронил. В Москву приезжаю — очень сильно опустела Москва в смысле друзей. Это не мечты, это такие бессмысленные пожелания.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Губерман Игорь

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^