Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -6°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -6°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -6°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Джульетто Кьеза: «Нужно создать новые демократические государства, где все функции, и медиа в том числе, будут в руках гражданского общества»

×
Разговор на Малине 16 апреля 2014 в 16:40
Проблемы с видео?

Итальянский журналист, политик и писатель предлагает разрушить монополию американских медиа, формирующих мнение всего мира.

Смотрите также:

Главный реформатор ключевых российских медиа Наталья Лосева: «Бизнес, государство и различные социальные институты функцию информирования населения уже завтра заберут у медиа»

Борис Лозовский: «Я считаю неправильным то, что делается с «Дождём». С другой стороны, это их промах»


Ольга Чебыкина: Добрый день, Джульетто. 

Джульетто Кьеза: Добрый день.

ОЧ: Я волновалась перед этим интервью. Готовилась, читала ваши знаменитые высказывания — нашла весьма нелестные для себя. Вы называете телевидение великой фабрикой грёз и лжи. Как это коррелирует с тем, что вы всё-таки общаетесь с прессой?

ДК: Я критикую использование телевидения в современную эпоху и не питаю иллюзий, что можно вернуться назад. Мы вошли в эпоху движущихся кадров. Мы ходим по улице, и кадры лежат у нас в кармане. Вся архитектура, облик городов, вокзалов, домов сформирован телевидением. Компьютер, телефон — это уже телевидение. Я думаю, что через 50 лет, вероятно, большинство людей не будут уметь читать. Уже сейчас в Италии многие не читают книги и газеты, не покупают за всю жизнь ни одной книги. 

ОЧ: Вы приехали в Екатеринбург в рамках честного фестиваля рекламы «Чеснок». Этот фестиваль в том числе пропагандирует культуру медиа. Какова ваша роль на нём? О чём вы будете рассказывать? Будете ли вы предостерегать от того, что только что назвали, или нам стоит смириться с неизбежностью медиа?

ДК: У меня есть впечатление, что когда общий информационный шум превышает возможность человека понимать всё, что он видит, качество информации, которую он получает, очень низко. Получается, что человек, который считает себя грамотным, на самом деле безграмотный. 

Мы находимся в начале революции. Все считают, что мы уже совершили информационную, коммуникационную революцию, — нет. Мне кажется, что предстоят большие изменения в нашей жизни, поменяется вся система коммуникации людей. Вся политика будет в корне меняться. Новое поколение будет совершенно отличное от предыдущего. Я надеюсь на лучшее, но не очень думаю, что всё так будет.

ОЧ: Пессимистично вы смотрите в будущее. У вас есть тезис про то, что СМИ должны быть в руках государства.

ДК: Ну да, фундаментальные СМИ должны быть в руках государства.

ОЧ: Но разве это не противоречит основным демократическим постулатам, за которые ратуют во всём мире?

ДК: Нет, наоборот. Я настроен очень радикально: информация и коммуникации являются общими благами людей. Когда информация приобретает гигантскую важность в нашей жизни, оставить её в руках отдельных людей, которые её используют, чтобы обогатиться, нельзя. Человек как частное лицо хочет обогатиться — пожалуйста. Но ты не можешь дать ему сделать это за счёт твоего сознания. Я никому не отдам свою судьбу только из-за того, что он богатый. 

ОЧ: А не опасно ли отдавать свою судьбу в руки государству? В нашей стране часто говорят о госпропаганде на центральных каналах. Я разделяю эту точку зрения, но не в полной мере. Нужно самому уметь видеть, что тебе предлагают. И если ты приложишь хоть немного усилий для того, чтобы хотя бы сравнить информацию на двух каналах и найти какую-то золотую середину, может быть, ты станешь к истине чуть ближе, чем те, кто не утрудил себя. А государство не думает о каждом человеке в отдельности, и это нормально. Государство — это огромная мощная машина, она легко может раздавить и не заметить. 

ДК: Я думаю, что надо создавать новые, демократические государства, где не только информация, но вообще общественные функции будут находиться в руках общества, под полным демократическим контролем. Сейчас этого нет, есть только отдельные примеры. Скажем, в Аргентине создали целую информационную систему. Она находится в руках государства. Все частоты радио и телевидения распространяются по конкурсу. Одна часть медиа — государственная, одна часть — для гражданского общества. В Аргентине, например, многие университеты имеют собственное очень хорошее телевидение, которая появилось потому, что университет бесплатно получил от государства возможность производить видео. Это совершенно иная модель, где демократия начинается изнутри, снизу. Но сейчас таких не существует, поэтому когда я говорю, что информация — это общее благо и общая ценность, я думаю, что надо реформировать систему управления обществом.

ОЧ: Очень показательно, что вы в качестве близкой к идеалу модели привели Аргентину, а не Великобританию, где развито общественное телевидение, или Америку, для которой демократические ценности — её знамя. 

ДК: У Соединённых Штатов почти нет прав на информацию. Там вся информация принадлежит частным лицам. Не существует никакого демократического контроля нигде — ни на государственном уровне, ни на уровне штата или города. Люди в этом не участвуют. Дорогие друзья, вас 300 миллионов человек, а в мире семь миллиардов. Вы считаете, что семь миллиардов человек будут жить по вашим правилам? Вы глубоко ошибаетесь. И поймите, что вам надо договориться с остальным миром, и очень быстро, иначе ситуация станет опасной для вас. 

ОЧ: Как вы считаете, изменился ли баланс в мире после того, что произошло на Украине, после присоединения Крыма к России?

ДК: Конечно, баланс сильно поменялся. Я живу в Италии и могу сказать, что сейчас наблюдается волна русофобии, которой я раньше не видел. Я 20 лет жил в Советском Союзе, потом в России, пережил много кризисных моментов, но я никогда не видел такого искажения реальности, которое происходит сегодня прямо на наших глазах. 

Когда я летел сюда, я читал газету International New York Times, в которой одна статья за другой была переполнена русофобией. Там было искажение элементарных фактов и даже открытые заявления: они плохие, вот и всё. Без аргументов. 

Когда Янукович был снят в Киеве, я был в баре около моего дома в Риме, пил капучино. Вокруг меня было пять человек плюс бариста. Мы начали это обсуждать. У меня спросили, что я думаю, и я начал рассказывать мою точку зрения — я считаю, что это насильственный переворот. Все смотрели на меня с удивлением — они не понимали, о чём я говорю. Один меня перебил и спросил: «Но разве вы не знаете, что Путин оккупировал Украину?» Оказалось, что все пятеро плюс бариста думали, что Путин оккупировал Украину. И это не исключение. Мне кажется, это была картина общественного мнения Италии. Итальянцев 60 миллионов. Добавьте ещё 500 миллионов европейцев, которые тоже могут думать, что Путин оккупировал Украину. Мне кажется, это очень опасная ситуация. 

ОЧ: Кажется? Более чем! Что в наших силах, как заставить людей думать? Это же очень просто — просто подумать, попытаться найти второй источник. Но это, конечно, глобальная проблема журналистики — нет двух точек зрения. Это фундаментальное правило перестало действовать. 

ДК: Да, это очень сложная задача. Об этом я и размышляю: что делать с этой так называемой частной информацией, которая, по существу, находится в руках десяти человек. 

Америка диктует. Reuter, Мёрдок, CNN — они формируют мнение всего мира. Я считаю, Украина неизбежно идёт в НАТО. Америка сделала всё, чтобы переместить Украину в НАТО. Не в Европу, Европа — это неинтересно. Военная сила Запада приближается. Потом добавится Грузия, Молдавия. Окружение идёт всё выше. Почему? Потому что это подготовка к войне. Другого объяснения нет. Зачем? Чтобы показать, какие они сильные? Нет. Я являюсь членом НАТО, и мне это очень не нравится, потому что речь идёт о том, как сломать Россию. Но Россия большая, она ещё может себя защитить. И ещё есть Китай. А Китай — это миллиард 300 миллионов человек. Редуцировать Китай Западу невозможно, ни сейчас, ни через сто или двести лет. Сейчас мы находимся на перекрёстке, чтобы или договориться, или подготовиться к войне, которая будет очень большой. 

ОЧ: Будем надеяться, что это не случится и мы всё-таки научимся слышать друг друга. Напоследок хочу спросить: вы много времени жили в России, провели 20 лет в Москве и видели изнутри колоссальные изменения, которые происходили с нашей страной. Насколько мы изменились, на ваш взгляд?

ДК: Это вопрос, который все задают, и в Италии, и в Америке. Ответ на него неоднозначный. С одной стороны, никаких изменений: русские люди остались русскими людьми. А с другой стороны, многое изменилось, потому что к вам проникли многие идеи Запада. Это какая-то форма культурной колонизации, не очень приятная. У вас появились те, кто обожает жизнь Запада. А я живу на Западе и вижу процесс его перерождения, процесс умирания западной демократии. Резюмирую: всё, как было раньше, но одновременно не так. 

ОЧ: Нужно осторожнее заимствовать и больше сохранять своего. 

ДК: Надо вернуться назад и всё передумать. На Западе считают, что период разрушения Советского Союза — это история победителей, которую Запад написал для вас. Для русского народа важно начать переписывать собственную историю советских лет. Там было много отрицательных элементов, но одновременно были и интересные элементы. Говорили, что Советский Союз рухнул, потому что он был плохой. Нет, не из-за этого. Просто в тот момент была определённая форма мира, и в определённых условиях проходила борьба. Если бы тогда не было такой Америки или такой Европы, может быть, и эксперимент мог бы продолжаться. 

Было бы очень хорошо, если бы началась новая эпоха размышлений. Я все эти годы следил и видел, что ваша интеллигенция хочет избавиться от прошлого, хочет о нём не думать.

ОЧ: А ещё наша интеллигенция любит уезжать и со стороны смотреть.

ДК: Да, вот проблема. Отношения между народом и интеллигенцией надо восстановить. Интеллигенция России пока ещё находится под шоком от того, что происходило. Прошло уже 20 лет, а она всё не разбирается.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^