Понедельник, 5 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016
Brent 53,96$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Понедельник, 5 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016
Brent 53,96$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Понедельник, 5 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 05.12.2016
Brent 53,96$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Михаил Слободин, генеральный директор «ВымпелКом»: «Я не хочу работать в компании, где в качестве собственника в большом количестве присутствует государство»

×
Разговор на Малине 14 марта 2014 в 19:27
Проблемы с видео?
В материале:

Слободин Михаил, Билайн (ОАО «ВымпелКом»)

О взаимоотношении с государством, мобильном рабстве и ситуации на телекоммуникационном рынке Украине.

Смотрите также:

Алёна Ярушина, пресс-секретарь телекоммуникационной группы «Мотив»: «Принято считать, что большие всегда побеждают маленьких, но мы идём против правил»

Топ-менеджер «Ростелеком-Урал» Илья Васкецов: «После 98 года я — человек системы»


Ольга Чебыкина: Михаил, добрый день. Мы с вами в актовом зале УрФУ, правда ли, что он навевает студенческие воспоминания?

Михаил Слободин: Да, я здесь выступал на сцене с КВНом от Уральского государственного университета. Правда, надо сказать, что больше воспоминаний навевает здание Уральского государственного университета, который я закончил чёрт-те сколько времени назад. 

ОЧ: Кстати, как вы относитесь к слиянию вузов? 

МС: Мне сложно делать большие глубокие выводы, но я наблюдал динамику за последние четыре года, когда, собственно, рождался этот проект. Мне кажется, первое слияние прошло органично на уровне студентов. Люди, которые сейчас здесь учатся, практически не помнят, что такое УрГУ, что такое УПИ. Слияние уже прошло, и федеральный университет работает как единое целое. Хотя, конечно, культура и подходы на уровне преподавательского состава, я думаю, ещё остаются разными.

ОЧ: Я неспроста спросила про слияние. Вы, мне кажется, специалист по слияниям и поглощениям.

МС: Скорее по слияниям, чем по поглощениям (улыбается).

ОЧ: Вы же большую часть своей успешной карьеры работали в структурах Виктора Вексельберга.

МС: Да, это правда.

ОЧ: Начинали в Североуральске на бокситовом руднике, потом управляли холдингом ТНК-ВР. А теперь, во-первых, работаете в другой сфере, в телекоммуникации, а во-вторых, у вас другой собственник, акционер другой подход к бизнесу и жизни. Насколько комфортно вам работается с «Альфа-Групп»?

МС: Во-первых, «Альфа-Групп» не является единственным акционером. Эта компания, мне кажется, являет гармоничный союз западной культуры — это компания Telenor, мировой лидер телекоммуникационной индустрии — и предпринимательского духа и понимания российского контекста в лице группы «Альфа». 

Честно говоря, когда я работал с Виктором Вексельбергом на моей последней позиции в ТНК-ВР, это фактически было совместное предприятие «Реновы», «Альфа-Групп» и ВР. Поэтому, в общем, я не вижу никаких фундаментальных изменений на уровне ментальности, подходов и принципов построения бизнеса. 

Хотя, безусловно, «Альфа» как группа и акционер, наверное, более глубоко погружена в текущий бизнес, более чётко и прагматично формулирует задачи, более глубоко проникает в содержательную часть. У неё такой подход к бизнесу. У Виктора другой подход, связанный с бОльшим делегированием, с бОльшим визионерским подходом. У каждого из этих подходов есть свои плюсы и минусы. Но, честно говоря, я не вижу никаких проблем, работая в разных культурах. Более того, эта комбинация культур и понимание разных подходов на самом деле помогает в жизни. Я же не группу поменял. Я просто меняю компании и задачи, которые мне интересны.

ОЧ: Мне кажется, вам как человеку, видимо, ищущему и ненастному в плане работы интересно кардинально сменить сферу деятельности. 

МС: Ну да, с какого-то уровня не имеет принципиального значения, в какой индустрии ты работаешь. За период своей карьеры ты обретаешь технологию адаптации и вгружения в специфику конкретного бизнеса. Для меня телеком уже пятая индустрия. 

Безусловно, чтобы управлять компанией, которая занимается серьёзным бизнесом, нужно понимать его специфику. Но при этом 80-90% любого бизнеса — это люди, психология, мотивация, дисциплина, контроль, то есть базовые человеческие ценности. Это то, что существует везде. Безусловно, когда ты умеешь делать это в одном месте, ты достаточно легко применяешь то же самое и в другом.

ОЧ: Но ведь у Вексельберга тоже есть телеком. «Акадо», например. 

МС: «Акадо» по размеру достаточно…

ОЧ: Несерьёзно для вас?

МС: Да. Но в принципе, моя смена деятельности с нефтегаза на телеком в каком-то смысле носила вынужденный характер, потому что акционеры приняли решение продать компанию и сделали, с моей точки зрения, очень хорошую сделку. Но при этом я себе поставил задачу: я не хочу работать в секторе, который контролируется и регулируется государством, где есть большое присутствие государства в качестве собственника. Слава богу, я смог найти очень интересную содержательную работу. Хотя были и другие интересные предложения.

ОЧ: Да, я читала ваше интервью, которое вы давали газете «Ведомости», и там акцент как раз был сделан на минимальное государственное влияние на компанию, в которой вы работаете. На каких принципах строятся ваши отношения с нашим государством? 

МС: Мне интересно что-то делать, создавать что-то, чем можно гордиться. Это высокие слова, но это действительно содержательная часть. Честно говоря, вот ТНК-ВР — пример комбинации международного и российского опыта, но мне было более интересно проявить себя всё-таки в России, принять вызов по трансформации большой структуры, потому что я по жизни концентрируюсь на управлении большими системами. 

Что касается отношений с государством, его надо, безусловно, уважать, потому что когда ты делаешь бизнес, ты во многом зависишь от него. Но при этом нужно не терять самоуважение, потому что иногда государство в выполнении своих задач может создавать проблемы для твоего бизнеса. Например, в электроэнергетике, в которой я работал, ситуация с ручным регулированием со стороны государства фактически убила индустрию. В ней неинтересно работать, в ней нет перспективы. Поэтому у меня был осознанный выбор: понимая, к каким последствиям может привести неэффективная роль государства, вмешательство государства в индустрию, я для себя принял такое решение — лучше я и то, чем я занимаюсь, отдельно, а государство отдельно. 

Телеком очень интересный пример того, как минимальное разумно регулирующее воздействие государства создаёт очень высококонкурентную индустрию. Телеком по уровню развития в России не хуже, а даже лучше, чем в Европе. Чуть отстаёт от Америки, но это отставание исчисляется годом-полутора. У нас одни из самых низких тарифов в мире на мобильную связь.

ОЧ: Насколько я понимаю, 2013 год для «ВымпелКома» был не очень удачным в финансовом смысле? У вас прибыль минус полтора миллиарда долларов.

МС: Это были бумажные списания. Наша клиентская база почти не изменилась за этот год. Проблема в том, что она увеличилась у наших конкурентов, прежде всего у «МегаФона». Цифры МТС, я думаю, мы в течение пары недель получим, но тем не менее, безусловно, «ВымпелКом» отстаёт от конкурентов. Это самая главная проблема. При этом мы демонстрируем стабильные финансовые показатели, но это не то, чем хотелось бы гордиться. 

ОЧ: Какая ваша задача как управленца? Догнать и перегнать?

МС: Моя первая задача — культурологическая и идеологическая: перестроить бизнес-модель работы компании на такую, где во главу угла ставятся не деньги, которые мы зарабатываем, а клиент, которого мы обслуживаем. Это важная идеологическая вещь. В такой бизнес-модели компания зарабатывает по определению больше. Самое тяжёлое — это когда ты переходишь от старой модели к новой и получаешь краткосрочные негативные эффекты, связанные с деньгами. Но при этом ты получаешь долгосрочную надёжную и лояльную к тебе потребительскую базу. Сейчас мы находимся в этом трансформационном периоде.

Ещё в этой трансформации важно качество исполнения. Если ты в нём очень успешен, последователен в реализации этой цели, глубоко трансформируешь культуру внутри организации, и клиент начинает это чувствовать, тогда в средней и долгосрочной перспективе ты точно побеждаешь. Вот это очень интересный вызов. Сейчас мы поставили клиента на первое место. Это непросто. Сейчас внутри мы переживаем культурно-трансформационный шок. 

ОЧ: У меня будет возможность проверить: я семь лет пользуюсь «Билайном» и не перехожу к другим операторам. Но ведь сейчас есть система, когда можно уйти от своего оператора, не меняя номер, отмена так называемого мобильного рабства. Вы уже почувствовали это на себе? 

МС: Это микроскопические объёмы. Мобильное рабство оказалось условным, о нём больше разговаривали. Я думаю, что объёмы тех, кто решит менять оператора, будут увеличиваться, но незначительно. Пока это, как мы говорим, тепловое расширение. В целом мы сейчас имеем нейтральный баланс по тому, кто ушёл и кто пришёл. Это фундаментально никак не влияет на бизнес. 

ОЧ: Вернёмся к негативу. Акции «ВымпелКома» с начала 2014 года значительно упали. Есть цифры: за неделю минус шесть процентов, за месяц минус 11, в год минус 26.

МС: Вы называете цифры по всей группе, а она включает в себя совокупность многих вещей и факторов, происходящих не только в России. Самую большую корректировку стоимости акций произвела история, связанная с тем, что компания кардинально сократила уровень выплачиваемых дивидендов акционерам, сконцентрировавшись на том, чтобы больше вкладывать в развитие и уменьшить уровень долга, обеспечив бОльшую финансовую стабильность на среднесрочном и долгосрочном этапе. Миноритарные акционеры, которые и формируют эти акции, расстроены изменением дивидендной политики и голосуют ногами. Но мне кажется, принятое решение действительно является стратегическим, осознанным, и оно говорит о том, что действующие акционеры играют, скорее, вдолгую. Как только мы стабилизируем ситуацию и по долгу, и по клиентской базе и начнём платить дивиденды, всё вернётся через непродолжительное время. 

ОЧ: Что сейчас происходит с украинским оператором «Киевстар»?

МС: Конечно, я никак не могу комментировать финансовые результаты, но могу сказать, что политические события не меняют количество людей, которые пользуются мобильной связью. На Украине сложилась устойчивая модель, в которой есть три крупных игрока: «Киевстар», лидер рынка, у него 47-48%, МТС, у которого существенно меньше, и life, аналог нашего Теле2, он имеет то ли 10%, то ли 12%. Куда-то перетекать, убегать — людям не до этого. 

Могу сказать точно: люди стали больше разговаривать друг с другом. Мы видим очень большое увеличение трафика между Россией и Украиной. Люди звонят друг другу. Это лишь подтверждает тот факт, что мы очень взаимосвязанные народы. За последние два месяца трафик увеличился на 40%.

ОЧ: Мне кажется, вы человек неравнодушный. Вы до сих пор состоите в «Гражданской платформе»? 

МС: В «Гражданской платформе» я как в партии не состою. Но я являюсь членом её федерального совета. Это такой орган, где мы обсуждаем подходы, которые для России являются правильными стратегическими ходами, решаемыми политическими методами. Это очень интересное с интеллектуальной точки зрения упражнение. Понятно, что возможности по внедрению тех идей крайне ограничены, но эта история вдолгую, конечно.

ОЧ: Какая у вас мотивация? Вы же, наверное, рациональный человек: вот действия, вот результат, пусть даже вдолгую. Для чего вам это нужно?

МС: Во-первых, мне интересно посмотреть на ситуацию не только с простой бизнес-точки зрения. Там ситуация обсуждается гораздо шире. Это расширяет кругозор, ты понимаешь, что система, в которой ты работаешь, является лишь частью гораздо большей системы. А во-вторых, там очень интересные люди, с которыми я никогда бы не познакомился в обычной жизни, потому что они в одной аудитории, я в другой. И обсуждаемые вопросы интересные. Что будет со страной и что можно сделать со страной, мне как гражданину и человеку интересно.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^