Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -11°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -11°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -11°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«Сейчас LinguaLeo входит в топ-5 в мире по числу пользователей, и у неё есть шансы стать мировым лидером»

×
Разговор на Малине 14 марта 2014 в 17:29
Проблемы с видео?

Разговор о LinguaLeo как самом успешном стартапе рунета, сроке жизни мобильных приложений, секретах их разработки и продвижения, а также об экономике продукта.

Смотрите также:

Борис Лепинских. основатель и директор интернет-магазина «E96.ru»: «Попадание в рейтинг Forbes — это признание того, что компания стала федеральной»

Председатель совета директоров компании NAUMEN Александр Давыдов: «Переходи на тёмную сторону, я дам тебе печеньку»

Руководитель екатеринбургского офиса разработки компании «Яндекс» Андрей Жаринов: «Классный офис и бешеные зарплаты — санитарный минимум»


Екатерина Дегай: Илья, привет. 

Илья Красинский: Привет.

ЕД: Ты приехал в Екатеринбург на конференцию для уральских разработчиков «DUMP-2014». Ты читаешь доклад на тему «Жизнь мобильных приложений до и после выхода в стор». И ты часто говоришь о том, что 60% приложений в сторе вообще никогда не скачиваются. Почему это происходит и как избежать этой истории?

ИК: На самом деле скачивают, по меньшей мере разработчики и их друзья. Это на самом деле не моя статистика — если не ошибаюсь, у DistimoDistimo — компания, которая занимается аналитикой и статистикой в области мобильных приложений. был такой достаточно древний отчёт. Это правда так. Приложений выкладывается очень большое число, а скачивают их мало. Так устроен стор, это экономика хитов, экономика успеха. Если ты находишься в топ-категории, высоко, тебя видят и скачивают. Если ты не находишься там, ты падаешь вниз. Всего в сторе примерно 150 мест. 

ЕД: Как попасть в этот топ?

ИК: Это проще в App Store и сложнее в Google Play. В App Store надо получить скачивания. Если приложение хорошее, надо минимум за два месяца до выхода в стор подумать, как получить достаточное число установок в один день. Это главное отличие от веба: на вебе можно привлекать пользователей в любой момент, а тут нужно в один день. В России нужно минимум 10 тысяч скачиваний, чтобы попасть в стор. Это вполне достижимая цифра, которая обычно даже не требует больших усилий. Просто надо знать, как.

ЕД: И как же? 

ИК: Например, бесплатные блоги, которые про вас пишут. Если у вас интересное приложение, они будут писать. Они часто хотят это делать за деньги, но они также заинтересованы в том, чтобы писать про хорошие приложения. Поэтому с ними надо просто договариваться. 

Ещё работает всё, что касается социальных сетей. Там очень низкая стоимость. Рубль, два, три, даже пять в России — это вполне себе реальные деньги за одного пользователя. Реклама в фейсбуке, например, очень хорошо работает, и это часто не очень дорого, особенно когда ты находишься в топе стора. На одного платного пользователя приходится три-пять-десять бесплатных. Значит, ты платишь, условно говоря, не доллар, а 10, 20, 30 центов, то есть шесть рублей. 

Вся стратегия сводится к тому, чтобы сжаться в пружинку и выстрелить в первый день, ещё несколько дней поддержать эту историю, получить органический трафик и держаться столько, сколько можешь. Конечно, мы не можем конкурировать с маркетинговыми бюджетами Asphalt 8 или Disney, но это обычно и не надо. Например, мы делали в сентябре приложение «Мята» для чтения новостей «Вконтакте», и практически без затрат денег было 120 тысяч скачиваний. Не то что надо это повторять, это не всегда возможно. У нас был спортивный интерес. 

ЕД: Делать мобильные приложения сейчас просто модно. Все их делают, не задумываясь, надо это или нет, тратят приличные деньги. Скажи, в какой момент приложение реально нужно?

ИК: Если у вас уже есть публичный ресурс, у которого большая аудитория, и ему нужно дополнение, то приложение — это правильное решение. В 2014 году резко выросло число пользователей, которые научились пользоваться стором, которые умеют скачивать оттуда приложения, а в 2016 году мобильных пользователей будет больше, чем веб-пользователей. 

Как я говорил, в сторе всего 150 мест, и если не выходить в него сейчас, то потом будет поздно. Приложению, которое уже находится в категории стора, сложнее упасть вниз, если его уже скачивают, любят, и у него миллионная аудитория. Сейчас время прямо поджимает. 

Если же большого веб-ресурса и регулярной подпитки пользователей с сайта нет, то либо должна быть грамотная стратегия, то есть вы знаете, что делаете, либо вы не очень знаете, что делаете, и надо сначала подумать, потому что большая часть приложений не окупается. Все пытаются сделать приложения за 300-500 тысяч рублей, но так не получится. Приложение надо развивать и поддерживать, на него надо потратить минимум миллион рублей. Чаще всего экономика не сходится, приложение убыточное. 

ЕД: Какие приложения пользуются большей популярностью, сервисные или контентные? Мне кажется, что сервисные.

ИК: Сервисные полезнее, у них есть повторные заходы. Контентные приложения успешны, только если у них очень хороший контент. Было много примеров запуска, например, интерактивные комиксы, но это идёт тяжело. Основная проблема — пользователи не так уж часто возвращаются в приложения. Средний пользователь ставит на телефон до 20 приложений в месяц. Из них он использует около шести. 

ЕД: Мы телеканал, работаем в Екатеринбурге. Как ты думаешь, надо нам приложение или нет? Мы об этом думали и даже начали что-то разрабатывать, но пока не стали его запускать.

ИК: Мобильной версии сайта, скорее всего, будет достаточно. История ведь заключается в чём: у приложения должно быть много пользователей. К сожалению, ни один из сторов не позволяет таргетировать на регион. Он не позволяет показывать топ Екатеринбурга, или Москвы, или Питера, топ всегда будет федеральный. Соответственно, достаточно тяжело будет конкурировать с приложениями «Газеты.ру», «Коммерсанта», «Ведомостей». Хотя ваш контент в конкретном регионе наверняка более интересен и полезен людям, чем общефедеральные новости. Но при этом число пользователей у вас будет объективно будет меньше. 

ЕД: Есть App Store, есть Google Play. Нужно использовать обе платформы или выбрать какую-то одну? 

ИК: На самом деле ещё есть Windows Phone, и он очень хорош. Для него практически нет приложений, но у него есть аудитория. К сожалению, дизайн у него пока ещё непривычный, люди не могут найти нужные экраны, куда им там нажать. Особенно экран «Купить» большая проблема. Но если грамотно к этому подойти, то WinPhone не стоит сбрасывать со счетов. Конверсия в покупку и доход с пользователя там достаточно высокие, примерно на уровне айфона или чуть меньше. Если, конечно, пользователь понимает, как пользоваться приложением. 

У Google Play доход с пользователя примерно в три раза меньше, но зато гораздо больше  пользователей. Точных оценок рынка пока нет, но есть оценка количества именно активных пользователей — не тех, которые просто купили устройство, а тех, которые регулярно ходят в стор и скачивают. Айфоном пользуются около 7-9 миллионов, активных андроид-пользователей около 15 миллионов, и это число ещё будет расти, потому что продали гораздо больше телефонов, просто пользователи ещё учатся скачивать. В 2014 году будет переломный момент, его все ожидают. Например, LinguaLeo в день скачивало до трех тысяч пользователей на айфоне и до пяти тысяч на андроиде, то есть минимум в полтора раза больше. 

ЕД: То есть надо думать про все платформы.

ИК: Да.

ЕД: LinguaLeo — самый успешный стартап рунета. В 2012 году вы привлекли  три миллиона долларов инвестиций. Как стало понятно, что эта история выстрелит?

ИК: Важный момент — это, конечно, команда: основатель Айнур Абдулнасыров, Лёша Один, Дима Басалов, я тоже принимал участие на каком-то этапе. В какой-то момент собралась очень сильная команда. На самом деле стартап с самого начала пошёл тяжело. Айнур вывез команду в Таиланд — меня в ней тогда ещё не было, — и они когда вернулись, не всё пошло сразу. Айнур правильно сделал пиар и грамотно начал рассказывать про товар, сделал правильную историю про приключения, которая поддерживается и продолжается.

ЕД: Ты имеешь в виду, что разработчики вот так просто взяли и поехали в Таиланд работать? 

ИК: Да, поехали. Он взял в Таиланд шесть человек, которые были готовы. Сейчас многие компании это повторяют, но мы были первые, это правда было здорово. Потом мы ездили в Черногорию, жили там два с половиной месяца в 2012 году. Я к этому немного скептически относился: вот мы бросаем всё и уезжаем в Черногорию. Но на самом деле там получилось склеить команду, там получилось многим людям между собой договориться и понять, что, зачем, почему и для чего мы делаем. Это была приятная магия. 

В какой-то момент накопилось достаточно компетенций, совершалось много ошибок, очень быстро делались выводы. Цикл обратной связи, когда ты признаёшь свои ошибки, признаёшь, что что-то не знаешь или не понимаешь, в компании очень ярко выражен. И это позволяет компании пробовать, а если не получилось, заново пробовать, и таким образом гораздо быстрее находить то, что работает. 

Ну и аудитория: сейчас, насколько я знаю, уже восемь миллионов зарегистрированных пользователи, а ещё недавно было семь миллионов. Это правда хорошо. Компания входит в топ-5 компаний в мире по активным пользователям, хотя работает только на рынках СНГ. И у компании есть заявка на попадание в топ мирового лидерства. Я знаю, что будет новая стратегия развития, выход в другие страны. Она сейчас активно прорабатывается, готовится, и я думаю, будет большой успех.

ЕД: Если вспоминать начало, истоки, про вас много говорили, что вы калька с очень похожего канадского проекта. Айнур говорил, что вы только через три месяца после начала разработки увидели, что такой проект вообще существует. Но по факту такое калькирование работает? Зачем изобретать велосипед, когда есть штуки, которые уже работают? 

ИК: Это очень массово работает. Мы смеялись: наверное, на сайтах выкладывается объявление «Разработай себе LinguaLeo за 100 тысяч рублей». Каждый месяц выходило новое мобильное приложение, которое в той или иной области конкурировало с LinguaLeo. На вебе это происходило постоянно. 

Обычно копируется внешняя атрибутика, вещи, связанные с геймификацией, без понимания, как и зачем это работает, для чего это делается. Когда это просто копируется, это не очень работает. 

Да, важно отметить: с лета этого года я уже не руковожу мобильными продуктами LinguaLeo, я занимаюсь своим бизнесом. Но при этом я дружу с компанией, которая меня консультирует, мы вполне хорошо общаемся. Надо это проговорить, чтобы не создалось ощущение, что я ещё продолжаю там работать. Но я постоянно говорю «мы», потому что очень сложно отказаться от этого трёхлетнего опыта. 

ЕД: Ты говоришь, что LinguaLeo много копировали, но далеко не у всех работало. Почему получилось именно у LinguaLeo? 

ИК: Потому что мы разбирались, мы бились до самого основания, что работает, что нет. У нас была хорошая продуктовая аналитика, которой на рынке катастрофически не хватает. 

ЕД: Фишка с тем, что ты играешь, когда учишь язык, это какая-то особенность?

ИК: Конечно. Это хорошо работает, просто надо понять, что именно в этом работает. Если просто так скопировать ум, опыт, навыки, сытость, само по себе это не сработает. Надо понимать, зачем ты это делаешь, надо хорошо разбираться в геймификации, хорошо понимать экономику продукта, метрики, и считать, анализировать то, что ты сделал. Обычно копируют внешнюю атрибутику.

ЕД: Само приложение бесплатное, и пользователь платит только за дополнительные функции. Насколько люди в нашей стране готовы платить за приложения? 

ИК: Я работаю с большим количеством стартапов и в России часто слышу от многих команд, что все ужасно стесняются, когда что-то продают. У нас ходила шутка, полушутка, полувсерьёз: когда люди заходят в приложение или на сайт LinguaLeo, если оно им нравится, то заплатить за него — это такой донат, поощрение: разработчики молодцы, постарались. 

На самом деле люди вполне любят платить и покупать. Тем более что LinguaLeo — это три-четыре чашки кофе, не очень большая сумма денег, люди в ресторанах гораздо больше оставляют. Весь вопрос в том, как сделать так, чтобы им было приятно, им нравилось, они получали удовольствие. Тут работает всё, начиная от продукта, упаковки, иллюстраций, смешных фраз, вещей, которые просто улыбают человека. И ещё важна служба поддержки. Часто, особенно с мобильными приложениями, бывают проблемы, и наша поддержка отрабатывала их отлично. Мы сами искали людей в социальных сетях, когда не могли ответить им в сторе, выходили на них, узнавали, в чём у них проблема, и помогали её решить. Конечно, после этого люди приходили и говорили: ребята, вы молодцы. 

ЕД: Сколько людей работают в проекте?

ИК: Сейчас там до 60 человек.

ЕД: Это большая команда для айти-проекта? 

ИК: Это достаточно большая команда, надо признать честно. В какой-то момент мы достаточно выросли. Я помню, когда мы только разрабатывали мобильное приложение, нас было шесть человек, а потом был очень быстрый рост до 30 и 60 людей. Немало. Наверное, больше сейчас команде не надо. Но это моя точка зрения, я там уже не работаю.

ЕД: Можешь обозначить тренды, тенденции, что вообще будет происходить с мобильными приложениями?

ИК: Сейчас очень важный момент. Российский мобильный рынок большой, второй в Европе. Мы обогнали Германию, Англия достаточно сильно впереди, но к 2016 году, я думаю, мы и её обгоним по числу пользователей.

ЕД: Если по числу пользователей, то это потому что просто физически много. 

ИК: Да, нас 140 миллионов, и это на многое влияет. Например, в России у мобильных приложений, которые находятся в топе стора, по 13, 15, 18 тысяч установок в день, это много. Чем больше людей, тем, понятно, выше потолки дохода. 

Вторая история: у нас на вебе 50 миллионов пользователей, это первый рынок в Европе по числу пользователей. Первое, чего нужно ожидать – хорошего роста мобильного рынка до 2016 года. В 2016 году, скорее всего, мобильный рынок обгонит веб-рынок по числу пользователей. 50 миллионов мобильных пользователей — это реальность. Это достаточно важно, потому что мобильные приложения в России пока не очень много зарабатывают. Топ-100, топ-200 платных приложений что-то зарабатывают, а остальные — почти ничего. 

ЕД: Получается, сейчас момент, когда ещё можно вскочить в уходящий поезд. 

ИК: Конечно. Ещё два года рынок будет расти. Даже дырявые лодки будут на этом рынке подниматься вверх. Надо вставать в стор сейчас, потому что, как я говорил, число место в нём ограничено, и потом туда просто не получится встать или будет гораздо дороже. 

Сейчас мобильные приложения зарабатывают порядка 10% от того, что зарабатывает веб-сервис, потому что на вебе 50 миллионов пользователей, а на мобильных устройствах 5-7 миллионов. В ближайшие два года будет резкий скачок, и число пользователей станет сопоставимо, а может, мобильные приложения даже победят.

ЕД: В общем, вот где деньги лежат.

ИК: Конечно. Все ориентируются на 2016 год. 

Ещё один момент: всё ещё есть достаточно большое число ниш для приложений, где конкуренция не так велика. 

ЕД: Можешь назвать пару ниш?

ИК: Да, вполне. Я очень верю в ритейл, в покупку товаров, особенно на планшетах. Ритейл в сторе практически никак не представлен. Просто пока не научились делать для него приложения. Кажется, что экранчик маленький, всё на него не поместится. Дизайнеры пока не умеют на этом маленьком экране грамотно размещать элементы, чтобы было удобно и понятно, как этим пользоваться. Основная проблема мобильного рынка в том, что люди просто не доходят до нужного экрана. Это правда проблема, с этим надо работать, но дизайнеры и продакт-менеджеры учатся, это вопрос года-двух. Ритейл должен очень хорошо выстрелить. Например, у меня есть каталог IKEA, и я могу полистать его на айпаде, но там нет кнопки «купить». Мне приходится ехать чёрт знает куда вместо того, чтобы лёжа на диване сказать: «Я хочу этот столик». Я правда его хочу, я уже три месяца не могу за ним приехать. 

С одеждой чуть сложнее, потому что есть проблема подбора размера, и аудитория пока не привыкла так покупать. Но в Москве и Питере уже учатся, многие люди уже покупают одежду через интернет, это тоже тренд. Игры — их и так делают, там очень тяжело, там высокая конкуренция. Сервисы в образовании — может быть. В навигации — практически нет. Еда — практически нет. Спорт — пока нет хорошего лидера, там есть нишевые зоны. Абсолютно точно будут хорошо зарабатывать ежедневные сервисы, которые вклеиваются в вашу жизнь.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^