Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 10 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 10.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Первый вице-президент Свердловского союза промышленников и предпринимателей Михаил Черепанов о «мертворождённом» законе о промышленной политике: «Деньги не заставишь двигаться туда, куда ты хочешь. Они потекут туда, куда им выгодно»

×
Разговор на Малине 26 февраля 2014 в 17:11
Проблемы с видео?
В материале:

Черепанов Михаил, СОСПП

О том, как усидеть между реиндустриализацией и постиндустриализацией.

Смотрите также:

Вице-премьер правительства Свердловской области Александр Петров: «Создание институтов развития — одно из главных предложений уральских предприятий, направленных в минторг России»


Екатерина Дегай: Здравствуйте, я рада видеть вас в нашей студии.

Михаил Черепанов: Здравствуйте, взаимно.

ЕД: Промышленная политика региона — актуальная тема, потому что, во-первых, сейчас идёт обсуждение федерального закона о промышленной политике страны, а во-вторых, потому что область пытается сформулировать промышленную стратегию до 2030 года. Вы недавно делали доклад по состоянию промышленности, и цифры там были не очень радостные. Есть ощущение, что мы движемся широким фронтом по разным направлениям, но при этом движемся медленно. Всё модернизируем, создаём технопарки, у нас появилась белая металлургия, но тем не менее результаты так себе.

МЧ: Хотелось бы большего, да?

ЕД: Может быть. Хотелось бы услышать вашу оценку того, что сейчас происходит с промышленной политикой.

МЧ: Сам термин «промышленная политика», может быть, звучит скучно. Безусловно, нам как гражданам более интересны вопросы образования, здравоохранения, потому что это касается каждого. Но если заглянуть глубже в ту же жизнь образования или здравоохранения, то, как ни странно, мы вновь вернёмся к вопросу промышленной политики. Именно системообразующие предприятия формируют бюджет Свердловской области, в зависимости от которого либо развивается, либо не развивается то же здравоохранение и образование. Промышленная политика касается, по сути, всех жителей нашей области. Это происходит ещё и потому, что большая доля населения работает в предпринимательстве, в промышленности. Мы как союз работодателей формируем такой конгломерат.

ЕД: Но кривые в вашем докладе медленно сползают вниз.

МЧ: Нет, они, к счастью, вниз не сползают. Если говорить о кривых и графиках, то мы находимся на определённой полке. Рост промышленности как в России в целом, так и в Свердловской области, существенно замедлился, практически прекратился. Но говорить о том, что мы снижаем объёмы, пока нельзя, это будет неправда. Мы находимся на уровне полки. Ситуация такова, что мы можем пойти либо вниз, либо вверх, сегодня ситуация такова. Чудес не бывает, всё развивается по законам экономики, и сегодня мы, к сожалению, находимся не в той фазе, в которой хотелось бы находиться.

К счастью, сегодня у основных драйверов мировой экономики — Соединённых Штатов, Китая, Европы — ситуация меняется. Индекс экономического развития европейских стран пошёл в плюс, ещё ранее это произошло в США. Экономика нашей страны развивается с некоторой инерцией по отношению к мировым экономикам, и последствия кризиса, который мы наблюдали в Европе несколько лет назад, мы сегодня видим в нашей стране. Но драйверы, которые появились, всё-таки дают некоторый оптимизм в том, что полка, на которой мы находимся, не уйдёт вниз и позитивные элементы развития экономики придут и к нам.

ЕД: Где, по-вашему, находятся точки роста свердловской промышленности? В вашем докладе сказано, что такой точкой роста может стать наш оборонно-промышленный комплекс — это и УВЗ, и «Вектор», и завод гражданской авиации с их беспилотниками. Также вы упоминали новые технологии — сенсоры, роботы, ядерные и информационные технологии.

МЧ: Нужно пользоваться тем, что мы сегодня имеем, нашими конкурентными преимуществами. Я бы остановился на двух вещах. Первое: если говорить о стратегии, то это всегда выбор. Вы говорили о том, что хотелось бы, чтобы мы не тонким слоем намазывали бутерброд, а сосредоточились на основных вещах. Мы поддерживаем эту идею. Политическая трудность всегда состоит в выборе, потому что приходится от чего-то отказаться для того, чтобы сосредоточить ограниченные ресурсы на главном. Но это надо сделать.

Мы считаем, что стратегия развития промышленности до 2030 года должна, к сожалению, иметь не только позитивные вещи, которые нравятся населению, но и ограничения. Например, ограничения по развитию территорий, что, к сожалению, мы реально сегодня видим — у нас появляются депрессивные территории. По этим территориям должна быть другая политика.

Сегодня мы видим, что федеральное правительство вновь озабочено проблемами моногородов и готово выделить деньги на их развитие. Это наше конкурентное преимущество.

И второе: нужно раскрывать рынки Свердловской области. Мы вместе с журналом «Эксперт» проводим анализ и видим, что у нас не существует целого ряда производств, которые достаточно легки в инвестициях и строительстве предприятий и могут быстро заработать. Продукция по этим производствам приходит из-за пределов Свердловской области. А это могло бы дать импульс развития, прежде всего, моногородов. Допустим, лаки и краски — большая их часть не производится в Свердловской области. Почему бы не сделать такие предприятия в наших моногородах?

Но есть ограничения, в том числе финансовые, налоговые. Сегодня мы знаем массу примеров, когда промышленные предприятия очень активно используют свои средства для обучения и профессиональной подготовки кадров. Но ведь подготовка персонала — это функция государства. Однако предприятие берёт её на себя. Почему бы не облегчить жизнь предприятия какой-то налоговой преференцией?

ЕД: Сейчас, с одной стороны, идёт разговор о том, что нужно модернизировать предприятия и поощрять за это налоговыми преференциями, а с другой стороны, мы понимаем, что бюджет наполняется в первую очередь за счёт крупных предпринимателей. И образуется такой узел, когда и надо, и не из чего дать преференции.

МЧ: Абсолютная правда. Нужно делать этот выбор.

Безусловно, нужно пересмотреть льготы, которые созданы за последние годы. Их очень много. Мы как-то посчитали — существует больше сотни различных льгот. Некоторые из них давно не нужны.

Может быть, пафос моего выступления несколько критичный, но это конструктивная критика. Я благодарен власти за то, что она не боится слушать критику, а наоборот, провоцирует нас к этому, чтобы получать обратную связь, без которой те законодательные и нормативные акты, которые создаёт власть, не будут работать.

ЕД: Есть предложение АСИ по поводу стратегии развития области. Предлагается как бы разделить область: Екатеринбург формировать как центр новой креативной экономики, в Нижнем Тагиле усиливать промышленный потенциал, а север области превратить в логистический узел, потому что там можно развиваться в сторону Арктики. Как вам такое деление?

МЧ: Такой тренд, я думаю, полезен. Более того, сегодня абсолютное большинство основных экспертов АСИ — представители нашего союза. Поэтому как мы можем относиться к тому, что мы же предложили?

Это новый шанс для северных территорий. В связи с развитием Северного морского пути через северные моря в Японию, Америку, Китай, в связи с развитием добычи нефти и газа на шельфе северных морей и строительством новых портов у нас появляется шанс хорошо заработать. Там могут открыться рынки и появиться возможность для того, чтобы появились точки роста на севере и востоке области.

ЕД: Почему именно сейчас возникла тема закона о промышленной политике? Зачем он нужен?

МЧ: История этого закона длительна и печальна. Далеко не все убеждены в том, что такая промышленная политика должна быть, потому что деньги не заставишь двигаться туда, куда ты хочешь. Деньги сами потекут туда, куда им выгодно. Потому что рынок — это рынок, у него есть свои законы, и они далеко не всегда подвластны законам власти, они работают сами по себе. В этом смысле это мертворождённый документ.

С другой стороны, безусловно, государство, учитывая то, что промышленность РФ — это основа развития экономики, должно создавать определённые правила игры для того, чтобы деньги потекли туда, куда государству выгодно, на те территории и в те отрасли, которые сегодня наиболее конкурентоспособны. Государство влиять на это своими инструментами. Именно поэтому совершена очередная попытка сделать это.

Надо сказать, закон рамочный, очень неконкретный. Но над ним идёт работа, думаю, он существенно изменится к тому времени, когда будет приниматься.

ЕД: Неделю назад в нашей студии был вице-премьер правительства Александр Петров. Он говорил о том, что наша область активно включилась в разработку этого закона, и предложения области в основном касаются создания институтов развития — технопарков, бизнес-инкубаторов, промкластеров. Сейчас, мне кажется, подходящий момент для промышленников включиться в обсуждение и пролоббировать свои интересы.

МЧ: Это наша святая задача. Мы активно участвовали в подготовке регионального закона о промышленной политике. Надо сказать, что он существенно был переработан. То, что было в начале работы, сильно отличается от того, что мы получили в заключительной стадии. Мы считаем, он улучшился, в том числе и благодаря тому, что многие наши предложения были приняты.

В этом закон нужно найти баланс между реиндустриализацией и постиндустриализацией. Да, мы проспали в нашей стране вопрос реиндустриализации. В развитых странах сегодня оборудование и технологии регулярно меняются. Условно говоря, автомобильный завод в Германии полностью меняет всё оборудование каждые пять-семь лет. У нас же до сих пор работают станки, инструменты и технологии 20-30-40-х годов. Есть те, кто говорят: и слава богу, не надо нам эту реиндустриализацию, это не недостаток, а преимущество. Давайте будем заниматься постиндустриализацией, то есть развитием только новых отраслей: IT, робототехники. Но мы говорим о том, что так не получится. Это наивный взгляд.

ЕД: Союзу промышленников и предпринимателей 23 года, то есть почти столько, сколько свердловскому капитализму, если считать с момента принятия указа о кооперации. Организация существовала при разных губернаторах, у неё был разный состав участников. Как она менялась эти 23 года?

МЧ: Союз существенно менялся. Во всём ведь есть отражение времени. В 90-е годы союз был коммерческой организацией и даже пытался зарабатывать какие-то деньги, занимался кооперацией…

Мне кажется, главное, что произошло в последние годы: наш союз принципиально встал на позицию того, что он не есть дополнительное министерство правительства Свердловской области. К сожалению, в прошлые годы складывалось мнение о союзе как передаточном элементе от правительства сверху вниз к промышленникам. Наша принципиальная позиция в том, что мы независимы.

ЕД: В этой студии мы задаём профессиональные вопросы, но иногда позволяем себе спросить и о личном. Когда мы готовились к интервью, оказалось, что гугл про вас почти ничего не знает. Известно только, что вы закончили УПИ, начинали на ВИЗе, вы почётный металлург. Потом вы работали на ТМК И «Синаре». Очевидно, тогда вы познакомились с Дмитрием Пумпянским, председателем СОСПП.

МЧ: Мы с ним познакомились, наверное, 20 лет назад на ВИЗе. Могу рассказать, как это произошло, это было интересно.

Верх-Исетский металлургический завод в то время был уникальным предприятием в нашем городе, потому как в силу его металлургическости заработная плата его сотрудников была выше, чем на основных предприятиях. За счёт этого попасть на завод было достаточно трудно. Это был завод-слободка, где работали деды, отцы. Такой жизнью завод и жил, достаточно легко вытесняя не своих, что называется. Когда к нам присылали на работу очередного инструктора свердловского обкома партии на какую-нибудь руководящую должность, то через годик он, как правило, уходил сам, потому как завод его не принимал. И вот пришёл такой 28-летний молодой человек по имени Дмитрий Пумпянский на позицию коммерческого директора предприятия. Первое отношение к нему было примерно такое же, как и ко всем остальным новичкам. Но уже в короткое время к нему в кабинет выстроились очереди начальников цехов, потому что все поняли, что он умеет решать вопросы. Вот таким образом в короткий срок этот молодой, но чрезвычайно талантливый молодой человек стал очень авторитетен на заводе. Потом он развил свой бизнес и позвал к себе нескольких работников ВИЗа. И хотя всем было трудно оторваться от трубы, мы все оторвались и пошли за ним.

ЕД: Вы также входите в координационный совет по подготовке к чемпионату мира по футболу. Как вы видите свою роль в этом совете, какие идеи будете отстаивать?

МЧ: Я считаю, что такие вещи, как ЭКСПО, к сожалению, не состоявшееся у нас, и чемпионат мира, который, к счастью, всё-таки у нас пройдёт, это уникальный шанс для города. Я абсолютно уверен, что шумиха, которая идёт по поводу того, что какие-то средства на ЭКСПО потрачены зря — это пустая шумиха, потому что эти средства уже потрачены не зря. Я чувствую это по своей работе, по встречам с многочисленными иностранными делегациями предпринимателей, которые приезжают к нам. Их стало существенно больше.

«Синара» в своё время участвовала в реконструкции Центрального стадиона. Это было просьба губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя. Нельзя было найти средства для того, чтобы, извините за выражение, ту помойку, которая стояла в центре города в то время, привести в порядок. Центральный стадион в то время был злачным местом для пьянства и бомжей и абсолютно не работал на спорт. Безусловно, это был не бизнес-проект, ни один инвестор туда не шёл, потому что прибыль оттуда получить невозможно. Мы сделали это по просьбе губернатора.

ЕД: Это то, что Эдуард Россель называет «социальный налог на бизнес», когда бизнес должен немножко помогать региону, в котором работает.

МЧ: Называть можно по-разному, но компания приняла это тяжёлое для себя решение, отвлекла средства от основной деятельности и сейчас пытается их потихонечку возвращать. Мы сделали это дело. Я считаю, появился хороший стадион.

Безусловно, никто не знал, что у нас будет чемпионат мира. Если бы это было известно, безусловно, всё было бы сделано уже под чемпионат мира. Но — как случилось. Мы жили в то время с той информацией и сделали то, что нам поручали. Сделали, я считаю, качественно, по крайней мере, болельщики это оценили. Ну а сейчас новая ситуация, и будет новый тендер. Я думаю, что компания «Группа Синара» будет участвовать. А кто победит, не знаю.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^