Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Как путинская стабильность обошла стороной клубную культуру

×
Разговор на Малине 30 января 2014 в 22:06
Проблемы с видео?

Евгений Свалов, который входит в топ-100 российских диджеев, лучший разогревающий dj мировых звёзд — о том, что нельзя пропустить в этот уикенд и почему клубная индустрия в России до сих пор в зоне турбулентности.


Ольга Чебыкина: Женя, привет.

Евгений Свалов: Привет, Оля.

ОЧ: Расскажи, пожалуйста, кто ты в мирной жизни. Сдаётся мне, что диджейство, может быть, и дело всей жизни, но не источник постоянного дохода. Ты, наверное, в пятницу снимаешь офисный костюм, надеваешь классную футболку и начинаешь жить другой жизнью?

ЕС: Я филолог по базовому образованию. В 2000-2001 году я начал работать переводчиком, в этой же сфере и продолжаю трудиться. Это деловая коммуникация, сопровождение людей, у которых были интересы за рубежом, и иностранных гостей по России. Сейчас я работаю в схожей сфере, скажем так, во внешнеэкономической деятельности. 

ОЧ: Ого. Тем не менее ты диджей уже 13 лет, это очень большой срок. Почему за эти годы не получилось при таланте и склонности превратить диджейство в профессию? Или не хотелось?

ЕС: Были разные факторы. Но прежде всего, нельзя расценивать нашу клубную культуру как стабильную. 

ОЧ: Нашу — в смысле российскую?

ЕС: Да, российскую. Говорить о странах СНГ, наверное, не очень корректно, я не настолько хорошо знаком с экономической стороной дела. Знаю, что на Украине последние лет пять очень хорошо, их сцена поднялась по иностранным артистам, которых они привозят, и по тем, которых они выращивают сами в своей стране. Техническое оснащение клубов, общий уровень эрудированности публики подрос, и мы во многом можем брать с них пример. 

Тем не менее, в нашей стране границы находятся примерно там же, где и несколько лет назад. У меня были эпизоды, когда клуб подписывал со мной годовой контракт, но потом через несколько недель увольняли арт-директора, далее люди, которые отвечают за финансирование всего проекта, принимали решение взять нового человека, он сносил всю команду диджеев, барменов и официантов и набирал своих людей. Несколько раз встретившись с подобными ситуациями и видя, как это происходит у других, я принял решения не уходить полностью в эту сферу.

ОЧ: За пределами России твоё творчество востребовано. Твои пластинки записывались в Великобритании, Германии, Голландии, Испании, синглы и ремиксы издавались в Америке, Японии, Австралии и Азии. Есть города, где диджеем быть проще — Лондон, Берлин, Амстердам. Не было ли у тебя желания рвануть туда и заниматься тем, что тебе действительно близко, где-то заграницей и быть востребованным?

ЕС: Мысли такие были, но недолго, наверное, в первые несколько лет после того, как вышла первая пластинка. Тогда со стороны соотечественников стало больше интереса к моему творчеству, скажем так. Мы, получается, зашли с Запада, получили определённое признание за рубежом. А потом на меня начали обращать внимание и промоутеры, и слушатели, стали появляться первые радиоэфиры. Признание на Западе стало определённым знаком качества, что ли, для российской сцены. Потом у меня были приглашения в Аргентину, Латинскую Америку, но когда промоутеры смотрели, сколько будут стоить перелёты… 

Ты совершенно верно отметила: в Берлине вообще каждый второй диджей. Это кузница, они друг у друга выступают в заведениях и ездят по всей Европе. Там при наличии аналогов в той же ценовой категории им гораздо проще привезти испанца или ещё кого-то. Естественно, попыток выезжать за рубеж ни я не оставляю, ни мои зарубежные друзья и коллеги. Возможно, в этом направлении мы будем двигаться, и что-то будет получаться.

ОЧ: Российский и екатеринбургский рынок — это совсем выжженная пустыня или нет? Многие скептики говорят, что после закрытия культового клуба «Люк» в ночной жизни Екатеринбурга ничего революционного и значительного не случилось. По твоим ощущениям это так или нет?

ЕС: Клуб «Люк» закрылся в январе 2003 года. С того момента прошло 11 лет. Что в нём было революционного, мне сложно сказать. Я диджеил в «Люке», крутил там пластинки с ноября 2001 года, там состоялся мой дебют. Может быть, на тот момент мне возраст не позволял осознать, что происходит. 

С тех пор выбор заведений увеличился многократно. Изменилась музыка, изменилась публика, вообще вся ситуация глобально. На мой взгляд, говорить о застое неправильно. Я музыкальный редактор екатеринбургской «Геометрии», и я вижу списки заведений, которые открываются в течение года, чьи диджеи-резиденты присылают свои миксы и композиции, чтобы мы их вывешивали. Это десятки заведений каждый год. 

ОЧ: Может, просто мы так воспринимаем ситуацию. Мы же перестали клубиться, стали взрослее, поэтому и кажется, что после «Люка» ничего хорошего не произошло. 

Когда я готовилась к сегодняшнему интервью, для меня открытием стал история про Миасс. С 2007 года ты резидент клуба в Миассе, который называется «Ван Гог». Его называют флагманом на Южном Урале, это такой клуб, на который все равняются. Для меня вообще сюрприз, что в Миассе есть клубное движение. Можно ли сказать, что этот город, изначально не созданный для тусовки, сейчас находится в авангарде?

ЕС: Нужно обязательно упомянуть учредителей клуба «Ван Гог». Они родом из Миасса, но очень давно, со своего студенчества живут и работают в Екатеринбурге, развивают здесь свой дневной бизнес и имеют мужество, интерес и увлечение инвестировать в развитие клубной культуры в родном городе. Я не в курсе всех деталей, но могу кратко рассказать, почему клуб был открыт в Миассе екатеринбургскими владельцами и учредителями. В 2007 году, насколько я помню, для того, чтобы преодолеть все административные препоны по помещению, допускам для массового скопления людей и так далее, нужны были либо деньги, либо связи. Учредители прикинули, что в родном Миассе это будет сделать проще. Тут у них не было связей либо денег, один из этих факторов сыграл свою роль. 

ОЧ: То, что там есть этот клуб, даёт бонусы?

ЕС: Безусловно, это даёт бонусы. Причём не только Миассу, это же работа более широкая, в принципе, на регион. Туда приезжали артисты из мирового топ-100, который составляет DJ Magazine, такие ребята, как Above & Beyond, Сандер ван Дорн, Дэйв Дрезден, это имена первой величины. Они рассказывали в своих видеоблогах и социальных сетях: «Мы куда-то прилетели, ехали почти три часа по какому-то лесу, а потом оказались в каком-то клубе, который на самом деле переделан из бывшего ядерного бункера, и тут, оказывается, есть тысяча человек, которые прекрасно знают наши песни, подпевают и танцуют». Это был для них такой же сюрприз, как если бы они выступали в хорошо знакомой им Европе. 

Эти клубные артисты между собой общаются, теперь они знают, что такое Урал, Уральские горы. Это даёт большие плюсы всему нашему региону, не только конкретным городам. Я помню, после выступления британского маэстро Себа Фонтейна в арт-клубе «Подвал» мы провожали его в аэропорту. Он позвонил Саше из дуэта «Sahsa & John Digweed», это один из ключевых персонажей в хаус-музыке, и сказал: «Саша, ты обязан сюда приехать. Запиши или запомни: Катариниенбург. Ты обязан сюда приехать. Я простоял почти пять часов за пультом, это шикарный город, замечательная площадка, ты обязан здесь выступить». Саша ещё не приезжал, но переговоры с ним велись несколько раз. Возможно, по графику сложится. 

ОЧ: Ты сотрудничаешь с рестораном Фёдора Бондарчука «Папарацци», там были твои выступления. Но это очевидно не то место, куда приходят послушать транс, там, скорее, лануж-формат. Насколько тебе комфортно играть не совсем то, что тебе больше всего нравится?

ЕС: С «Папарацци» мы сотрудничали вместе чуть больше двух лет. Я, если честно, не знаю, продолжается ли сейчас там какая-то диджейская активность. В своё время им нужны были диджеи каждый выходные и в будни. У них было много специальных мероприятий, куда могли попасть только приглашённые персоны. Одно время существовала мода, чтобы живой человек стоял абсолютно во всех заведениях, не только клубного, но и ресторанного формата, формата кафе, чтобы не только играл на инструменте, но и в статусе диджея нажимал какие-то кнопки и озвучивал пространство. Появилось даже такое понятие, как гастрономический хаус. Вначале оно было серьёзным, потом оно стало ругательным.

ОЧ: Это такая музыка, под которую «Цезарь» приятно есть?

ЕС: Скажем так, это музыка, которая не раздражает публику и создаёт комфортную обстановку. Некоторые мои профессиональные коллеги, кстати, говорят, что музыка в любом заведении выполняет роль занавески. Когда компания сидит и беседует, чтобы не пересекаться с другими, достаточно громко звучит музыка. Появляется некий фильтр, боковой барьер, то есть музыка выполняет функцию занавески. Это отчасти правильно. 

Что касается моего сотрудничества с такими заведениями… Сейчас я больше всего сконцентрирован на хаус-музыке и возделываю эту музыкальную грядку. Ко мне часто обращаются различные организаторы, промоутеры и просто заинтересованные лица, которые хотят, чтобы я у них выступил. Я им прямо, не стесняясь и ничего не скрывая, говорю, когда у меня есть сомнения по формату. 

Тем не менее, например, день рождения винотеки Семёна Соловьёва прошёл замечательно, несмотря на то, что там была преимущественно взрослая публика. Мне относительно недавно удалось поиграть дип-хаус на свадьбе у взрослой пары, причём там были люди, которые предпочитают в машине формат радио «Шансон», прошли горячие точки, возможно, имели проблемы с законом. Они, оказывается, умеют отключать голову и получать удовольствие от того, что они слышат. Они не приходят и не говорят: «Диджей, поставь мой компакт-диск». Важен подход, важна аудитория, но в принципе хаус-музыка не знает границ и достаточно универсальна для того, чтобы ей эквилибрировать и находить подход к людям.

ОЧ: Быть на разогреве, даже у лучших диджеев мира — это, наверное, не то, о чём ты мечтал, но тем не менее, по большому счёту, это и есть пока твоё амплуа, быть на вторых ролях.

ЕС: Оля, это совершенно нормальный вопрос, и ответ на него у меня есть. Он появился неспроста. Это результат определённого опыта, который я получил в своей основной профессии. До того, как получить места в лайнапах больших вечеринок серьёзных клубов, я много ездил со звёздами в том числе первой величины, в качестве переводчика и сопровождающего. Но дело не просто в роли переводчика: подай-принеси, объясни, что артист хочет закрытую бутылку воды, потому что боится, что туда что-то подсыпали. Очень важно, чтобы мы могли, например, приехать на радиоэфир и чтобы переводчик был в теме. В будни я сопровождал бизнесменов, экономистов, а в выходные ездил с диджеями и музыкантами и понимал, насколько важно предоставлять им комфортную среду не только во время выступления, но и во всей этой культурологической схеме. 

Я несколько раз прошёл через отбор. Зарубежный менеджер артиста говорит: » Вы хотите этого товарища поставить в начале. Нужно записать микс, пусть он сделает запись, а мы её утвердим». После того, как несколько моих записей прошли этот отбор, начало появляться определённое доверие. Сейчас мы пересекаемся с артистами, которые приезжали в наш регион, и в основном, естественно, артисты меня вспоминают очень редко, потому что у них перед глазами всё вот так вот (машет рукой перед глазами). Меня чаще вспоминают и узнают их менеджеры, гастрольные сопровождающие, которые помнят, что у нас было хорошо. Открывающий диджей — это очень важный участок работы. Это человек, который должен на полтора, два, три часа затолкать все свои амбиции очень глубоко и под прессингом танцпола, когда люди тебе кричат, сигнализируют: «Давай, давай!» должен держать настроение, отпускать их и в то же время собирать обратно так, чтобы люди не собрались и не уехали домой до того, как появится главный гость. Нет ничего уничижительного, ничего недостойного в том, чтобы быть открывающим диджеем. На мой взгляд, это такая же огромная ответственность, как играть в прайм-тайм.

ОЧ: Мне нравится, как ты к этому относишься: приезжает звезда, и надо сделать всё, чтобы ему было классно и чтобы публика получила удовольствие. К нам в эти выходные приезжает лучший диджей в мире Армин ван Бюрен. Скажи, зачем идти на его шоу, что ждать от этого вечера? Знаком ли ты с Армином?

ЕС: С Армином у нас достаточно длительная история знакомства. В 2005 или 2006 году, если я правильно помню, первые композиции, которые мы с Антоном Гузевым написали вместе в составе дуэта «4Mal», впервые прозвучали в радиошоу Армина A State of Trance. Мы были первыми екатеринбургскими музыкантами, которые попали в это радиошоу, и это незабываемые эмоции — слышать своё имя, когда его объявляет Армин. Он уже был на тот момент одним из ключевых игроков в глобальном, международном масштабе. 

На площадке ЭКСПО-центра уже вовсю идёт монтаж, я видел. Очень волнительно. Это сложнейший технический райдер мирового уровня. Очень важно, что будет не просто какая-то вечеринка на очень большой площадке — мы это уже видели. Это будет мировая трансляция, бесконечные HD-камеры, радиотрансляция, специальная радиорубка, где сам ван Бюрен будет в статусе радиоведущего, и все музыканты и диджеи, которых он везёт с собой, из его радиосемейства «Armada», будут общаться с ним в этой радиорубке, а потом выходить на сцену. 

Это происходит впервые, несмотря на то, что клубная культура не так молода, как её пытаются преподносить нам некоторые заинтересованные лица. Мы видим новый этап и эти глобальные масштабы. Это фактически приглашение присоединиться к огромным городам, которые имеют такой опыт в международном масштабе.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^