Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,71$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,71$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Среда, 7 декабря 2016

Екатеринбург: -10°

$ 63,87 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016 € 68,69 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 07.12.2016
Brent 53,71$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«Не люблю, когда из-за коррупции говорят, что Олимпиада — это плохо»

×
Разговор на Малине 19 сентября 2013 в 20:26
Проблемы с видео?
В материале:

Котлярова Ольга

Ольга Котлярова, бронзовый призёр Олимпийских игр в Сиднее, экс-замминистра спорта и директор фонда «Свои дети» — о Сочи-2014, ЧМ по футболу-2018 и ЭКСПО-2020.

Смотрите также:

Эфир с Ольгой Котляровой

Ольга Котлярова: «Когда спортсмен заканчивает карьеру, он находится в вакууме. Обычно это уже больше 30, ни одного дня опыта работы, никто в очередь не выстраивается, не зовёт тебя»


Екатерина Дегай: Ольга, здравствуйте!

Ольга Котлярова: Здравствуйте.

ЕД: Условно можно разделить вашу жизнь на три таких больших этапа: спорт, политическая история, даже, скорее, госслужба и благотворительность. Если бы у нас тут был пьедестал, вы бы по каким местам всё это расставили?

ОК: Смотря по каким меркам. Если по достижениям, то на первом месте спорт. Он и по периоду был самый длительный, и по достижениям, по признанию, по ощущениям. Наверное, он так и останется на первом месте. На втором месте работа в министерстве спорта, потому что по длительности в моей жизни эта сфера была дольше, чем та, в которой я сейчас работаю. И благотворительность. 

ЕД: Тогда так и построим наш разговор. У вас много наград, успешная спортивная карьера, но тот самый болезненный момент — можно было после Сиднея взять золото в Афинах. У вас была травма, но всё равно была возможность уехать. То есть там были больше такие организационные моменты, медики могли бы помочь… Как это было?

ОК: Я готовилась к дистанции в 400 метров, и по всем нашим планам, которые до этого полностью сбывались, результат позволял рассчитывать на золотую медаль. И в тот момент, когда я получила травму, серьёзным вопросом было то, насколько серьёзна травма и стоит ли из-за неё отказываться. Может, всё-таки поехать и попробовать пробежать? Тем более всё равно можно было пробежать в предварительном забеге. В какой-то момент я поняла, что точно не буду выступать в личном первенстве, но оставался шанс в эстафете. Но мне стало страшно, что в эстафете побегу не одна, и травма была такая, что может произойти разрыв ахиллова сухожилия. Я бы просто не добежала. Меня этот момент напугал. Я себе сказала, что это моя не первая и не последняя олимпиада. С медицинской точки зрения был такой противовоспалительный укол, который внесён в список запрещённых препаратов, но при правильном оформлении заявки его можно было поставить. Но в тот момент у нас это не было так хорошо отработано в РФ, и когда мы обратились с такой просьбой, нам сказали, что нет, ни в коем случае, не рискуйте. А потом, когда мой тренер поехал на Олимпиаду с другой ученицей, он просто встретил тренера с Украины, который как раз отнёс эту заявочку в нужный кабинет. 

ЕД: Вы рискнули тогда в физическом смысле? Здоровье же ставилось на карту. 

ОК: Совсем уж здоровьем не рисковала. Я не знаю, потому что травма была серьёзная, но если бы вовремя были поставлены уколы… Вообще сам факт получении травмы. Там был такой нюанс, что мне нужно было успеть на старты. Я запланировала переезд в аэропорт, потом в метро. И в метро случилась какая-то проблема, что бывает редко. Ветка просто встала. А у меня всё было рассчитано впритык. Мне пришлось по переходам в метро бежать в неспортивной обуви, а это очень опасно для спортсмена, и, видимо, в тот момент нагрузила ахилл, а через день уже бежала на соревнованиях. Мне кажется, что это и был роковой момент. Ну, значит, что так должно было случиться. 

ЕД: Ты, получается, уходишь из сорта, так и не взяв планку, которую могла бы взять. Сохраняется какая-то внутренняя обида? Очень сложно, наверное, уходить из большого спорта. Как вам это удалось?

ОК: Достаточно спокойно. У меня уже заранее было определено, что в 2009 я в любом случае закончу карьеру. У меня дочка шла в школу. По большом счёту, возраст позволял ещё год-два побегать, но я заранее решила и не стала сопротивляться. К тому же снова начали обостряться травмы. Я была к этому готова психологически. Я вообще считаю, что если что-то должно случиться, то это случится. 

ЕД: Вы говорили, что когда заканчиваешь карьеру, получается так, что ты нигде никогда не работал, кроме как в спорте, и вообще непонятно, как теперь встраиваться в жизнь. И тогда вы решил пойти на госслужбу. Так ведут себя многие спортсмены. Это такая вполне логичная история. Как возникло это решение пойти на госслужбу?

ОК: Идея возникла ещё года за два до окончания карьеры. То есть я поступила в академию госслужбы с таким расчётом. Я плохо представляла себе, как закончить карьеру и уйти в бизнес. Во-первых, я не человек бизнеса, не умею продавать. Но я хотела приносить какую-то пользу. Мне казалось, что у меня есть какие-то знания. Я знаю спорт изнутри, есть знания, есть желание что-то делать. 

ЕД: Есть такое ощущение, что спортсмены очень часто работают своим лицом, своим имиджем, репутацией. В вашем случае это была реальная работа замминистра, много работы с документами.

ОК: Это была одна из самых больших сложностей. Я смутно помню, что там творилось первые года два, потому что такой был объём информации, её надо было переваривать. Должность была руководящая — мне надо было давать поручения. Всё это было впервые. Я знала, что делать, но не знала, как об этом сказать, как написать резолюцию. Моя ошибка была в том, что я согласилась на эту высокую должность, но сама на ней в итоге училась. На таких должностях нельзя учиться, нужно сразу начинать работать. Не считаю, что это было очень правильно, но и очень плохо это тоже не было. 

ЕД: Люди, которые со слезами на глазах уходят из системы, так скажем, очень часто говорят об отторжении этой системы, что её невозможно изменить. 

ОК: Система действительно сложная. По прошествии времени я понимаю, что мне многое там не нравилось, но не считаю, что она абсолютно ужасная, нелогичная. Я наоборот сейчас защищаю чиновничество как класс. 

ЕД: То есть чиновники всё-таки работают?

ОК: Конечно, работают! 95% людей действительно работают. Трудолюбивые профессионалы, которые искренне хотят что-то поменять. Может быть, какой-то маленький процент людей — это люди с корыстными взглядами. Я поняла, что я гораздо меньше делаю того, что, в принципе, не надо было делать. Я не берусь судить, насколько можно было не делать то, что мы делали. Незадолго до своего увольнения такую крамольную фразу сказала на заседании. Я говорю: «Давайте отделять программы, которые реально могут принести финансирование, которые нужно отрабатывать по полной, от тех, которые не принесут финансирование, от которых никакого движения вперед не случится». 

ЕД: Вы так или иначе сотрудничаете с властью. Это, например, касается поддержки глобальных мероприятий. То же ЭКСПО или чемпионат мира по футболу 2018 года. Совсем недавно вновь избранный мэр сделал несколько неосторожных высказываний относительно ненужности этих мероприятий. После чего — мы об этом вчера говорили — стало известно, что чемпионата у нас, возможно, не будет. Как эту историю можете расценивать? 

ОК: Я могу сказать, что я не поддерживала его как кандидата и была расстроена итогами выборов, потому что, по-моему, это неподходящий кандидат для этой должности. И его высказывания мне кажутся резкими, нелогичными. Он, наверное, считает, что у него есть основания так говорить. Но это действительно политические моменты, и это просто так не проходит. Кто-то это слышит в тех же заявочных комитетах и делает для себя какой-то вывод. Мне непонятно, когда говорят о том, что всё это экономически невыгодно, что всё это ляжет на плечи горожан и скажется сугубо отрицательно. Просто они не представляют, какая работа проводится в заявочной кампании. Ни один документ бы не пропустили без экономических подсчётов. Люди видят только верхушку айсберга. Говорить о том, что это только невыгодно, нельзя. В августе в Москве прошёл чемпионат мира по лёгкой атлетике, очень крупное мероприятие. Когда-то давно, когда Москва подала заявку, я тоже подумала о том, зачем это Москве. Нагрузка на город, на казну. Но когда я побывала на этом чемпионате как зритель, я поняла, насколько важно такие мероприятии проводить в плане, хотя бы, пропаганды спорта. Во-вторых, улучшение спортивной инфраструктуры. 

ЕД: Хочется поговорить про Сочи. В фейсбуке недавно появились фотографии, которые опубликовал биатлонист Антон Шипулин. На фотографиях мы видим, в какой страшной атмосфере происходят тренировки. А вы были в Сочи? Видели, как там строятся объекты? 

ОК: На спортивных объектах я не была, но я думаю, что к этим фотографиям не стоит относится серьёзно. 

ЕД: Уже полгода до мероприятия, а там такие условия!

ОК: Если всё это будет заснежено, как это должно быть, то будет совершенно другое впечатление. Время ещё есть, строительный мусор уберут. 

ЕД: А почему они тренируются в таких условиях? 

ОК: Для того, чтобы адаптироваться к рельефу. Важно оказаться в нужный момент, чтобы организм адаптировался к тому месту, где нужно выступать.

ЕД: А как вы относитесь к всему скепсису по отношению к сочинской Олимпиаде? Ко всему этому бесконечному распилу денег? В интернете много об этом пишут. 

ОК: Я склонна верить, что, наверное, там не всё делается правильно и хорошо. Упорно ругают власть, что виновата она. А я считаю, что виноваты недобросовестные подрядчики, которые заявляются на строительство. Я боюсь обсуждать то, чего я не знаю. Понятно, что не всё идеально, но это уже дело неисправимого какого-то менталитета. Мне не нравится, что всё, что происходит вокруг строительства объектов, всё это смешивается с самим понятием «Олимпийские игры». Олимпиаду проводит не Сочи и не Москва, а вся Россия, и каждый человек должен ощутить это олимпийское движение. Мне не нравится, когда во всём ищут негатив и примешивают какие-то посторонние моменты. 

ЕД: Расскажите, что у вас сейчас происходит в благотворительном фонде? 

ОК: У нас не так много отдельных мероприятий, потому что основная задача — это организовать досуг детям из детских домов. Это как спортивная секция для этих детей. И иногда мы проводим соревнования. Будет фестиваль «Золотой тигр», там будет кроссфит. Там будет небольшой детский фестиваль. Детские дома так активно отзываются на наши предложения. Думали, будет 10 команд, а оказалось 20. К концу года будет спартакиада. 

ЕД: Получается, что вы сейчас себя нашли, потому что это такое доброе дело, которое позволяет реализовывать себя. Вам сейчас комфортно?

ОК: У меня такое ощущение, что я не до конца отошла от работы в министерстве. У меня осталось желание не попадать в напряжённый график. И здесь достаточно комфортный график, но тем не менее, я понимаю, что я делаю дело, которое кому-то точно необходимо, есть результат. Я себя в этом комфортно чувствую.

ЕД: Вы можете обратно вернуться на госслужбу? 

ОК: Больше нет, чем да.

ЕД: Есть какой-то план на будущее? 

ОК: У меня есть желание быть полезной. Что я могу точно сказать, так это то, что пока не поработаешь в исполнительной власти, ты никогда не оценишь, как это на самом деле. Я не считаю, что я однозначно буду работать только в фонде, я бы не хотела оттуда уходить, но что-то дополнительное я допускаю.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Котлярова Ольга

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^