Вторник, 6 декабря 2016

Екатеринбург: -13°

$ 63,92 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016 € 67,77 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016
Brent 54,53$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Вторник, 6 декабря 2016

Екатеринбург: -13°

$ 63,92 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016 € 67,77 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016
Brent 54,53$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Вторник, 6 декабря 2016

Екатеринбург: -13°

$ 63,92 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016 € 67,77 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 06.12.2016
Brent 54,53$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Ирина Риндзунер — «уникальное американское сопрано» — вернулась на историческую родину

×
Разговор на Малине 11 сентября 2013 в 23:21
Проблемы с видео?
В материале:

Екатеринбургский театр оперы и балета

Екатеринбургский театр оперы и балета подписывает контракт с солисткой нью-йоркской Metropolitan Opera.


Екатерина Дегай: Здравствуйте!

Ирина Риндзунер: Здравствуйте!

ЕД: Буквально три недели назад вы приехали в Екатеринбург, и теперь речь идёт о том, что будет заключён контракт с нашим театром оперы и балета. Не могу не спросить про ваш интересный жизненный путь, потому что вы родом из Екатеринбурга, потом уехали в Америку, там стали невероятно популярной и теперь по иронии судьбы снова здесь. 

ИР: Так получилось. 

ЕД: Вы учились в екатеринбургской консерватории? 

ИР: Да. 

ЕД: А потом в Маннес-колледже в Нью-Йорке. То есть с этого и началась вся эта история. А почему вы решили там учиться? Почему именно в Америке?

ИР: Я всегда представляла себе, что нужно получить не только российское образование для того, чтобы иметь ту карьеру, которую мне бы хотелось. Я не могу сказать, что это верный путь для всех, но мне очень хотелось поучиться за рубежом. Я начала с изучения английского языка. В то время у меня был выбор между английским и итальянским. Я думала или в Италию ехать учиться, или в Америку. Так получилось, что волею судьбы английский язык я изучила первым. Соответственно, это повлияло на выбор консерватории. В Нью-Йорке, по-моему, четыре консерватории, и я выбрала Маннес-колледж. Они мне дали полную стипендию. Я просто туда прослушалась, спела всего одну арию. Они мне дали полную стипендию, и я больше даже никуда документы не подавала, потому что для меня это был ясный выбор: если я нужна, если меня хотят, то туда и надо. 

ЕД: То есть это не сложно? Если очень хочешь, то велкам?

ИР: Для того, чтобы получить полную стипендию, нужно очень много работать и нужно, чтобы такой человек был консерватории нужен. Потому что стипендии в Америке идут из частных фондов, то есть консерватория собирает деньги, чтобы пригласить кого-нибудь, каких-то студентов, которые могли бы в дальнейшем составить гордость консерватории. А иначе это стоит довольно больших денег.

ЕД: В Метрополитен Опера практикуются национальные прослушивания, и это такой социальный лифт, можно сказать, для оперной индустрии, для тех, кто хочет стать популярным. Но вы за кадром говорили, что это только для американцев?

ИР: Да, это только для американцев и для тех людей, у кого есть гринкарта. В то время, когда я училась, для меня это было недоступно, поскольку у меня российское гражданство.

ЕД: Сама система удивительная, на самом деле. Мне кажется, здорово, когда можно прийти в какой-нибудь знаменитый театр и вдруг так быстро и неожиданно взлететь!

ИР: Нет, там система немножко другая. Там в каждом штате программа идёт целый год, и она никогда не прекращается. Есть время подачи документов. Сначала идут прослушивания в штатах. Потом, по-моему, три победителя от каждого штата уже могут приезжать в Нью-Йорк, и там будет уже национальное прослушивание. И только победители национального прослушивания поют на сцене Метрополитен Опера. 

ЕД: Вы же пели не только в Метрополитен Опера, был ещё опыт работы  в Da Capo Opera? 

ИР: В Нью-Йорке, да. Там есть такой небольшой театр Da Capo Opera. 

ЕД: Когда вы ощутили свою настоящую популярность? Когда были ещё в том маленьком театре или когда уже были в Метрополитен Опера? Когда мы искали информацию о вас, посмотрели разные материалы и увидели, что в репортажах о вас говорят «американская оперная певица». Как вы себя ощущаете? 

ИР: Я, откровенно говоря, ощущаю себя космополитом. Конечно, я русская, и это совершенно очевидно. Я здешняя и внутренне, но я уже столько лет работаю за границей. Это не только Америка — я работала в Монреальской опере, я пела в Сантьяго, в Германии, в Австрии, во Франции, в Израиле. Я чувствую себя космополитом. 

ЕД: Расскажите про Da Capo Opera. 

ИР: Это чудесный частный театр. Он принадлежит двум людям, имеет частные фонды, поэтому они ставят совершенно прекрасные продукции. Маленькие спектакли, но полностью все оперы идут, полный сезон. Этот театр имеет полный сезон, с сентября по май. Все начинающие молодые артисты имеют возможность спеть большие партии с полным оркестром и полным хором. Я помню, мне такая возможность была предоставлена, я пела там. Совершенно недавно они мне опять написали. Они хотят, чтобы я вернулась и спела кое-что ещё. 

ЕД: Вы, наверное, подумаете?

ИР: Я подумаю. Если у меня будет время. Они мне предлагают спеть именно ту партию, которую я не знаю. 

ЕД: Что ещё нужно для успешной карьеры в Америке? Импресарио? Какие-то проверенные шаги, проверенные театры? Как эта индустрия работает? Кажется, что в американской индустрии всё простроено, что она как машина.

ИР: Машина везде. Во всех странах она работает по-разному. Конечно, необходим хороший агент, хороший менеджер. Желательно его иметь в той стране, в которой ты хочешь работать. Потому что агент лучше знает, какая ситуация на рынке, что ищут. У агента есть какие-то свои связи, знакомства. Это всегда помогает. Безусловно, при этом нужно самому из себя представлять что-то интересное. Во-первых, для агента, во-вторых, конечно, для театра. Потому что никакой агент ничего не сможет сделать, если ему, так скажем, нечего продать. Нужно знать языки, нужно иметь хорошую технику, нужно иметь репертуар, нужно быть контактным человеком, ну, желательно, скажем так, с которым приятно работать, иметь хорошую этику работы: приходить вовремя, уходить вовремя. Желательно выглядеть хорошо.

ЕД: Это я понимаю, все эти пиар-составляющие необходимы. Но то, что вы говорите, выстраивается в моём сознании в какие-то театры у нас, в России. Мне кажется, немногие артисты могут похвастаться наличием агента. Или у нас в России всё также работает?

ИР: Я не знаю, я только что приехала. 

ЕД: Интересно тогда поговорить про контракты. Вы сейчас находитесь в стадии заключения контракта. Модно ли сопоставить зарубежные контракты с российскими? Это совершенно разные цифры? 

ИР: Это я тоже пока сказать не могу. В разных театрах по-разному. Я пока обсуждаю только свой контракт. Я могу его сравнивать только со своими прошлыми контрактами.

ЕД: Это сопоставимо? Или это из-за любви к городу, и вам не важно, какой контракт? 

ИР: Это всегда важно. 

ЕД: Очень честный ответ.  Как так получилось, что вы согласились приехать в Екатеринбург? Как происходила процедура приглашения вас сюда?

ИР: Во-первых, сейчас у театра очень много интересных проектов, которые давно привлекли мое внимание. В частности, меня привлекла опера Вагнера «Летучий голландец». Я давно мечтала спеть в опере Вагнера. Это моя первая опера Вагнера. Для меня просто было очень интересно поучаствовать в этом проекте. А когда я узнала, что этим проектом также занимается совершенно великолепный режиссёр Пол Каррен, совершенно потрясающий дирижёр Михаил Гюттлер, мой интерес возрос. Намного. И я просто вошла в контакт с театром, и мы начали переговоры. Потому что им хотелось иметь хорошую команду, а мне хотелось в этой команде быть. 

ЕД: Как там сейчас процесс работы просторен, что там происходит сейчас? Когда зрители это смогут увидеть?

ИР: Премьера у нас 21 сентября. Мы уже вышли на сцену, мы уже в костюмах, у нас идут оркестровые репетиции. То есть это всё уже сводится вместе. За эти оставшиеся 10 дней будет добавляться свет, грим, какие-то детали будут улучшаться. 

ЕД: Получается, чуть ли не за полтора месяца поставили?

ИР: Да. Совершенно нормальное время. Это время работы любого западного театра. 

ЕД: Вы в Екатеринбурге когда последний раз были?

ИР: Я уехала учиться в 1997 году. Но я каждый год бываю в Екатеринбурге.

ЕД: Насколько он глобально изменился? 

ИР: Глобально изменился. 

ЕД: На что вы обратили внимание? 

ИР: Я довольно часто бываю, поэтому для меня это не такой шок. Но, конечно, город изменился очень. Поменялись даже названия улиц, поэтому я здесь даже, бывало, терялась. 

ЕД: Вы здесь, скорее всего, год у нас пробудете?

ИР: Это сложно сказать. Мы об этом ещё разговариваем. Контракт заключается на год, потому что это стандартный контракт. 

ЕД: Сколько вы готовы здесь быть? 

ИР: Это будет зависеть от планов театра и других театров, с которыми у меня есть контракт, во-первых, во-вторых, насколько эти контракты могут перекликаться и насколько я смогу их сочетать. Потому что если для меня будут какие-то интересные проекты, то я с удовольствием буду работать.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^