Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -12°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Сергей Тонков: «Находиться в рейтинге лучших медиа-менеджеров России довольно круто»

×
Разговор на Малине 21 августа 2013 в 18:01
Проблемы с видео?

Экс-король гей-вечеринок, некогда модный клубный промоутер и в прошлом арт-директор компании «Тинькофф» рассказывает о том, как попасть в рейтинг лучших медиа-менеджеров России, жива ли клубная жизнь в Екатеринбурге, какое отношение к Сергею Тонкову имеет Слава Модный, почему он против гей-парадов и можно ли чувствовать себя в России абсолютно свободным.


Ирина Исаева: Сразу хочу спросить о твоём именеи Слава Модный, под которым ты был когда-то известен. Это прозвище, имидж или псевдоним? Сегодня оно существует или кануло в Лету?

Сергей Тонков: Да, оно кануло в Лету. Официальных похорон не было, но этот псевдоним ушёл. Появилось всё совершенно случайно, в газете «Вечерние ведомости». Нужен был псевдоним, я был пишущим журналистом в ежедневной газете «Вечерние ведомости». Это была шикарная школа, как с точки зрения написания статей, так и редакторов, которые учили меня журналистике, потому что на журфак меня не взяли. Я писал в раздел «Культура». Статья была, по-моему, про моду, тогда были модны такие псевдонимы как Модный, Немой. Ну и взял Слава Модный. А дальше закрутилось. Сергей Тонков был такой персонаж, который писал про культуру, брал интервью, был пресс-секретарем конкурса «Мисс Екатеринбург», ходил на встречи с министром, а Слава Модный был клубный промоутер, который делал трешевые вещи, травести-фестивали, вечеринки и прочее. Доходило до маразма. Однажды я брал сам у себя интервью. Мне звонит редактор и говорит, что проходит мероприятие и надо взять интервью у Славы Модного. Я через 40 минут присылаю ему интервью. До определённого момента, до скандала с клубом «Клон» они довольно органично существовали — клубный промутер и скандальный журналист, Слава Модный и Сергей Тонков.

ИИ: Ты приехал специально на день города? Сколько ты не был в Екатеринбурге?

СТ: Я не был здесь пять лет. Это, скорее всего, такое случайное стечение обстоятельств. Конечно же, я приехал к родителям, к маме. Она не смогла приехать в Питер, поэтому я приехал сам. Ну и ещё это возможность увидеть старых друзей, тех, кто ещё остался в городе. Я рад всех видеть. Они отслеживают меня по чекинам, где я нахожусь.

ИИ: Чекинишься? 

СТ: В Екатеринбурге чекинюсь постоянно, друзья меня находят. Мы сидели у «Антея», тут же прибежала Наталья Соломеина, мы выпили кофе, пошли к ней в салон, чудесно провели время. Потом друг позвал в «Дом печати». Это прекрасно.

ИИ: Ты давно уже переехал в Питер. Скажи, то решение, которое ты однажды принял, оно было правильное? Что ты сейчас об этом думаешь?

СТ: Я ни капли не жалею о своём переезде, потому что на тот момент, когда я переезжал, город находился в упадке с точки зрения маркетинга, энтертеймента и шоу-бизнеса, тогда было совсем нечего здесь делать и некуда было развиваться. И плюс я всегда любил Петербург. Не переезжал, потому что всегда была какая-то круговерть, карьера и дела здесь. И когда мне поступило предложение от господина Тинькова, я с радостью согласился. Решение было принято очень смешно. Звонят из Петербурга, говорят: «Мы не можем найти такого человека, как ты, в Петербурге, приезжай». На следующий день я перезвонил, сказал, что согласен. И через неделю должен был быть уже в Питере  с вещами. Неделю дома был полный бардак, приходили люди, забирали журналы, сковородки, телевизоры, кровати. 

ИИ: Ты уже тогда решил, что уезжаешь навсегда?

СТ: Да, я ни капли не сомневался, что у меня получится в Питере. В этом отношении мне всегда везло с работой, с карьерой, и я всегда находился там, где нужно. Плюс я здесь отработал в компании «Тинькофф» — открывал его вместе с командой, и эти полгода привели меня к пониманию маркетинга как такового. Всё зависит от людей, если человек хочет работать, он будет работать хоть в селе Кукуево. 

ИИ: То есть ты не уезжал тогда в никуда?

СТ: В никуда возможно бы уехал. На самом деле я жалею, что не сделал этого раньше, в 19 лет, когда я в первый раз оказался в Питере и сразу в него безумно влюбился. Но здесь же светил пост редактора отдела культуры, свалилась газета «Коммерсантъ» — я был редактором отдела «Стиль», то есть какая-то карьерная лестница, и я был самый высокооплачиваемый журналист в своём сегменте. И меня это стопорнуло. В 19 лет кажется, что это важно, хотя на самом деле надо было рвать. И, как повсеместно, конец 90-х — начало нулевых были самыми сладкими с точки зрения клубной жизни, арт-искусства, клубов. Тогда всё это было не так продумано, всё только развивалось, всё было по наитию. Это сейчас все думают о брендах, стилях, тогда ничего этого не было, всё это задавалось, формировалось, и было круто.

ИИ: Сегодня ты в списке лучших медиа-менеджеров России второй год подряд, это связано с проектом Geometria.ru. Когда случился переход в интернет и маркетинг?

СТ: В интернет я ушёл тогда же, когда и все. С Geometria.ru меня связывала работа, я был главным редактором этого проекта с 2005 года, случайно написал статью. В Петербурге, мне казалось, всё хорошо с журналистикой, а оказалось, всё плохо, в отличие от Екатеринбурга, где шикарная школа журналистики. Здесь масса телеканалов, здесь масса интернет-изданий, а там издания можно на пальцах пересчитать, два телеканала в городе. Во втором городе России два телеканала! И оба убожества полные! Екатеринбург в этом отношении может смело показывать Петербургу пример. Там всё очень плохо в журналистике. Я написал статью про неделю моды в Петербурге, она безумно понравилась владельцу сайта, и на этой почве он навёл справки, кто я, чем занимался, предложил работу, и я занимался этим в свободное время. У меня всегда была страсть к писанине. Я по сути создавал отдел журналистики тогда на сайте. А потом компания Geometria.ru пригласила меня на позицию директора по маркетингу, и я с радостью пошёл и так, собственно, попал в интернет-маркетинг. Благодаря работе в медиа-ресурсе я попал в в рейтинг молодых медиа-мендежеров (потом они убрали слово молодых), и меня включают туда второй год подряд. 

ИИ: Насколько для тебя круто, почётно находиться в рейтинге?

СТ: Я нахожусь там не в первой категории. Мне не хватает определённых вещей для этого, MBA и прочего, вещей, которыми я планирую заняться. Находиться в нём безумно почетно, это рейтинг, который формируется коллегами по цеху, и это рейтинг профессионалов. Находиться в нём почётно, это сказывается на рыночной стоимости, и каждый раз после рейтинга поступает масса интересных предложений. Все из Москвы, ни одного из Петербурга или Екатеринбурга. Любой рейтинг — это хорошо.

ИИ: В твоей жизни сейчас только интернет и маркетинг? 

СТ: Вообще с организацией мероприятий я завязал. Ну, как завязал. Я делаю один раз в год мероприятие в Питере, оно похоже на то, что я делал в Екатеринбурге. Когда я приехал, у меня чесались руки: надо делать бал-маскарад. В Питере не проводят карнавальные мероприятия, кроме Хеллоуина, и ниша была свободна. Я там делаю аналог: здесь я делал «Мулен Руж», там я делаю на свой день рождения бал-маскарад «Игры славы». Все играют каких-то известных персонажей. Это единственное, что я делаю. С остальным я завязал, мне больше интересен маркетинг. Я развиваюсь в этом направлении, мониторю параллельные рынки, чтобы не зацикливаться на одном сегменте и понимать, что происходит в мире, в том числе с профессиональной точки зрения.

ИИ: Ты считаешь, в Екатеринбурге сегодня расцвет или зенит клубной культуры? 

СТ: Везде задают один и тот же вопрос, а жива ли клубная жизнь. Я был вчера в клубе «Дом печати» — очень мне нравится московский формат, и в плане музыки, и оформления, и бара, и всего остального. Шикарно. И наш охранник Рома из «Люка» стоит на фейсе, прямо камбэк. Один мой знакомый вчера сказал, что был опрос среди клубных тусовщиков, и лучшим признали клуб «Люк» — до сих пор признают — и вечеринку «Мулен Руж». Я сказал, что это неправда, потому что есть целое поколение, которое просто не знает и, естественно,не помнит этого. У них есть свои любимые места. Возможно, это бар «Юность», «Дом печати», или «Пушкин», или «Ялта». Всё течёт, всё меняется. Я считаю, что клубная жизнь есть и никуда она не девалась. Когда я уезжал в 2004 году, нам казалось, что её нет, все ютились по подвалам. Есть воспоминание о том, что кирпичные стены — это хорошо, и это всё копировалось с одного на другое заведение. Я считаю, что Екатеринбург идёт по московскому пути и что здесь клубная жизнь лучше, чем в Петербурге. 

«Люк» — это вообще дом родной. Первый раз меня туда не пустили, когда я туда пришёл. Я поехал переодеваться. Он тогда ещё назывался «Ленин», там стоял злобный наш фейс-контролер, лысый, вылетело его имя из головы. Говорит: «Идите вон!» Едешь домой, переодеваешься. «Нет!» Едешь опять переодеваться. В третий раз я приехал, у меня был рейверский прикид: какой-то длинный свитер, кости, карманы боковые и так далее. «Заходите!» И я зашёл, и мне жутко не понравилось. Много людей, никого не знаю, какая-то музыка странная. Пришёл потом уже через две недели с компанией друзей, и всё, там я и остался. Сначала я туда ходил, потом я там работал — делал сначала вечеринки, потом помогал с пиаром, и пошло-поехало. 

ИИ: Тогда тебя называли модным клубным промоутером, и как раз в это время ты стал первым делать вечеринки для гей-сообщества. Как так получилось, что ты стал этим заниматься?

СТ: Это была прекрасная коммерческая история. Есть сегмент, есть ниша, которая была никем не освоена. Тогда же мы одними из первых в России, в Екатеринбурге точно, стали играть ретро-музыку, и называлось это как-то вроде «Ретро-вечер», я уж не помню. Меня все отговаривали, но мы начали делать. Через полгода это стало постоянным, и в какой то момент гей-сообщества было меньше половины, а всё остальное была прекрасная модная тусовка, и мы прекрасно проводили время. Поставили на поток. Мы были единственным, по сути, ретро-клубом. Сейчас никого не удивишь мэшапом, а тогда мы были первыми, кто замешивал Линду, «Мумий Тролля», Земфиру, «Ленинград», электропоп, рок. Было вау. И «Мулен Руж» был по этому принципу построен. Тогда всё это было более-менее спокойно.

Всё закончилось скандалом с клубом «Клон». Мы два года делали эти вечеринки, зарабатывали для «Люка» и для меня. За вход тогда платили все, было спокойно и никому не мешало, и расклейка была по городу, и флаеры. А потом начался скандал. Мы открывали «Клон», он не был гей-клубом, и я попал в этот замес как представитель клуба «Истерика» и «Клон», так как мы разрабатывали всю эту концепцию. Тогда, считаю, русская православная церковь окончательно сошла с ума, и пошло-поехало на этой почве. Конечно, все имеют свою точку зрения, но закидывать людей камнями — это перебор.

ИИ: Сейчас, наверное, опасно проводить подобные вещи в связи с законом о пропаганде гомосексуализма…

СТ: Я вообще противник гей-парадов и ничего хорошего в них не вижу. Каждый, конечно, имеет свою точку зрения на самовыражение и на закон, который всех осуждает. Осуждать нужно, вообще, российское законодательство, а не конкретный закон, потому что оно дырявое, как решето, и большинство формулировок отсутствует. К сожалению, это происходит везде. Я абсолютно толерантен, раз я делал эти гей-вечеринки, толерантен ко всем проявлениям, в том числе и к гомофобии. Все имеют свою точку зрения. То, что происходит на Западе в отношении этих сообществ в их защиту, вызывает недоумение, гордость, порой улыбку, смех и удивление. У них происходят странные вещи: например, команда «Фейсбука» едет на гей-парад. У нас далеко до этого, у нас способны запрещать, осуждать, но это менталитет страны и законотворцев. Это менталитет советского человека. 

ИИ: Тебе уже за 30?

СТ: Мне 33. Потерянное поколение считается?

ИИ: Как ты думаешь, какое оно?

СТ: Да фиг его знает, какое оно. Какое? Взрослое. Оно считается потерянным: когда были 90-е, действовало как раз поколение 25+, а мы, 15-16-17-летние, не могли оказаться в нужное время в нужном месте. А потом пришла молодёжь. Мы нормальное поколение, как все остальные. Да, мы ещё помним время без современных технологий, а теперь активно ими пользуемся, а есть поколение, которое не представляет жизни без этого. Вот и всё отличие, пожалуй.

ИИ: Для тебя лично что важно в жизни?

СТ: Для меня важно моё внутреннее состояние счастья. А счастлив я всегда, потому что я не делаю ничего из того, что могло бы привести к ощущению несчастья, и стараюсь выйти из ситуации, которая может дать мне что-то негативное. Я никогда не занимаюсь нелюбимым делом, никогда не общаюсь с людьми, которые мне не интересны. Счастье во главе всего. Вопрос в другом, как оно выражается. Но главное — это счастье! Будьте счастливыми, вот вам мой совет. Ощущение любви и счастья к себе, с солнцу, к жизни, к своим новым ботиночкам — это главное, что даёт внутреннее спокойствие, равновесие и ощущение мироздания в том числе, неважно, политика это, экономика или клубная жизнь. 

ИИ: Здесь, в России, ты чувствуешь себя свободным? Что для тебя свобода?

СТ: Свобода… Сложный вопрос. Вам философски ответить или лично? Да, я чувствую себя свободным: мы с вами сидим, говорим, о чём хотим, и нам за это, наверное, ничего не будет. Свобода на самом деле есть внутреннее ощущение, так же, как и религия. Все религии имеют право на существование, другой вопрос, как они коммуницируют между собой. Надо верить во внутреннее ощущение счастья, свободы, Бога прежде всего самому себе, а не ради публичности. Поэтому свобода, что бы кто о ней ни говорил, это больше состояние духа, чем состояние политики или цензуры. 

ИИ: Твои друзья уезжают за границу? 

СТ: Да, у меня много друзей живёт за границей. 

ИИ: Ради чего стоит оставаться в России? 

СТ: Вы здесь родились, знаете этот язык. В других странах такие менталитеты, что можно всю жизнь находиться в статусе чужака. И вы будете чужаком во всех странах мира, на самом деле, за исключением Штатов, которые как пылесос вбирают всех. Очень малое количество людей готово ассимилироваться, чтобы перестроиться, потому что в разных странах по-разному пьют кофе, по-разному ходят в клубы, по-разному употребляют тот или иной продукт. Но если это ваше — валите. Я считаю, все должны переезжать туда, где им комфортно. 

ИИ: Ты амбициозен? Тщеславен?

СТ: Абсолютно все люди тщеславны. Если кто-то говорит, что он не тщеславен, он лукавит. Но я не очень тщеславный человек, хотя мне нравится, когда обо мне говорят хорошие вещи. Да, я тщеславен. Амбициозный, но реалист: я никогда не поставлю цель, которую я не могу достичь. Амбициозный в меру, без фанатизма.

ИИ: Последний вопрос: каким ты видишь себя через 15 лет?

СТ: Прекрасным джетсеттером, путешествующим по миру и меняющим страны по первому желанию. Так вот и вижу через 15 лет. Буду писать книжки про свои путешествия, о тех местах, где никто не был. Класс.



Ирина Исаева, Илья Одношевин

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^