Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -15°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -15°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 4 декабря 2016

Екатеринбург: -15°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 04.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Как за $500 снять фильм-победитель европейского кинофестиваля

×
Разговор на Малине 15 августа 2013 в 21:24
Проблемы с видео?

Екатеринбургские режиссёры Иван Устинов и Алексей Стасюк получили серебро на фестивале в Испании за «Дерево счастья», которое растёт в дендрарии около УрФУ.


Ольга Чебыкина: Алексей, Иван, здравствуйте!

Алексей Стасюк: Здравствуйте!

Иван Устинов: Здравствуйте!

ОЧ: Поздравляю, во-первых, с победой. Во-вторых, вопрос: были ли вы единственными из России, кто представлял там свою работу? Насколько высока была конкуренция? 

АС: Из России ещё порядка двух участников прошли в конкурсную программу. Я не знаю их дальнейшую судьбу, получили ли они что-то или нет. Дело в том, что из-за некоторых обстоятельств мы не смогли там присутствовать лично. Нам уже потом прислали извещение о том, что мы прошли.

ОЧ: Насколько это было шоком для вас?

АС: Шок.. Ну как шок… Мы скорее ждали этого. Радость была безумная. 

ОЧ: Я так понимаю, что до этого вы не отправляли свои работы на международные кинофестивали и не привозили оттуда призы. Где происходит переломный момент? Когда вы проснулись знаменитыми? Вы долго шли к тому, чтобы снимать фестивальное кино и получить награду? Или вы просто хотели поделиться своим творчеством с большим количеством людей?

ИУ: Фильм изначально создавался для участия в фестивале. Мы специально делали фестивальную картину, которая может принести нам какие-то награды, призы, признание, что-то ещё…

ОЧ: Ваш фильм называется «Дерево счастья».  Я так понимаю, что это реально существующее дерево? Оно в Екатеринбурге растёт?

АС: Да, можно прийти и загадать желание.

ИУ: Оно реально приносит счастье!

ОЧ: Ну вам как минимум!

АС: Оно находится в дендропарке около УПИ и по сей день. Очень древнее дерево, насколько я знаю.

ОЧ: Ваш фильм — это история о двух сиротах, брате и сестре, которых хотят разлучить усыновители. Они хотят забрать в семью только мальчика, а сестру оставить в детдоме. Почему такая тема? Это ваш коммерческий жесткий расчёт, что на фестивале котируются слезливые темы? Или она вам по чему-то другому близка?

ИУ: Я бы назвал её не слезоточивой, а социальной. Тема действительно волнует многих в нашем городе и в России. Я думаю, она сыграла свою какую-то роль на фестивале.

ОЧ: Но вы её почему взяли? Вы, молодые парни, вы же наверняка никого не усыновляли, или это не так?

АС: У меня есть приёмная сестра, мне эта тема близка. Моей приёмной сестре сейчас шесть лет, её зовут Маша. Замечательный ребёнок, очень светлая. Я вижу, как она меняется — она становится более отзывчивым и добрым ребёнком. Если посмотреть судьбу её сверстниц, то, я думаю, у них не такое счастливое детство.

ОЧ: А ваша сестра знает, что она приёмная?

АС: Она знает, потому что в противном случае появились бы вопросы — она единственная светленькая в семье. Она без претензий воспринимает свою ситуацию, без горести. Она понимает, что у неё теперь новая семья, новые люди, которые любят её и ценят.

ОЧ: Вы снимали фильм в прошлом году. Этот тот период, когда принимался закон Димы Яковлева, вы наверняка знаете про него, вокруг него была очень большая шумиха. Я, конечно, извиняюсь за свою настойчивость в этой теме, но хочется просто понять. Вы умненькие, молодые, и вы поняли: да, это тема такая остро-социальная, и она может сыграть. Я не говорю, что вы хотите спекулировать, но об этом нужно говорить. Ведь это актуально как никогда во всём мире.

ИУ: На самом деле, когда этот проект задумывался, никакого закона Димы Яковлева ещё не было. И закона Магнитского тоже ещё не было. А когда эти законы вступили в силу и начались скандалы, проект уже почти был завершён. Он был практически готов к выпуску. Насколько я помню, это было в декабре того года. Мы его хотели выпустить в декабре, но решили оттянуть. Раз мы можем людям показать, открыть свое видение, мы его выпустили именно в январе, когда общественность уже знала и была готова, так сказать, обсуждать эту историю.

АС: Мы, по сути, воспользовались этой возможностью. Конечно, это было замечательное совпадение. Наш фильм рассказывает о том, что очень близко к этой истории, связанной с этими законами.

ОЧ: Но только там ведь усыновители не иностранцы. Вот сделали бы вы их иностранцами…

ИУ: Заметьте, мы не сказали, кто был усыновителем. Там нет каких-то определённых намеков — русские там или иностранцы… Мы просто хотели сказать, что дети хотят счастья.

АС: В фильме нет слов, только музыка. Поэтому так.

ОЧ: Я знаю, что у творцов нельзя спрашивать: «Так, прочитал три тома великого произведения — теперь перескажи и скажи главную мысль», как просят в школе. Тем не менее, посыл для тех, кто посмотрит и, может быть, не поймёт, это важно. Что вы хотели сказать?

АС: Ну, Ваня, наверное, своё мнение скажет, а я своё.

ИУ: Этим фильмом мы хотели сказать: обратите внимание, пожалуйста, на то, что есть дети, которые хотят счастья, которые ищут его и каждый день ждут своих маму и папу. Не все их видят и не все знают, что они есть. Даже прийти к ним в детдом, поиграть с ними на пианино — это уже для них счастье. Я надеюсь, что кто-нибудь, посмотрев этот фильм, тоже подарит им кусочек счастья.

ОЧ: Ну если с человеческой точки зрения, то это палка о двух концах. Вот ты ездишь к сиротам, помогаешь, играешь с ними, а они привязываются к тебе и потом ждут от тебя большего. Многие волонтёры, с которыми я общалась, об этом говорят, что ты потом уже чувствуешь ответственность. И ты уже как бы виноват, если не взял к себе ребёнка, который больше всех из группы к тебе привязался.

АС: Я считаю, что виноват больше тот, кто вообще ничего не делает.

ОЧ: Не могу не согласиться. Чтобы понять вот эти тонкие душевные материи, которые присутствовали в вас, когда вы делали этот фильм. Помимо опыта, который есть в вашей семье, вы ездили в детские дома, с кем-то общались, чтобы прочувствовать это и показать максимально точно?

ИУ: Мы много разговаривали, общались с разными людьми, съездили в несколько детских домов, общались с руководителями детских домов. Детский дом, на котором мы остановились, это не первый детский дом, в котором мы побывали. 

ОЧ: В фильме снимаются актёры или дети из детдома?

ИУ: Наши главные два актёра — это актёры, которые пришли к нам на кастинг. Это ребята из города, просто живущие здесь. А в массовых сценах в детском доме играли именно дети из детдома. Для них это было новое открытие, что-то необыкновенное! Им это очень понравилось.

ОЧ: Да, они даже на телевизионную камеру реагируют, когда приезжаешь. Конечно, это новые впечатления. Самый острый вопрос для этих детей, это, конечно, вопрос социализации, и любое такое вот массовое мероприятие… Это здорово, что вы это сделали там, и вам за это спасибо. Вам же не только приз, но ещё и 2000 евро дали?

АС: Где-то они повисли…

ОЧ: Не пришли ещё?

АС: Нет.

ОЧ: Как мило. Казалось бы, международный фестиваль… Я хочу спросить про бюджет фильма. На каких-то информационных порталах я читала, что бюджет у вас составил 500 долларов. Это правда? Как это возможно?

УИ: Получилось чуть больше 500 долларов. 500 долларов было потрачено на тот момент, когда мы закончили производство фильма и сказали: «Всё. Точка». А потом понеслась: подача заявки на фестиваль, организация каких-то мероприятий — всё же это входит в бюджет фильма. На маркетинг мы потратили немного больше.

ОЧ: Как это возможно — получить награду за фильм, бюджет которого 500 долларов? Скажите каким-нибудь вашим потенциальным коллегам и конкурентам, которые смотрят и говорят: «Мы не верим парням, у вас были спонсоры».

АС: Это всё наши собственные вложения. Наша студия существует за счёт коммерческих заказов, и мы стараемся нашу деятельность направить на такой продукт, чтобы фонды пополнять, чтобы создавать такие продукты. Как бы это странно ни звучало, но мы работаем ради работы, ради творчества.

ОЧ: Мне кажется, так можно сказать про любых людей творческих профессий. Я хочу спросить, почему вы не обратились за помощью, например, в свердловское отделение Союза кинематографистов? Вам не хотелось делить с ними возможную славу? 

ИУ: Я скажу так. Мы обращались во множество разных инстанций, и помощь пришла не из Екатеринбурга. Поэтому не будем называть конкретных лиц, организации.

АС: Где советом, где ещё чем нам помогали, но не здесь. Видимо, потом нас будут слушать.

ОЧ: Возвращаясь к названию вашего фильма, «Дерево счастья» — вот оно есть и счастье приносит. Как вы думаете, сколько попыток обратиться к дереву счастья есть у екатеринбуржцев и использовали ли вы свою?

ИУ: Я боюсь, это не золотая рыбка, мне кажется, каждый сам вправе определить, сколько ему попыток надо для своего счастья.

ОЧ: В фильме хэппи-энд?

ИУ: Конечно.

ОЧ: За это отдельное спасибо!

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^