Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -8°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«Ещё два убийства — вот какой была цена моего решения. И я каждый день с этим живу»

×
Разговор на Малине 5 июня 2013 в 21:19
Проблемы с видео?
В материале:

Павлов Артём

Ольга Чебыкина: Привет, Артём!

Артём Павлов: Здравствуйте!

ОЧ: Я думаю, что многие из наших зрителей и героев будут аплодировать тому, что теперь ты объект нашего изучения. Многие бизнесмены, которые приходили к нам, очень радовались, когда узнавали, что тебя не будет в их эфире. Вопрос: присутствует ли в твоей жизни этика? И этот вопрос шире, чем кажется. В уголовном розыске, как известно, не очень церемонятся с тонкими струнами человеческой души. Теперь ты тоже вторгаешься в личное пространство. Есть ли те границы, которые ты не можешь переступить?

АП: Да, конечно есть. Вы знаете, за видимой аурой романтизма, духом пинкертонства в нашей работе скрываются достаточно глубокие вещи. В первую очередь это принятие решений. От наших решений зависит и карьера, и судьба человека, и были ситуации, когда жизнь человека зависела. Естественно, есть грани, которые переходить нельзя. Поэтому я очень не люблю говорить с людьми о них. Когда человек узнает себя, причём не с лучшей стороны, у него может быть только две стратегии: либо сказать «нет, это не так» и агрессировать, либо избегать разговора. Большинство людей не готовы в режиме реального времени принять эту информацию. Если мы говорим о диагностике, когда я перед работодателем отчитываюсь о сотруднике и даю свои какие-то выводы, конечно, там я уже не стесняюсь в выражениях.

ОЧ: Тебя для того и пригласили, чтобы ты это сказал, правда.

АП: Естественно. За что платят диагносту, полиграфологу? Не за мнение, а за ответственность. 

ОЧ: У тебя агентство кадровой и экономической безопасности. Ты занимаешься профайлингом, диагностикой сотрудников. Когда я анонсировала твой визит к нам в студию, на фейсбуке было достаточно много высказываний о том, что физиогномика является лженаукой. И вот сейчас, чтобы зрители понимали, можно ли назвать те корпорации, силовые структуры, с которыми вы работаете? 

АП: Во-первых, развею миф о том, что физиогномика является лженаукой. В настоящее время существует масса исследований в рамках академии наук, и умные, бородатые, мудрые дядьки признали, что да, действительно, закономерности между физиогномическими и личностными особенностями существуют. И есть по этому поводу много исследований, к коим я и подключился. Основные мои заказчики — это бизнес и правоохранительные структуры. Мы производим экспертизы с использованием полиграфа, производим исследования на достоверность информации в рамках проверки оперативной информации. Это угрозыск, ОБЭП и другие структурные подразделения. Я всегда хотел сделать агентство, которое будет помогать разбираться с вопросами, касающимися кадровой безопасности, ведь всё люди решают. Я думал, что буду работать для малого и среднего бизнеса, а оказалось, что 90% моих заказчиков — это крупный бизнес. Представителям крупного бизнеса в рамках серьёзных корпораций намного проще использовать уникальные методики: полиграф, физиогномику, графологию.

ОЧ: Хочу понять механику.

АП: В моём понимании оценка персонала — это не мнение специалиста, не мнение психолога. Я на открытых мастер-классах всегда провожу аналогию между подбором персонала и походом на блошиный рынок. Работодателю нужен сотрудник, он идёт на рынок, и там какие-то мужики и тётки стоят. У них в руках мешки. Он потряс мешок и всё. Нужны объективные критерии для оценки компетенций. Что такое объективность — это оценка графолога, физиогномиста, людей, которые ничего о кандидате не знают. Вся наша работа построена на технологиях независимой диагностики. Именно поэтому меня рекрутеры не любят. У рекрутера задача какая — любой ценой запихнуть человека в компанию, чтобы он отработал испытательный срок. 

ОЧ: Что для тебя показатель успеха? 

АП: Состояние успешности у каждого внутри. Когда я начал заниматься тренинговой работой, а это было буквально полтора года назад, мои заказчики стали меня спрашивать, как я провожу анализ, почему к ним приходят сотрудники и начинают говорить, где какие откаты они брали. Я сказал, что в двух словах не объяснить. Из этого стал вырастать курс, который я теперь читаю на постоянной основе. Один из корифеев тренинговых компаний мне сказал: «Ты должен почувствовать, что ты дорого стоишь, тогда ты будешь стоить дорого». В этом, наверное, какая-то логика есть. Кто-то меряет социальными атрибутами. Например, была у меня галочка, хотел я поездить на большом новом чёрном джипе. Я на нём поездил, понял, что это дорого, неудобно, некомфортно, я его продал, вот сейчас буду что-то выбирать. Моё время стоит дорого, я специалист, мне практически ни от кого ничего не надо. Я самодостаточен.

ОЧ: Про успех в другой сфере хочу поговорить. Ты работал в уголовном розыске. Это та структура, где ты встроен в вертикаль, в систему. Можно ли там чувствовать себя успешным? Почему ты ушёл?

АП: Я до сих пор вспоминаю работу в угрозыске как одно из самых светлых воспоминаний в своей жизни. Оперативники — это люди, внутренне свободные. Они свободны в своих действиях. Тут вопрос мотивации, то есть для чего они всё делают. 

ОЧ: Внутренняя свобода — это ощущение пресловутой безнаказанности?

АП: Нет, ни в коем случае! Видение, что ты реально каждый день делаешь что-то ужасно полезное. Учитывая специфику, что я работал в отделе убийств, каждое раскрытое убийство — это большой шаг к защите общества. Я не принимаю позицию «силовики-не силовики». Есть люди, которые в рамках некой социальной группы занимаются дискредитацией группы и зарабатыванием дивидендов, а есть другие люди, которые в рамках этой же группы делают важные и полезные дела. Как мы оцениваем уровень подготовки нашей полиции? Это ППС и ГАИ — те, с кем чаще всего сталкиваемся. 

ОЧ: Прямо скажем, не самые элитные подразделения.

АП: Да. Но в полиции очень много глубоких, очень преданных своему делу людей. 

ОЧ: Всё-таки, мне кажется, ты не можешь быть до конца объективным, потому что тебя это напрямую касается. Я, например, как ребёнок военных, часто вступаю в спор по поводу облика офицера в нашей стране. Но когда в 2011 году начались марши протеста, сложилось чёткое ощущение, что силовые структуры могут легко перешагнуть через человека, действуя по инструкции. Можешь ли ты «перешагнуть», если дан приказ?

АП: Это не вопрос приказа. В уставе написано, что если приказ преступен, ты можешь его не выполнять. Есть такое понятие, как закон. У меня недавно случилось столкновение с одной из силовых структур, потому что в рамках одной из экспертизы я выяснил, что задержанному были подброшены наркотики сотрудниками полиции. Мне сказали: «Ну что ты! Ты же вроде наш!». И я им объяснил, что нельзя вставать над законом. Как только полицейский решил, что он и есть закон, на нём можно ставить крест. Я понимаю, что сейчас найдётся 1000 оппонентов, которые скажут, что у нас в стране всё не так.

ОЧ: Тот самый спор Жеглова и Шарапова на тему можно ли вору подбросить кошелёк. Ты считаешь, что нельзя?

АП: Начни с себя. Позавчера мы с коллегой обсуждали эту этическую дилемму. Я ему привёл пример. У меня в жизни была ситуация, когда есть подозреваемый, но у нас нет оснований. Дилемма: пытать и посадить или отпустить? Отпустили. Через несколько месяцев его задержали снова, он ещё два убийства совершил. Вот дилемма. И потом живи с этим, и спи с этим, и работай с этим. 

ОЧ: Фактически, цена — две жизни, лишь бы не преступать закон?

АП: Совершенно верно. Эти решения мы принимаем каждый день: ставить машину на тротуар или не ставить, взять откат или не взять, согласиться сделать заказной материал или не согласиться. Каждый с этим сталкивается ежедневно. Вот и я решаю эти дилеммы, как могу.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Павлов Артём

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^