Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Финансист Дэвид Грей: «Россия поднялась на 20 пунктов в рейтинге Всемирного банка. 92 место — это далеко до топа, но Индию и Китай вы обогнали!»

×
Разговор на Малине 20 ноября 2013 в 17:14
Проблемы с видео?
В материале:

Грей Дэвид, PricewaterhouseCoopers

Управляющий партнёр PricewaterhouseCoopers в России рассказывает, куда инвестируют капиталы иностранцы, как успешно вести бизнес в России и зачем PwC открыла офис в Екатеринбурге.

Смотрите также:

Наталья Зубаревич, член экспертного совета Российской Федерации: «Вертикаль власти дошла до предела своей неэффективности, нужна децентрализация»

Руководитель московского офиса компании McKinsey, сын великого писателя Ермолай Солженицын: «Мы стесняемся сырья»


Дмитрий Иванов: Добрый день, мистер Грэй. Мы бы хотели сегодня поговорить об инвестициях в России. Я услышал парадоксальную вещь: на фоне постоянного потока информации, что из России уходит иностранный капитал, вы говорите о том, что PrisewaterhouseCoopers положительно оценивает инвестиционный климат в России. Можно это прокомментировать? 

Дэвид Грэй: Я думаю, что это действительно противоречивая информация, хотя есть положительные изменения в состоянии инвестиционного климата. На этом фоне всё равно происходит некий отток капитала. Я думаю, что это происходит из-за того, что средний класс в России не чувствует уверенности в своем будущем, поэтому предпочитает диверсифицировать свои активы, в том числе за счёт покупки недвижимости, например, в моём родном городе Лондоне, но также и в других европейских городах. То есть частично отток капитала, безусловно, есть, однако нельзя отрицать, что произошли определённые сдвиги в инвестиционном климате. Если говорить об экономических индикаторах, то согласно ежегодному исследованию Всемирного банка, который называется «Ведение бизнеса», в этом году Россия поднялась на двадцать пунктов и теперь занимает 92 место в рейтинге. В частности, произошли позитивные изменения в том, что касается налогообложения. Конечно, 92 место — это всё ещё далеко от верхушки рейтинга, но всё равно это прогресс. Стоит отметить, что Россия в этом рейтинге обошла и другие страны БРИК, в том числе, Индию и Китай — и это еще одни позитивный фактор. Это позволяет нам заключить, что эта ситуация положительная. 

ДИ: Какие ключевые шаги нужно предпринять России, чтобы гораздо выше подняться в этой таблице существующего рейтинга?

ДГ: Если вы посмотрите на отдельные индикаторы, можно заметить, что существуют сферы, в которых Россия отстаёт от других стран и на которых следуют сконцентрироваться.

ДИ: О каких сферах идёт речь?

ДГ: Прежде всего, я бы сконцентрировался на таких сферах, как таможенное регулирование при импорте и экспорте, а также получение разрешения на строительство. Из всех стран, участвующих в рейтинге ведения бизнеса, конкретно по этим показателям Россия одна из самых худших из 192 стран. Если бы в России были проведены некоторые реформы по этим направлениям, она в целом сильно бы поднялась в рейтинге. Ещё одна мера, на которую я хотел бы обратить внимание, это доступность капиталов при привлечении кредитов, это общая черта здорового общества для ведения бизнеса, как малого, так и среднего. Это то направление, на которое государству необходимо обратить пристальное внимание. В стране с замедляющимся экономическим ростом доступ к капиталам с более низкими процентными ставками станет мощным стимулирующим фактором.

ДИ: На сегодняшний день западные инвесторы готовы инвестировать только в крупные газовые компании или есть тот сектор малого и среднего бизнеса, в который вы тоже готовы вкладываться?

ДГ: Я считаю, что, по большому счету, это миф, что инвесторы заинтересованы только во вкладывании в нефтяные и нефтегазовые компании либо в сектор природных ресурсов. Мы как международная консалтинговая фирма, которая, в том числе, оказывает помощь инвесторам, видим, что наши клиенты приходят в Россию не только чтобы инвестировать в нефтегазовые сектора, но также в сектор потребительских товаров, фармацевтику и логистику. 

ДИ: На сегодняшнем мероприятии главный редактор журнала «Эксперт» господин Фадеев недвусмысленно говорил о том, что какой бы горячей риторикой модернизация России через инновации, через «Сколково», через IT ни шла, реальные изменения касаются только сырьевой базы — нефтегазового сектора, и понятно, что это должно как-то отразиться на настроениях инвесторов. Это отразится в положительную сторону или в отрицательную?

ДГ: Я думаю, что раз нефтегазовый сектор всё-таки остается основным для экономики России, инновации в нефтегазовом секторе, безусловно, имеют важнейшее значение для развития страны. Если мы проанализируем изменения, которые происходят в отрасли нефти и газа в мире, мы увидим, что там постоянно внедряются инновации. Это касается и добычи на шельфе, и бурения для морской добычи нефти. Это очень важно для России — поддерживать высокий темп инноваций, находиться на одном уровне с инновациями за рубежом. Но всё-таки как бы ни были хороши инновации в нефтегазовом секторе, если Россия действительно хочет модернизировать свою экономику, необходимо внедрять инновации и в других секторах, в частности, в технологическом и телекоммуникационном секторе. Это принесёт огромную пользу. Россия должна использовать те преимущества, которые она имеет в этих секторах. Недавно компания PrisewaterhouseCoopers провела исследование — это был опрос директоров об инновационных стратегиях, и часть исследования была посвящена тому, что думают российские исследования об инновациях. Одна из частей был посвящена тому, что российские директора трактуют тему инноваций очень узко, как нечто, связанное исключительно с технологиями, тогда как инновации существуют и в других секторах, например, в том, как вы относитесь к своим покупателям, каким образом вы входите на рынки и так далее. Российскому бизнесу нужно шире посмотреть на инновации, особенно в банковском секторе. 

ДИ: Если уж мы заговорили про банки. На сегодняшний день российская банковская система, если сравнить её с казахстанской, какая более интересная для инвесторов? Вопрос связан с тем, что ещё пять лет назад Казахстан в этом смысле был каким-то феноменальным явлением, на эту банковскую систему боялись дышать инвесторы, чтобы что-то не нарушить. Сегодня какую картину вы наблюдаете? 

ДГ: Что касается банковского сектора в России, то, действительно, в нём происходят некоторые инвестиционные изменения. Но в то же время банковский сектор сконцентрирован в руках маленького количества федеральных банков. Нам нужно больше конкуренции в этом секторе. Это один из тех факторов, который мог бы облегчить доступ к капиталу средних предприятий. Меня радует тот факт, что Россия задумывается о том, как надо модернизировать банковский сектор, а также то, что Россия смотрит на опыт других стран, чтобы попытаться избежать ошибок в дерегулировании банковского сектора. Но я также считаю, что уровень конкуренции должен быть выше.

ДИ: В Екатеринбурге, насколько я знаю, присутствуют практически все участники большой тройки — это и PrisewaterhouseCoopers, и Ernst & Young, и KPMG. В связи с чем такой пристальный интерес к нашему городу, почему здесь есть офисы всех консалтинговых аудиторских мировых компаний? 

ДГ: Мы приходим в город, когда понимаем, что у нас здесь есть клиенты, когда мы видим спрос на наши услуги. Екатеринбург является большим финансово-экономическим центром Свердловской области, здесь есть большое количество клиентов, которые предъявляют спрос на наши услуги. Да, мы действительно когда-то привезли сотрудников из Москвы, всегда лучше работать на месте, в регионе, поэтому мы открыли офис. Сейчас мы переезжаем в другой, более большой офис, чтобы соответствовать спросу наших клиентов. Ещё одни позитивный момент — раньше для нас было довольно сложно нанимать персонал на месте, в регионах, потому что большинство наиболее успешных, талантливых выпускников вузов предпочли иммигрировать в Москву, в Санкт-Петербург. Но сейчас мы видим, что всё больше и больше талантливых выпускников предпочитают оставаться в регионе, тем самым облегчая нам задачу поиска трудовых ресурсов. Теперь мы можем набирать кадры прямо в регионе, что я считаю позитивным сигналом в развитии экономики региона. 

ДИ: Насколько сегодня широка филиальная сеть PrisewaterhouseCoopers и что является для вас сигналом для открытия нового филиального офиса — качество клиентов или присутствие в регионе крупных компаний, которые попадают в рейтинги Forbes?

ДГ: В настоящее время в России открыто девять офисов PrisewaterhouseCoopers, и мы планируем в дальнейшем открывать по одному или два офиса в год. Как правило, стимулом служат запросы наших клиентов из других городов. Они говорят: «Было бы хорошо, если бы ваш офис был рядом с нами». Таким образом, открывая новый офис, мы реализуем двойную выгоду — наших клиентов и свою. Таким образом мы и расширяемся. Мы пока очень молодой бизнес, это пока лишь наш 25 год в России. Я воспринимаю нашу компанию как тинэйджера с большим будущим. 

ДИ: Как вы оцениваете этот 25-летний отрезок времени в экономическом разрезе? Понятно, что Великобритания и другие европейские страны шли капиталистическим путем сотни лет. Выдайте, пожалуйста, свою оценку. 

ДГ: Вы знаете, люди делятся на две категории: одни думают, что стакан наполовину пуст, другие думают, что он наполовину полон. Я считаю, что стакан наполовину полон. За прошедшие 20 лет, что я в России, уже проделан огромный прогресс, и в будущем он будет ещё больше. Вы знаете, мне довелось побывать в разных уголках России. Иногда я возвращаюсь в место, где я не был 10 или 15 лет, и я не узнаю его, потому что оно драматически изменилось. 

ДИ: Не могу не задать этот вопрос, потому что вы имеете такой долгий опыт работы на российском рынке и наверняка видели, как развивалась история с Михаилом Ходорковским и компанией ЮКОС, которая была выстроена с нуля и была флагманом российской экономики, на неё боялись дышать западные инвесторы. Как вы оцениваете то, что произошло с ЮКОСОМ и с Ходорковским, как это сказалось на имидже России, что думает по поводу этой ситуации инвестиционное сообщество? 

ДГ: Безусловно, это дело оказало негативный эффект на имидж России. Но мы понимаем, что дело Ходорковского — достаточно единичный случай, и чтобы оценивать, нужно смотреть на более широкую картину. У нас более 2000 клиентов по всей России, и мы видели, как они с нуля построили весь бизнес, как они стали крупными компаниями. Некоторые из них расширили свою деятельность до международных масштабов, и это, на мой взгляд, является доказательством того, что в России можно вести успешный бизнес.

Интервью проведено в рамках VIII межрегиональной конференции «Точки роста экономики Большого Урала». Организаторы конференции: «Эксперт-Урал», Уральский федеральный университет.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^