Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -9°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -9°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Воскресенье, 11 декабря 2016

Екатеринбург: -9°

$ 63,30 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016 € 67,21 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 11.12.2016
Brent 54,33$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 101₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Руководитель московского офиса компании McKinsey, сын великого писателя Ермолай Солженицын: «Мы стесняемся сырья»

×
Разговор на Малине 19 ноября 2013 в 19:08
Проблемы с видео?

Разговор о главных болевых точках России: нефтяной вене, критике западных ценностей, экономическом кризисе и гражданском самосознании.

Смотрите также:

Наталья Зубаревич, член экспертного совета Российской Федерации: «Вертикаль власти дошла до предела своей неэффективности, нужна децентрализация»

Финансист Дэвид Грей: «Россия поднялась на 20 пунктов в рейтинге Всемирного банка. 92 место — это далеко до топа, но Индию и Китай вы обогнали!»


Дмитрий Иванов: Добрый день, Ермолай. Я хотел бы начать с вашего прошлогоднего выступления. Вы озвучили там тезисы состояния экономики России, сказали, что Москва очень сильно доминирует над экономикой, что это пылесос, который не даёт развиваться экономике. Можно расшифровать этот тезис? 

Ермолай Солженицын: Москва — это психологический тормоз для многих людей. И иногда фискальный, политический. Что-то общественно решать сложно, надо по крайней мере согласовать на всякий случай в Москве. У нас культура того, что все ключевые решения принимаются начальником, первым лицом, руководством, пронизывает многие заводы, предприятия. Это тормозит. Если просто посмотреть, сколько губернаторов по всей стране и сколько дней они проводят в итоге в Москве, то, наверное, было бы неплохо всю эту энергию направлять в те регионы, где они находятся. С другой стороны, Москва — это мировой центр, это прекрасное место для жизни, интересная и культурная и экономическая столица. В этом плане, конечно, это ворота в Россию. И чем лучше будет развиваться Москва, чем современнее будет Москва, чем привлекательнее, тем лучше для страны. Я не воспринимаю это как конкуренцию между Москвой и регионами за ограниченный ресурс. Я считаю, что Москва должна наращивать свой потенциал за счёт, в том числе, привлечения ресурсов даже из других регионов, стран. А регионы в России должны меньше оглядываться на Москву как центр для принятия решения, а больше копировать практики, которые применимы. Надо отдать должное, Москва достаточно неплохими темпами занимается инновациями, развитием, работает с разными сферами. 

ДИ: Если конкретизировать применение практик, то вы выделяете принятие решения проблем общественного пространства. 

ЕС: Это тонкая материя: где централизация — способ создания возможностей, а где это вопрос ограничения. Но, в общем, мне кажется, что люди всё больше хотят чувствовать необходимость самим решать вопросы, которые возникают в их среде, они понимают, что издалека они не решаются. Я чувствую по многим разговорам, что если централизация-децентрализация — это маятник, то мы сейчас находимся на стадии, когда будет увеличиваться децентрализация в разных аспектах. 

ДИ: Вы долгое время учились на Западе, жили в Китае, долго работали в России и понимаете процессы, которые здесь происходят. Для вас сегодняшняя Россия — сорокинский вариант с двумя трубами — одна в Китай, другая — в Европу, с опричниками, с таким режимом? Или это европейская страна? 

ЕС: Для меня Россия, как любая страна, любое общество, имеет несколько слоёв, несколько элементов восприятия. Это, в первую очередь, та страна, в которой большая часть моих друзей, знакомых, коллег, жена, дети. С женой я познакомился в России. Женились мы здесь. Эта та группа людей, тот социум, в котором я живу. Все мои эмоции связаны с этой группой людей. Это та среда, в которой я живу, со всеми плюсами-минусами этой среды. 

ДИ: Вы готовы с ней мириться, в отличие от вашего отца? 

ЕС: Он никогда не уехал бы сам, он всегда это говорил. Его выслали. Это очень важно. Он не эмигрировал. Первое моё восприятие страны — это то, где я живу, что меня окружает. Второе — это то, о чём я эмоционально переживаю: когда у нас в целом не ладится, когда у нас не получается, когда у нас много проблем, когда я чувствую, что траектория развития у нас не та. Это мне небезразлично. Это расстраивает. Вопрос, что мы все делаем по этому поводу? В целом, мы делаем намного меньше, чем в европейских странах. У нас уровень восприятия того, что случается, что мы должны терпеть, просто воспринимать как «это не наше», а какие-то внешние факторы — история, генетика, психология, начальство, соседи. Это апатия и неспособность принять ответственность за свою среду. 

Россия — это страна, которая ещё не научилась формировать реальных граждан, реальных патриотов в реальном смысле этого слова. Не в смысле показухи, лозунгов или законодательных актов, запрещающих что-то обсуждать или критиковать, а в смысле реального создания определённого чувства ответственности за что-то большее, нежели просто свой быт, своя семья. 

ДИ: Волна протестов 2011 года — для вас это акт гражданского самосознания?  

ЕС: Я считаю, что естественный признак взросления общества — именно то, что по мере формирования среднего класса люди начинают больше интересоваться и требовать от своей окружающей среды. То, что людям было интересно и хотелось как-то высказаться о том, что в целом происходит — это здоровый знак, это очень хорошо. Это признак того, что людям небезразлично. Безразличие к тому, что происходит, заведомо ставит крест на всём. Это проблеск положительной динамики страны. Искать положительные проблески иногда довольно трудно. Это один из них. Наш вектор, я уверен, конечно, европейский. Есть определённые ценности, которые не только в Европе, но и в Америке выстраиваются. Но если посмотреть на развитые экономики и Азии — очень многие вещи универсальны. Люди хотят определённого качества жизни, хотят какие-то институты, которые воспринимают как эффективные и честные. Они хотят здравоохранение, образование, безопасность. Все эти вещи совершенно естественно хотеть. В России люди тоже это ищут и требуют.  

ДИ: Вы чувствуете в сегодняшней нашей действительности антизападную опасную риторику и что она поощряется? 

ЕС: Я её не чувствую. Я её слышу, вижу по телевидению, которое особо не смотрю. Давайте возьмём аналогию человека. Уверенный человек, который комфортно себя чувствует, знает свои сильные стороны, комфортно себя чувствует по отношению к самому себе. Он редко будет, на самом деле, говорить, какие все другие плохие. Когда начинается разговор «эти нас хотят обидеть» — это в любом человеке начинает говорить о том, что он неуверен в себе. Мне хотелось бы, чтобы мы больше говорили о том, какие у нас плюсы, что у нас реально хорошо, и доказывали это делом, чтобы к нам тянулись люди со всего мира. Многие конкурентоспособные, талантливые люди уезжают в другие страны, и я не вижу встречного потока в таком же масштабе. Что-то оттягивает людей, надо понять, что, и постараться у себя сделать лучше. 

ДИ: Тема резкого торможения экономики снова зазвучала после того, как минэкономразвития озвучило свой прогноз развития и предложило перейти на худший сценарий. Как я понимаю, в этом сценарии акцент делается на нефтегазовом секторе как прорывной отрасли всей экономики России, которая как локомотив вытащит всю экономику. Вы согласны? 

ЕС: Мы стесняемся сырья. Это какой-то ресурс, который у нас есть, и мы должны развиваться в этих направлениях. Не только развиваться, а быть передовыми. Цель должна быть. 

Интервью проведено в рамках VIII межрегиональной конференции "Точки роста экономики Большого Урала". Организаторы конференции: "Эксперт-Урал", Уральский федеральный университет.

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии

Реклама
на Малине

Давайте мы вам перезвоним и расскажем, что и как!

Будьте с нами!
×
×
Наверх^^