Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

Суббота, 3 декабря 2016

Екатеринбург: -14°

$ 64,15 Стоимость продажи доллара Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016 € 68,47 Стоимость продажи евро Официальный курс ЦБ РФ на 03.12.2016
Brent 54,46$ Стоимость барреля нефти, в долларах. По данным Finam.ru Квартиры 68 166₽ Средняя стоимость одного квадратного метра на вторичном жилом рынке Екатеринбурга. Данные: Уральская палата недвижимости / upn.ru
Ключевая ставка: 10,00% По данным ЦБ РФ.

«В тысячный раз повторяю: никуда я не уеду, заразы. Повисну на люстре в 17 миллионов и не уеду!»

×
Разговор на Малине 2 октября 2013 в 20:05
Проблемы с видео?
В материале:

Коляда Николай

А также

Коляда-театр

Драматург, сценарист и режиссёр Николай Коляда — о гастролях в Польше, о любви и неваляшках в душе.

Смотрите также:

Эфир с Николаем Колядой

Николай Коляда: «Поляки спросили меня, почему я не выбираю себе в театр моделей. А я им говорю: что, мои артистки страшные, что ли?»


Ольга Чебыкина: Здравствуйте ещё раз!

Николай Коляда: Здравствуйте!

ОЧ: Вы пару недель назад вернулись из Польши. Вы там в прямом и в переносном смысле устроили маскарад. Надо отметить, что «Маскарад» не ставился 20 лет. Какие впечатления от поездки? Насколько поляки прониклись и поняли? 

НК: Я сейчас буду, конечно, опять хвастаться. Получился прекрасный спектакль. Кто не верит — пусть проверит. В интернете такие рецензии, что мама дорогая. Кстати, надо сказать, что критики не церемонятся сильно. Это ваша работа, господа артисты, если вы вступили в лужу, упали в лужу, то получайте по полной. Но когда я читал рецензии, у меня последние волосы на голове шевелились от счастья и радости. Артисты ещё так обрадовались, что последний спектакль сыграли на 11 минут длиннее. Я тогда написал им письмо, мол, гады, паразиты! Да что ж вы делаете? Они подумали, что раз хорошо, то мы ещё лучше сделаем, и давай там всё разыгрывать. Я им выслал открытое письмо, и они сейчас все пишут, извиняются, говорят, что просто устали. Был тяжёлый период, мы работали 40 дней утром с десяти до двух, вечером с шести до десяти. По восемь часов в сутки репетировать нелегко. На сцене было 25 артистов, огромная сцена. 120 лет этому театру. Самый большой и самый важный театр в Кракове. Такой город прекрасный, такой красивый. Никуда не едьте отдыхать, только в Краков. Очень живой город.

ОЧ: Вы сказали, что в Кракове в главном театре на главной сцене играли, и это были аншлаги. Это приятно. Здесь вы позиционируетесь и публика вас так воспринимает — для своих. 

НК: Ну, на репетициях «Мёртвых душ» скученность большая. На сцене 25 человек, все наступают друг другу на ноги… Я чувствую, что нам надо выходить на другую площадку. Тем более что обещают в декабре кинотеатр «Искра» всё-таки сдать под нужды Коляда-театра, как написано во всех бумагах. Завтра приду туда на совещание, посмотрю. Говорят, что там уже месяц ремонт идёт. 

ОЧ: Как-то вы наплевательски относитесь, там уже месяц ремонт идёт, а вы даже не посмотрели ни разу. 

НК: Да нет, у меня там напротив подружка живет, такая бабушка старенькая, она каждый день выходит на балкон, смотрит, потом мне звонит, докладывает. У меня есть там соглядатай, не беспокойтесь. Кто-то мне говорит, что ой какое уютное помещение, как ты бросишь это Тургенева, 20, как там хорошо. А кто-то говорит, что этот бомжатник невозможно смотреть. А мы сейчас соединим. Будет такой хай-тек, как у вас тут, и будет ещё кое-что из помоечки. И будет красота! Красиво, конечно, когда люстры висят, шторки, но я не люблю такие театры, мне там плохо. Мне хочется что-то живое.

ОЧ: Я слышала, кстати, про люстры. Чуть ли не за 17 миллионов люстра какая-то австрийская заказана. Проясните, пожалуйста.

НК: Не знаю, посмотрим. Помните историю с люстрой в фильме «Мимино»? Пока давайте не будем загадывать, что там повесят. 

ОЧ: Я у бизнесменов всё время спрашиваю корпоративные секреты и принципы удержания рядом с собой людей. Потому что есть такие руководители, про которых сотрудники говорят, что от него они не уйдут ни за что. Это про вас? От Коляды не уходят? 

НК: Нет, от меня не уходят. Только если какие-то форс-мажорные обстоятельства. Вот меня почти два месяца не было — я был в Польше — а всё-таки это частный театр, огромная команда, каждый день спектакли, свет, звук, надо вымыть пол, надо, чтобы все актёры были готовы, чтобы все были трезвые, чтобы было всё в порядке, ни одного сбоя, все получали зарплату. Всё было чики-пуки. Надо любить своё дело сильно-сильно. Любовь — это поступки. Говорят высокие слова — это всё барахло. Если я люблю человека, то я для этого человека что-то делаю. А я делаю. Я делаю квартиры, армию, образование, зарплату, детский садик, если надо. Я всё, что в моих силах, всё делаю. И они это видят. Я не говорю, какой кто-то прекрасный артист, я лучше зарплату ему на тыщу рублей увеличу. Вот я всем на репетиции объявил, что с первого октября повышение зарплаты. Все очень обрадовались. Если мы хорошо зарабатываем, то что, я себе в карман положу, что ли? Пускай, они молодые, им хочется тряпки купить, заграницу поехать. Я уж никуда не хочу, и тряпок не хочу. Мне ничего не надо!

ОЧ: Неваляшками вы трясли в сюжете — это как раз была репетиция «Мёртвых душ». Если не знаешь, что это «Мёртвые души», то ни за что не догадаешься. Говорят, что Коляда извратит любо произведение так, что от оригинала ничего не останется. 

НК: Да!

ОЧ: Как думаете, поймёт ли наш зритель, к вам привыкший, да и не наш, будет ли это понято и принято? 

НК: Когда все ещё спали, я уже ходил по рынку и смотрел на всякие вещи, которые имеют отношение к России. Неваляшка — это наше детство. Глядя на неё, я начинаю улыбаться. Я подошёл к одному и купил, у другого купил. Короче, на всём рынке я скупил, привёз сегодня в театр, поставил. Я ещё не знаю, как они будут работать. Я просто чувствую, что это имеет отношение к России, к моему детству. Как это будет работать, я не знаю. Потрясти неваляшкой, и как будто колокол звучит. 

ОЧ: Это интуиция у вас такая? Вам кажется, что каждый русский человек должен думать так же, как вы?

НК: Я думаю, да. Ну вы посмотрите на неваляшку. Что вы думаете? 

ОЧ: Детство, да, детство. 

НК: Так это прекрасно! Я не хотел делать что-то хрестоматийное. Мы обыгрываем современные типажи людей. Классика должна отзываться в сегодняшнем дне. Зачем ещё тогда? Неваляшечкой и колокольчиком. 

ОЧ: Я не могу с вами по сценарию идти. Спрошу про то, что меня зацепило. Про девочек про своих вы сказал, что худенькие, бедненькие, но свои. Как они вас терпят, я понять не могу? 

НК: Они меня любят!

ОЧ: Мне бы кто сказал, что я некрасивая, я бы…

НК: Вы знаете, что полячки-то вчера сказали? Они приехали такие белые, красивые — они приезжали на юбилей Музкомедии, мои подружки по «Маскараду». Я рассказал своим артисткам, они ржали, как сумасшедшие! Люди бывают разные, лишь бы эта неваляшка в душе звенела. Какая разница? Я беру артистов в театр только по этому принципу. Главное, чтобы в сердце было всё в порядке. Может быть крокодил крокодилом, а человек прекрасный. А бывает такая гадина-прегадина, такая, знаете, красивая, с белыми волосами, 90-60-90. И что я с ней буду делать? А мои-то девки-то вообще! Красота! Такие каракатицы, но такая красота!

ОЧ: Ой, тьфу на вас!

НК: Почему? Ну правда.

ОЧ: Ну, это значит, правда, между вами любовь. К черту принципы корпоративного управления. Вы говорите, и вам веришь. К серьёзной теме хочу вернуться. Понятно, что когда выбираешь классическое произведение, всё равно в основе лежат глобальные проблемы, в том числе социальные. Это очень такое политизированное произведение, и я хочу спросить, насколько политика сейчас для вас актуальна? Про «Мёртвые души» что пишут, у меня тут есть умные цитаты: «Воплощение отвращения, сознание безнадёжного тупика, в котором оказался дворянский слой общества Российского государства». Вы сейчас аполитичный? Потому что то, что сейчас тут происходит, наверное, в веках увековечат. Может, будут когда-нибудь пьесы ставить. 

НК: Я не знаю, каким будет спектакль «Мёртвые души», но то, что он будет отзываться на сегодняшний день в Екатеринбурге и России — это сто процентов. А у нас же сейчас всё страшно политизировано. Что-то получается, когда живые интересные герои. А чё про этих пластмассовых? Когда я «Маскарад» ставил, меня все спрашивали, про что мы ставим. Да вот про это, говорю. У нас как раз выборы в Екатеринбурге идут. Вот так маску одевают и говорят: «Я такой, такой, такой!» А под маской такое творится, что мама дорогая… Всегда так бывает, это на каждых выборах. Я и рассказывал, а они такие — мол, да, понятно. Я говорю, возьмите журнальчик глянцевый — все стоят так, и так, и так, и так. Смотришь на них, а потом думаешь: а вы писиете, какаете дома? Или всё время вот в таком состоянии? Я когда актёрам это сказал, они сказали, что всё понятно, мы сейчас это сыграем. Вот эта разница между живым человеком и маскарадом, что мы на людях, а что дома — это сегодняшний день, это интересно, а не то, как Лермонтов написал про буржуазное общество, или как Гоголь написал про дворянское гнилое сословие. Про сегодняшний день. Не так хочется, во всяком случае. А уж чё получится, я не знаю. 

ОЧ: Посмотрим тогда.

НК: Посмотрим…

ОЧ: А мы обязательно посмотрим, обсудим, я это вам гарантирую. Вот в июне вы говорили, что хотите покинуть родные пенаты. В сентябре у вас появился пост в ЖЖ. Знаете, у политиков это называется «переобуться в воздухе»: «Вечером поехал в аэропорт и встретил поляков. Они долетели хорошо, веселые и счастливые. Я провез их по городу и показал какую-то часть. Вечером Е-бург очень красивый. Поляки ахали и охали, а у меня сердце от радости сжималось, что у нас такой красивый город». Вот хочу спросить, какое у вас сейчас отношение? 

НК: Я понял. По поводу всех этих проклятий, которые на меня посыпались: я написал у себя в ЖЖ, что так хорошо в Кракове, что не хочется оттуда уезжать. На следующий день читаю новости в Екатеринбурге — Коляда остаётся! Да мама дорогая! Я не сказал этого! Никуда не уеду, заразы, даже если выталкивать будут. Назло вам буду там находиться, и всё! Как я могу не любить этот город? У меня с каждым углом этого города связана какая-нибудь история. Я не собираюсь ни перед кем оправдываться. Я сказал, что Краков мне очень нравится, но Екатеринбург не меньше! Вот и всё!

ОЧ: В общем, я поняла. Вас отсюда не выкурить.

НК: Я буду держаться!

ОЧ: Памятуя о том, что люстра может быть за 17 миллионов, я бы на вашем месте тоже не уезжала. 

НК: Качаться буду на ней каждый вечер!

Заметили ошибку в тексте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
В материале:

Коляда Николай

А также
Коляда-театр
Будьте с нами!
×
×
Наверх^^